— Чего замер?! — взревел Иван.
Джейана уже полулежала на земле, прислонённая спиной к стене. В руках гиганта мелькнул топор с мощным полукруглым лезвием — верно, его-то Иван и-носил за поясом, как-то ухитрившись пристроить на манер меча. Первый же взмах снёс обе клешни ближайшему созданию; потекла тёмная кровь. Твердислав тоже рубанул наотмашь — и подивился, с каким трудом лезвие рассекает такую мягкую на вид шкуру чудовища.
Надо сказать, атаковали эти подземные змеи довольно-таки бестолково, мешая друг другу и пытаясь ухватить противников клешнями. Мощные хвосты, каждый удар которого мог бы запросто смести Твердислава с ног, бездействовали.
— Эти-то ещё ничего, это нам ещё повезло, — приговаривал тем временем Иван, деловито круша бестий своим здоровенным топором. Лезвие так и свистело. — А вот попались бы…
Твердислав проткнул сунувшейся ему под ноги змеюке башку длинным прямым выпадом, как объяснял Учитель, — хорошо, что подарком Наставника можно было и рубить, и, при необходимости, колоть. Больше он ничего сделать не успел — Иван молодецким ударом прикончил последнюю тварь.
— Уф, — великан вытер честный трудовой пот со лба. — Это, парень, была присказка, сказка ещё впереди. Если добежим, конечно.
Гигант снова поднял на руки Джейану — и с неожиданной прытью пустился бегом. Твердислав ещё успел оглянуться — в тусклом зеленом свете чуть поблескивали мёртвые тела. Стены тоннеля были все усеяны чёрными узкими отверстиями — через них змеи прорвались внутрь, себе на погибель.
Некоторое время они бежали молча. Изредка Иван перебрасывал Джейану с одного плеча на другое и поминутно озирался. Странно — вместо того, чтобы запустить “глаз” (или, как его называли младшие, “зырик”) и спокойно отслеживать — не повис ли кто на плечах — этот Иван крутит головой, рискуя запнуться и грохнуться на всём бегу, да ещё и с Джей на плече.
И вновь спутник словно бы прочел Твердисла-вовы мысли.
— Никакой магии, парень! — пропыхтел он, в очередной раз обернувшись. — Ни-ка-кой! Понял?!
Юноша кивнул.
Тоннель тем временем сделался уже и ниже. Из пола лезли какие-то темные гладкие корни, зачастую выпетливаясь так, что растянуться можно было запросто. В стенах справа и слева замелькали низкие арки боковых проходов — там залегала и вовсе непроглядная тьма. И в этой тьме Твердислав внезапно увидел приближающиеся алые огоньки — парные огоньки злобных глаз.
— Наддай, Твердь, наддай, иначе нам хана! — Проревел Иван, бросаясь вперёд с такой резвостью,
что Твердислав мгновенно отстал шагов на двадцать.
За их спинами что-то мерзко шуршало, скрипело, кряхтело, всхрапывало; и бесчисленные мягкие лапы спешили им вслед.
Неожиданно впереди забрезжил свет. Такой же, как повсюду в этом странном туннеле, неяркий, зелёный. Беглецы со всего разгона вылетели из-под арки, оказавшись на узком карнизе.
Это было нечто вроде широкой шахты шагов тридцать в поперечнике, отвесно уходившей в чёрную глубину. Карниз кругом опоясывал её жерло; наверху клубилась такая же тьма, что и внизу. Вдоль самого карниза тянулись перильца, кое-как сколоченные из неошкуренных жердей.
— Веревки крепи! — гаркнул Иван, не слишком аккуратно сбрасывая с плеча Джейану и выхватывая свой чудовищного вида топор. — Веревки крепи и её обвязывай!
Швырнул к ногам юноши невесть откуда взявшийся моток странно-нетолстых веревок с трёхпалыми крючьями на конце и встал в проходе, широко расставив ноги. Поплевал на ладони — и поднял на изготовку топор.
Раз, два, три. Руки делают всё сами. Веревку под мышку; пропустить, обвязать, перекрестить; узел, второй, страховочный — готово!
Нападавших из тьмы коридора тварей Твердислав как следует так и не разглядел. Раздался мерзкий писк, хруст, какой-то хряск, шипение — а потом весь этот гадостный хор перекрыл мощный и смертоносный посвист Иванова топора.
— Закрепил?! — не поворачиваясь, рявкнул Иван.
—Да!
— Прыгайте! Прыгайте и повисайте!
Сердце ёкнуло. Из чёрной глубины веяло леденящим ужасом. А что, если веревки не выдержат? Или сломаются эти не слишком-то внушающие доверия перильца?
, Из тьмы прохода, каким-то чудом миновав смертельный размах окровавленной секиры, выверну-|пось нечто приземистое, многоногое, покрытое ^слипшимся мокрым мехом, остромордое, с парой горящих глаз и разинутой пастью, откуда на землю капала чёрная слюна.
Твердислава захлестнуло омерзение. Это шипящее, извивающееся, остро воняющее мокрой шерстью создание не могло, не имело права жить, оскорбляя тем самым великий замысел предвечного Духа! -Руки у парня были заняты веревками; извернувшись, он пнул тварь ногой в бок, та отлетела на несколько шагов, угодив в аккурат между поддерживавшими перила столбиками. Отчаянно зашипела, загребая когтистыми лапами в тщетной попытке удержаться, и с истошным визгом сорвалась вниз.
Визг было слышно очень долго. А потом, потом он внезапно оборвался, и наделённый весьма острым слухом Твердислав готов был поклясться чем угодно, что снизу донесся хряск сошедшихся громадных челюстей и довольное бурчание громадного неведомого хищника, вдруг ни с того ни с сего заполучившего лакомую добычу.
Стало совсем скверно.
— Да прыгай же, болван! — лишившись терпения, заорал Иван. — Смерти нашей хочешь?!
Прижимая к себе бесчувственную Джейану (ну и повезло же ей! Всю дорогу на закорках тащили!), Твердислав очертя голову ринулся вниз.
Верёвки напряглись. Рывок. Наверху остался карниз; вот через перила перевалилась грузная фигура Ивана. Смешно мотнулась из стороны в сторону — раз, другой, третий.
— Делай, как я! — послышался его голос. — Давай, не спи!
Он резко качнулся из стороны в сторону, словно мальчик на качелях. Внизу, под карнизом, в стене чернело неровное отверстие — вход в ещё один тоннель. Очевидно, длину веревок Иван рассчитал
заранее — её как раз хватило как следует обвязаться и, раскачавшись, уцепиться за торчащие из стены шахты корни. Вот только как ему это удалось все так рассчитать? Или этот путь бегства был ему настолько хорошо знаком?
Ивану потребовались считанные мгновения, чтобы несколькими точными движениями оказаться сидящим на краю входа.
— Давай, давай сюда и не бойся. Я тебя поймаю.
Наверху выли и, похоже, даже скрежетали.от ярости зубами неудачливые охотники.
Крепкие руки ухватили Твердислава за куртку, в одну секунду втащив парня внутрь вместе с его бесчувственной ношей.
— А теперь на десерт — небольшой фейерверк, — ухмыльнулся Иван. Он стоял у самого края шахты, держа все веревки вместе, и словно бы чего-то ждал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
