повинуясь зову интуиции.
— Так что ты видел?
— На территорию клана вошла чужая женщина. Несла припасы, но она точно не одна из волчиц. Я помню всех, кто принадлежит стае.
— Ну и что? — по команде Шиана остальные тигры окружили Фиралиса. — Не слушай, любимая, он так привлекает к себе внимание.
Мы с Луисом переглянулись. Нет, слишком мелочно, да и вернуть расположение подобной ложью не выйдет. А еще я знала, что у бывшего счетовода павлиньего клана феноменальная память. Что-то нечисто.
— Надо ее найти, — приказала я, подзывая к себе волков, стоящих на страже ворот. — Как выглядела чужачка?
— Короткие русые волосы. На голове чепец, уши спрятаны. Но походка молодой хищницы, причем не самой простой, — скороговоркой сказал Фиралис.
— Слышали? Прочешите все углы, но найдите эту самку.
В крепость вожака мы шли под строгим конвоем. Взяв с собой нескольких воинов, я собрала с игровой площадки сыновей и повела их в детскую, находящуюся на втором этаже.
— Мамуль, там что-то бумкнуло, — непосредственно заметил Каспиан, успевший привыкнуть к тому, что мир вокруг стремительно меняется. Я прислушалась вместе с сопровождающими — и неожиданно для себя ощутила волны неги и счастья, проецируемые меткой Каина. Он буквально тонул в эйфории, весьма близкой… к любовной?
Что за…
Я прижала палец к губам, призывая всех соблюдать тишину. Детям сказала оставаться на месте, а сама в компании самого крупного бета-волка из молодняка пошла к спальне проклятого. Она была угловой, с довольно просторным балконом — и все потому, что Каин не особо любил пользоваться дверями.
До нас доносилась какая-то возня. А еще звуки поцелуев.
Вот тут мне стало интересно.
Рывок — и я внутри. На смятой постели лежал бревном мой супруг, над ним нависала та самая русая девица с точеной фигуркой и истерично пыталась содрать с него штаны. Самым абсурдным в этой сценке было ее лицо. А точнее непередаваемое страдание, отраженное в чертах юной соблазнительницы.
Услышав скрип петель, она шарахнулась в сторону — якобы смущенно, но уж слишком грациозно и выверенно.
Я бросилась к ним, опережая опешивших волков, и чуть не запнулась об бутылку. Чертыхнувшись, успела схватить девицу за рукав и повалить следом за собой. Подмяв ее и зафиксировав запястья, жарко прошептала:
— Ну, привет.
— Отпусти… Мы давно вместе, — прошипела оборотница, извиваясь. — Ты не помешаешь нашей любви!
Нет, ну кто так играет? Вот как надо!
— Я разве против? Может, я помочь хочу! Я как раз искала кого-нибудь, чтобы разнообразить наш досуг — и тут ты. Такая милая. Темпераментная. А чего сама не разделась? Дай помогу! — еще никогда я не видела, чтобы живые существа старели за пару секунд. Неудавшаяся соблазнительница взвыла белухой, а уже через секунду меня накрыли прохладные объятия Каина.
— Мышка, это же ты? — невнятно произнес дракон, дыша в ухо перегаром столь мощным, что можно было захмелеть за компанию. Чем таким забористым она его напоила?
«Мышка… сладкая»
Почуявший возвращение истинной пары Каин перешел к активным действиям, чем и воспользовалась загадочная девица. Пока я пыталась скинуть супруга с себя, а за этим наблюдали охреневшие до состояния окаменения волки, она вскочила и перемахнула через перила. Все. Испарилась.
— Горыныч, блин, тебя же чуть не изнасиловали! Что происходит?
«Питьевая вода была странной… я вернулся, и служанка… она вызвалась помочь раздеться. Я был против» — на меня сокрушенно посмотрели сквозь полуопущенные ресницы. — «Тело такое тяжелое… Не помню… поцелуй меня, это приказ»
— Проверьте воду во всех бочках и закройте ворота, — крикнула я членам стаи. — Эй, соберитесь!
— А че это было, мать-волчица?
— Че-че? Скомпрометировать нас пытались…
А точнее — сыграть на моей ревности и, возможно, доказать похотливость проклятых.
Детский сад, честное слово. Словно Каину нужна другая женщина, когда он за одной единственной уследить не может… Хотя плюс в этом тоже есть. Оказывается, мой Горыныч совершенно не умеет пить. Теперь понятна его позиция трезвенника на всех мероприятиях.
— Чего ж мысли ее не проверил, а, пьяненькая звезда революции?
Каин брезгливо поморщился. Ну да, ну да, чужая голова, если это не голова жены, нам не нравится. Мы туда без причины не суемся, уж лучше во второй раз отравиться.
Так… а что это пищит?
Словно комары в громкоговорителе застряли и изо всех сил пытаются вырваться наружу.
В очередной раз стряхнув нахальные руки блаженствующего супруга со своих ягодиц, я попыталась выглянуть наружу. Внизу рыскали волки, пытаясь унюхать след беглянки. А в небе над столицей мельтешило что-то блестящее, пребывающее в постоянном движении.
В комнату забежал встревоженный Вэнь Ла, когда раздался первый взрыв. Сразу в нескольких местах к небу взвился дым. Я зажала уши, чувствуя как вокруг смыкаются блестящие кольца Каина.
Новый хлопок прозвучал совсем близко.
Прямо над нами.
51
Не знаю, кто добежал первым, но рванули наверх мы одновременно. Чуть не застряли в проеме дверей, барахтаясь и толкаясь, и все же прорвались в комнату девочек, находящуюся так близко от моих собственных роскошных покоев.
Я…
Я ведь только хотела, чтобы они всегда были рядом. Хотела первой реагировать на плач Лилии.
Сердце остановилось при виде пятен гари на стенах. Шиан за моей спиной издал ревущий отчаянный вопль…
— Вы шумные. И я говорю это, между прочим, с заложенными ушами!
С потолка неуклюже спустилась Зира. Волосы в беспорядке, молниями торчат в разные стороны. На щеке глубокая царапина, правая рука разодрана и кровит… а у груди хнычущая целехонькая Лилия. Кажется, ее тоже оглушило взрывом.
Что тут началось!
Слезы, ругань, суета. Слуг выгнали наружу, проведать ситуацию в городе, мужья принялись убираться и осматривать комнату на наличие других летучих бомбочек. Мы с девочками уселись на останках вещевого сундука. Рядом суетился Вэнь Ла, пока Кори искал бинты и обезболивающую мазь.
В ушах гул. В голове ни одного пристойного слова.
