В течение нескольких ударов сердца она осознавала только, что нечто большое и тяжелое удерживает ее на земле. Человек… Она инстинктивно пыталась сопротивляться, но тут же прекратила, как только услышала у своего уха шепот Ройса:
– Не двигайся.
Он лежал на ней, полностью закрывая ее своим телом, и оглядывался по сторонам. Она мельком увидела его в свете луны и внутренне содрогнулась. Она знала этого человека, делила с ним ложе, но осознавала, что он может быть беспощадным врагом, способным убить без колебаний и сожалений.
– Ройс, – проговорила она, легко касаясь его руки, – я в порядке.
Он посмотрел вниз на ее лицо. Казалось, что он не слышал ее, но постепенно его черты смягчились. Он поднялся, обхватив ее и защищая своим телом, затем быстро увел от фонтана в тень. Остановившись в темноте, он сказал:
– Стой здесь, пока мы не узнаем, что произошло.
Она подумала, что он уйдет, чтобы разведать обстановку, но у него были совершенно иные намерения. Без колебаний он сделал шаг в сторону, широко расставил ноги и, похожий на статую в лунном свете, прокричал:
– За Атридисов!
Тут же со всех сторон в сад стали сбегаться люди. Кто-то еще натягивал тунику, другие уже были с мечами наголо. Каждый знал, что делать, и не задавал лишних вопросов. Горан уже был здесь вместе со своими сыновьями, одному из которых было на вид не больше четырнадцати лет. Также пришли и старики, весьма древние, но все еще готовые откликнуться на зов. Если бы им дали совет поступить как-то иначе, они были бы глубоко оскорблены.
«Откуда он знал?» – подумала она за мгновение до того, как воины Горана окружили их. Ройс был настоящим воином и был уверен, что преданные люди обязательно поспешат на выручку настоящему лидеру.
Он произнес несколько отрывистых фраз, и воины разбежались. Принесенные факелы осветили садик как днем. Женщины выглядывали из окон, но не мешались под ногами, узнав, что никто из Атридисов не пострадал.
Очень скоро нашелся кусок красной черепицы, чуть не ударивший Кассандру. Несколько молодых людей забрались на крышу и обнаружили место, откуда он упал.
– Смотрите, лорд Хоук, – позвал один из людей. – Вот здесь нет куска черепицы, а другие расшатаны.
Оставив Кассандру рядом со взволнованным Гораном, Ройс забрался на крышу, чтобы взглянуть самому. Вернулся он хмурый.
– Твоя крыша в хорошем состоянии, – сказал он советнику.
– Так и есть, – согласился хозяин. – Я никогда не допускал иного, а эта часть крыши была перекрыта прошлой весной. Я уверен, там все в порядке.
– Даже если и так, – мягко сказала Кассандра, – это была всего лишь черепица, она не нанесла никакого вреда. Я очень ценю вашу заботу, но…
Они не слушали ее. По приказу Ройса воины разошлись группами, прочесывая окрестности, а некоторые, следуя его же указаниям, остались охранять принцессу.
– Что они делают? – спросила она Горана. – Куда они ушли?
Он удивленно посмотрел на Кассандру, будто она должна была уже знать ответ.
– Искать того или тех, кто проник сюда, злоумышленников.
Увидев ее замешательство, он пояснил:
– Лорд Хоук все понял, когда я сказал ему, что черепица не могла свалиться с крыши сама по себе. Но если кто-то стоял на крыше или крался на четвереньках, он мог случайно задеть ее.
– Злоумышленники… – Она хотела сказать, что нет никаких доказательств их существования, когда поняла, что ее слова прозвучат глупо.
Дейлос. Она не была уверена, что это был он или кто-либо, им посланный, но теперь поняла, что за ней следят. По спине побежали мурашки. Она инстинктивно обхватила себя руками.
Нет, за ней следил не один человек. По крайней мере двое. Ройс слишком быстро появился рядом, чтобы списать это на простое совпадение. Даже если он тоже не мог заснуть и пришел в сад, она бы его увидела… если он, конечно, хотел, чтобы она его заметила.
Он следил за ней. Ради ее же блага, она понимала это, но от этой мысли ей стало не по себе. Когда придет время, она должна быть способной действовать без постороннего вмешательства.
Она должна быть готова умереть, так как в ее видении только это могло остановить красную змею и не дать гадине поглотить Акору.
На Кассандру накатила волна тошноты, и желудок судорожно сжался. Без сомнений, это было божественное предвидение, но ей не хотелось об этом думать. Ройс сейчас выслеживал злоумышленника, который мог быть тем самым человеком, что чуть не убил раньше его самого.
– Идите за ним, – попросила Кассандра Горана.
– За злоумышленником, Атридис?
– Нет, за Ройсом, за лордом Хоуком. Он… не знаком с этими землями и, я уверена, будет рад вашему мудрому совету.
Горана было трудно обмануть. Он нежно взглянул на принцессу.
– Думаю, он бы предпочел, чтобы я остался с вами, Атридис. Так было бы правильнее, ибо вы моя гостья. Обеспечение вашей безопасности для меня одновременно честь и обязанность. Позвольте, я провожу вас до вашей комнаты.
Это предложение звучало вполне разумно, но Кассандра почувствовала, что будет не в силах выдержать заточение в четырех стенах до возвращения Ройса.
– Лучше я останусь здесь, – сказала она. Видя колебания Горана, она добавила: – Вы ведь не думаете, что злоумышленник все еще где-то поблизости и может мне угрожать. Даже если это так, я не сомневаюсь, что вы и ваша доблестная стража сможете меня защитить.
Глаза советника блеснули; он знал, что принцесса его использует, но не мог противостоять этому.
– Как пожелаете, Атридис, хотя до их возвращения может пройти немало времени.
– Я готова подождать, – ответила Кассандра, ничуть не кривя душой… на тот момент.
Ройс вернулся только к полудню, двенадцать часов спустя. Кассандра не оставалась в саду все это время, однако ушла оттуда уже после восхода солнца. Под конец, падая от усталости, она позволила жене Горана увести ее в спальню и заботливо, словно она была одной из ее дочерей, уложить в постель.
Спала она беспокойно и проснулась уже через несколько часов. За время ожидания ее терпение сменилось беспокойством и затем, когда страх убил последнюю надежду на то, что Рой останется невредим, злостью.
Возвращение Ройса застало ее именно в этом состоянии.
Он нашел ее практически в том же месте, где оставил, – в саду. На ней было белое шелковое платье, в волосы вплетены цветы. Ройс не знал, что жена Горана, милейшая Алла, сделала это, чтобы поднять настроение Кассандры. Он также не подозревал о том, какие чувства сейчас бушуют в принцессе. Он лишь видел, что она прекрасна, невредима и целиком принадлежит ему.
В последнем он был абсолютно уверен. После многочасовой охоты, оказавшейся бесполезной, он решил, что в этом сомневаться не будет. Было, конечно, хорошо, что Кассандра несла ответственность перед своим народом и своей страной и что у нее были на это силы. Он это очень ценил и не колеблясь готов был поддержать ее.
