вас тут пир горой был. Неужто, Варька приезжала? С кем на сей раз?
ЕГОР. С начальником своим.
ПЕТР (хлебая уху прямо из котла). Неразлучной парой стали.
За сценой раздается гул мотора автомобиля. Фары освещают кусты.
ЕГОР (настороженно). Приемщица Айгуль на рыбовозе пожаловала. Петро, где лодку с рыбой оставил?
ПЕТР. За мыском, в тальнике. Сырой травой покрыл.
ЕГОР. Верно сделал. (Засуетился.) Вот некстати появилась, черт побери!
РЫБИН. Почему?
ЕГОР. Почему-почему! Воскресенье наступает. Туристов будет полным-полно. Значит, и спрос на рыбку. Смекаешь?
РЫБИН. Навар?
ЕГОР. Знамо. Слыхал, Петька восемьдесят голов поймал. За голову пять рублей. Считай. Ого!
ПЕТР. Расхвастался. Неубитого медведя шкуру делишь, хвастун! (Пьет водку.) Ну, я пошел в дом. Приемщице скажи — меня сегодня не было. Пока, друг. Поговорим утром. (Прихватил кусок рыбы, уходит.)
ЕГОР. Нос не высовывай.
Вскоре входит А й г у л ь. Молодая девушка. На ней синий комбинезон. В руках планшетка.
АЙГУЛЬ. Физкульт-привет, Егор Савельевич! (К Рыбину.) Здравствуйте!
ЕГОР. Привет-то, привет, но пошто рановато пожаловала, Айгуль-приемщица?
АЙГУЛЬ. Сама убедилась, что приехала к вам рановато. Заглянула в ваш садок, а он пуст. Почему, Егор Савельевич?
ЕГОР (хватаясь за бок). Хворь одолела. Печенка треклятая второй день ноет и ноет, не дает рыбалить. Отлеживаюсь.
АЙГУЛЬ. У Дениса тоже больна печень, но сотню сазанов живеньких выдал. Ахмет Жакупов план выполнил. А вы, Егор Савельевич, еще никогда своей нормы не выполняли. Нехорошо получается. А где ваш верный помощник Петр?
ЕГОР. Ныне что-то задержался дома.
РЫБИН. Позвольте полюбопытствовать, а каков план Егору Савельевичу?
АЙГУЛЬ. В мае — две тысячи рыбин.
РЫБИН. Ого!
АЙГУЛЬ. Чему удивляться? Да в такую пору два плана можно сделать. В реке рыбы навалом. Нерест в самом разгаре. Сазаны из Балхаша прут стаями. Ох, как надо поспешить, чтобы не упустить момент. Дальше меньше будет.
ЕГОР. Ишь, как разрисовала. Ну, ладно. Подожди до утра. Вот мы сделаем один-два заплывчика и все сдадим.
АЙГУЛЬ. Что вы, Савельевич! Кто же живую рыбу при ярком солнышке возит? Мне сейчас надо ехать.
Входит Д е н и с. У него в одной руке фонарь, в другой — книжка.
ДЕНИС. Уф, настиг-таки тебя, Айгуль. (Протягивает ей толстую тетрадь.) Ты же, милая, у меня свою приемную книгу забыла.
АЙГУЛЬ. Действительно, свое зеркало учета потеряла. Спасибо, Денис Иванович. Извини меня, рассеянную с улицы Бассейной.
ДЕНИС. Увидел твою забытую книжку и думаю, путь-то твой к Ермилову, куда занесешь богатый улов? За книгу — и ходу. Успел-таки.
ЕГОР (злорадно). Ты у нас прыткий. Две версты отмахал, чтоб только чужой улов подсмотреть. Слыхал, слыхал, что ты сегодня ухитрился сто сазанов сдать. А вот у меня стольких голов нетути.
ДЕНИС. Как так нетути?! Я видел недавно твоего сынка на реке.
ЕГОР. Это тебя не касаемо. Не Петька, а я подрядился рыбу ловить, а ныне у меня печенка заныла. Не будя от меня сегодня сдачи. И баста!
АЙГУЛЬ. Ну-ну, Егор Савельевич, значит, бойкот?
РЫБИН. Айгуль, не волнуйтесь. Рыба от Ермиловых будет. И будет не утром, а сейчас.
АЙГУЛЬ. А вы что, волшебник? Садок-то пуст.
РЫБИН. А вы в лодку, что за мыском стоит в тальнике, заглядывали? По-моему, там свеженький улов.
ЕГОР. Иван! Не суй свой нос в чужой овес! По-мо-му…
АЙГУЛЬ. В лодку я все-таки загляну. (К Рыбину.) Спасибо, товарищ. Идемте вместе, Егор Савельевич. (Собирается уходить.)
РЫБИН. Минуточку, Айгуль! Попейте чайку, а я кое в чем вам помогу. (Берет свой рюкзак. Достает из него походную рацию, ставит ее на стол, быстро настраивается на нужную волну.)
ЕГОР (суетливо). Петро, Петька! Подь сюда. Глянь на земляка…
РЫБИН (спокойно и уверенно). Алло, алло. Березка!.. Березка!.. Я пятый, я пятый… Слышите меня? Березка!.. Говорит капитан милиции Рыбин. Передайте трубку капитану Кушекову…
ПЕТР (высунувшись из двери дома). Что орешь, батя?
ЕГОР. Беда, сынок. Кажись, нас подцепили на крюк.
ПЕТР. Кто?
ЕГОР. Ми-ли-ция…
РЫБИН (громко). Каиркен, ты? Слушай меня внимательно. Во-первых, улик хватит. Во-вторых, тебе задание. Через час примерно на мосту появится «Москвич». За рулем Варвара Ермилова. Проверить на трезвость. Пассажир тебе тоже хорошо известный — работник рыбводхоза Жунусов. Машину задержать. На рыбу составить акт изъятия по всем правилам. Сколько рыбы, спрашиваешь? Сам увидишь. Мера Жунусова: на 50 персон…
ПЕТР. Эх, батя, батя. Опростоволосился!
РЫБИН. Каиркен! Действуй. А я побываю в гостях у известного тебе прораба-строителя Мосеева. Он опять нагрянул с ватагой. Пикник. Ну, до встречи! (Сворачивает рацию.)
ЕГОР (робко). А в документик ваш заглянуть можно?
РЫБИН. Пожалуйста, гражданин Ермилов. (Подает удостоверение.)
ЕГОР (вместе с сыном и Денисом разглядывают документ). Не ведал я, что в милиции водятся такие артисты.
АЙГУЛЬ (к Денису). Пойдем, Денис Иванович. Будем план выполнять, обойдемся без Ермиловых.
ДЕНИС. К тому шло давно. Говорил же ему — влипнешь, но ему все мало, мало…
РЫБИН (забирая удостоверение). Вот так, граждане отец и сын Ермиловы! Будем привлекать вас к уголовной ответственности как злостных браконьеров и спекулянтов, как… (Задумался.) Одним словом, завтра в двенадцать ноль-ноль вам обоим явиться в отдел милиции. Понятно?
ЕГОР. Знамо. (Спохватившись.) Ведь я же старый дурак. Наконец, вспомнил — сынок-то моего друга Федота, как писал брат Архип, в милицию подался. А мы милиционера за страхового инспектора приняли.
ЗАНАВЕС.
Н. МОСЯКОВ,
журналист
УЛИКА
Ближе к полуночи послышался низкий гул мотора: из-за гребня невысокого пригорка вынырнул крытый брезентом дайман. Молодой шофер, внимательно глядя вперед, уверенно вел машину. Неожиданно на повороте он резко крутанул баранку влево. Сбив оградительный столбик, грузовик ринулся вниз, в черноту ночи…
За окном едва брезжил рассвет, когда дежурный по райотделу милиции постучал в окно дознавателя ГАИ Григория Титаренко:
— Срочно к заму!
«Не иначе — чепе, — подумал младший лейтенант, натягивая сапоги. — Не случайно в такую рань не спится капитану».
— Что стряслось? — усаживаясь в машину, спросил Григорий дежурного.
— Приедем — скажут, — буркнул лейтенант.
Скрипнув тормозами, «газик» замер у крыльца райотдела.
— По вашему приказанию…
— Садитесь, — перебил хмурый капитан, заместитель начальника райотдела Весновский. — Теперь все в сборе.
Кроме Титаренко в кабинете были участковый уполномоченный Исраил Аминов и врач Шипицын.
— Не будем терять времени, — поднялся капитан. — По-дойдите к столу… Вот в этом месте — острие тонко очиненного карандаша уперлось в карту области — авария, шофер погиб. Вам, — он посмотрел на всех троих, — нужно выехать туда. Руководить осмотром места происшествия будет Титаренко.
Заметив тревогу на его лице, Весновский добавил:
— Понимаю твое беспокойство. И хотя тебе самостоятельно не доводилось вести дела, придется взяться за расследование. Иного выхода
