– Нет, сделаю! – рявкнул он.
Такое возмутительное пренебрежение со стороны Алесандры к его решению не прикасаться к ее деньгам глубоко уязвило его гордость.
Глядя на его твердо сжатые челюсти, она со всей очевидностью поняла, что Колин не собирается слушать ее доводы. Алесандра уже было собралась попросить Дрейсона об отмене заказа, как вмешался агент.
– Я что-то не совсем понимаю, – заметил он. – Сэр Холбрук, вы говорите, что собираетесь отказаться от свадебного подарка дядюшки Алесандры Альберта? Лично я считал, что обычно подарки следует принимать.
– Кто этот дядюшка Альберт? – спросил Колин Алесандру.
Она не знала, как поступить. Если сказать правду, что Альберта не существует, Дрейсон обидится. Агент, возможно, откажется дальше вести ее дела, а ей вовсе не хотелось терять такого человека.
Но и мужу ей не хотелось лгать.
Правдивость победила.
– Он не мой дядя, – начала Алесандра. Дрейсон с воодушевлением ее прервал:
– Но ему бы очень хотелось, чтобы его считали таковым. Он друг семьи Я-то уж знаю его несколько лет, – добавил он хвастливо. – И сделал неплохой бизнес на его вложениях, должен признаться. Видите ли, Альберт управляет некоторой долей наследства вашей жены, и я считаю, что он очень обидится, если вы не примете его подарка.
Взгляд Колина остановился на Алесандре. Выражение ее лица ничего ему не говорило. Она выглядела очень искренней. Однако руки ее говорили совсем о другом. Крепко сцепленные пальцы побелели от напряжения. Что-то тут было не так, но Колин никак не мог понять, в чем дело.
– Почему ты никогда не упоминала о дядюшке Альберте? И почему он не был приглашен на свадьбу?
В конце концов ей придется солгать. От правды никому лучше не станет.
Алесандра представила, как мать Мария с неодобрением качает головой. Она заставила себя отогнать прочь эту мысль. Чуть позже у нее будет достаточно времени, чтобы почувствовать раскаяние.
– Я думала, что говорила тебе об Альберте, – солгала она, уставившись на подбородок Колина.
– Альберт не приехал бы на свадьбу. Он никогда никуда не ездит. И никогда не принимает посетителей.
– Видите ли, он отшельник, – вмешался Дрейсон. – Алесандра – единственная, с кем он поддерживает связь во внешнем мире. Это чистая правда. Если ваши сомнения происходят из-за цены подарка, не беспокойтесь. Он может это себе позволить, сэр Холбрук.
– Вы достаточно знаете этого человека? – спросил. Колин Дрейсона.
– Да, разумеется.
Колин откинулся па подушки. Он чувствовал себя виноватым перед женой за свою вспыльчивость и подозрительность. Он решил попросить прощения позднее, когда они останутся наедине.
– Передай ему мою благодарность в следующем письме, – сказал он Алесандре.
– Значит, ты принимаешь…
Она замолчала, видя несогласие мужа.
– Это было разумно с его стороны, но уж чересчур. Я… или скорее мы… не можем принять такой подарок. Предложи ему еще что-нибудь.
– Например?
Колин пожал плечами.
– Ты что-нибудь придумаешь, – сказал он ей. – Что еще вы хотели обсудить?
Дрейсон заволновался. Он начал было объяснять, но неожиданно замолчал. Пробежавшись пятерней по редеющим волосам, он откашлялся. Потом начал снова.
– Создалось весьма щекотливое положение, – объявил агент. – Должен предупредить вас, очень препротивное дельце.
– Неужели? – подтолкнул его Колин, когда брокер снова замолчал.
– Знаком ли кто из вашей семьи с актом страхования жизни номер тысяча семьсот семьдесят четыре? – Он не дал времени ни Алесандре, ни Колину для ответа. – Никто не обращает внимания на законы в наши дни. А ведь этот был принят так давно.
– С какой целью? – спросила Алесандра, не ведая, куда этот разговор может их завести.
– Сложилась позорная и преступная практика, – продолжил Дрейсон. – Находятся люди, которые страхуют жизнь других, а потом нанимают убийц, чтобы на этом нажиться. Да, это позорно, принцесса, но это существует!
– Но какое это имеет отношение…
Колин остановил ее:
– Не перебивай, Алесандра.
Она кивнула.
– Да, конечно, – прошептала она. Дрейсон посмотрел на Колина.
– Не очень много фирм обращают теперь внимание на этот акт. Видите ли, он некоторое время служил своим целям… Однако мне удалось узнать, что на имя вашей жены выписан страховой полис. Дата проставлена вчерашним числом, а сумма довольно высока.
Колин тихонько выругался. Алесандра невольно прижалась к мужу.
– Кто мог это сделать? И почему?
– Имеются оговорки, – добавил Дрейсон, подняв указательный палец, – а также ограничения во времени.
– Я слышала, что жизнь Наполеона тоже была застрахована, но только на один месяц, – прошептала Алесандра. – А герцог Вестминстерский застраховал своего коня. Вы это имели в виду, когда говорили об ограничениях во времени, Мэтью?
Брокер кивнул:
– Да, принцесса, именно это я и имел в виду.
– Кто подписал этот полис? – требовательно спросил Колин, в его голосе слышалась угроза.
– Это агентство Ллойда в Лондоне? – поинтересовалась Алесандра.
– Нет, – ответил Дрейсон. – У него слишком хорошая репутация, чтобы заниматься подозрительными делами. Полис подписали «Мортон и сыновья». Они мошенники, готовые заключить контракт хоть с самим дьяволом, если сумма достаточно высока. Я-то с ними никогда не имел дела, – добавил агент. – Но один мой дружок связан с ними, он-то и сообщил мне об этом. Слава Богу, что я просто случайно столкнулся с ним!
– Продолжайте, Дрейсон, – потребовал Колин. – На какой срок подписан полис?
– На один месяц.
– Кто получит деньги в случае ее смерти?
– Человек, который купил полис, захотел остаться неизвестным, – ответил Дрейсон.
– Неужели такое может быть? – спросила Алесандра.
– К сожалению, да, – ответил агент. – Ваш дядя Альберт проделывает то же самое, пользуясь инициалами, но при его желании ему не понадобилось бы ставить и их, принцесса. Подписи хранятся в секрете. – Он снова обратился к Колику. – Пока нам с моим приятелем не удалось разузнать, кто стоит за этим преступным замыслом. Однако могу поспорить, это тот же самый негодяй, который заморозил финансовый счет вашей жены.
– Генерал Айван? Не может быть, – изумилась Алесандра. – Мы с Колином женаты только один день. Он не мог этого узнать.
– Не так все просто, – подумал вслух Дрейсон. Колин понял, что этим хотел сказать агент. Он нежно привлек к себе жену, любовно погладил ее и сказал:
– Вероятно, он дал указания одному из твоих преследователей. Ему больше ничего не оставалось делать, женушка. Он просто жалкий отвергнутый, который понимает, что им пренебрегли. Ведь ты сбежала посреди ночи.
