Тем не менее Талиса получила роскошный подарок от отца. Доспехи защищали от любой магии, за исключением той, источником которой являлись сами этернал. И кинжал с громадным потенциалом, который все-таки был достаточно острым.
— Забирайте все! Это мое наследство! — прокричала девушка. Ее отряд тут же приступил к радостному разграблению. А сама Талиса обратилась к Дароту:
— Доставь доспехи с кинжалом в мою каюту.
— Хорошо. А ты куда?
— Мне нужно пройтись.
— Я с тобой.
— Нет. У тебя есть приказ. Исполняй его.
*************
Множество коридоров Сильтора были завалены обломками. Некоторые двери не открывались из-за поломки, некоторые заварили еще при жизни Кайнара. Подняться на верхние этажи Башни казалось невозможным, но именно туда направлялась Талиса.
Медленно она поднималась все выше и выше, пока не столкнулась с безнадежным тупиком. Ни протиснуться между камней, ни обогнуть через соседнюю комнату. Конец?
Ни за что! Вот и пригодились детские навыки. Ей никогда не было просто в этой Башне. Парадные пути всегда закрывались прямо перед носом девочки. Довольно долго она не верила, что это происходит по воле ее папы.
"Это все слуги и стражи! Они злые, но я им покажу!" — Тала выбегала на мост и быстро забиралась на край скалы, на котором стоит Сильтор. По нему девочка огибала Башню. Балконы со стороны океана часто оставались открытыми и располагались не так высоко, как смотрящие на Тримвар. Этим она и пользовалась, протискиваясь сквозь решетки внутрь.
Дальше было сложнее. Прошмыгнуть мимо обитателей этой твердыни — та еще задача. Именно в этой паутине коридоров чаще всего заканчивались вылазки Талы. Но иногда ей везло, и, пробравшись на самый верх Башни, она оказывалась у неприметной двери на чердак. Прямо за ней располагался кабинет Кайнара.
Маленькое, скромное и совсем не величественное помещение. Будто подсобка отеля. Но одна деталь делала из этой комнатки настоящую жемчужину Сильтора. Панорама океана из верхнего окна. Самое высокое и без каких-либо решеток и ставней. Завораживающее зрелище.
Тала трепетала, входя в кабинет отца. В памяти все еще жило воспоминание, когда он пускал ее сюда по собственной воле. Теперь она лишь мышка, скользящая в тени. И вот момент истины. За дверью сидит папа. Он весь в работе, но точно будет рад ее видеть!
— Привет, — сказала Талиса в пустоту. Она давно не ребенок, а папы больше нет. Не будет криков и стражи, выволакивающей девочку прочь. Лишь опустевший кабинет. Вот и все, что осталось. На первый взгляд…
**********
Глаза Талы слезились и никак не могли привыкнуть к внутренней темноте. Только что ей приходилось слепнуть под полуденными лучами. Теперь эта тьма. Окно наспех заколотили досками. Вернее, это были куски шкафов и стульев, разломанных тут же.
Постепенно она узрела отличия от воспоминаний. Вся комната оказалась исписанной одними и теми же словами. Черта многих безумцев — путать стены с блокнотом.
"Это что, мое имя? И имя… мамы…?" — раз за разом он писал. Писал то, что мог. То, что помнил. Имена любимых и родных, не потонувших в безумии.
Вскоре Талиса увидела и орудие преступления. Кисть и краски. Такими же он разрисовывал их дом когда-то.
Девушка молча подошла к забитому окну. Она крепко схватилась за одну из досок и со всей силы дернула. Древесина с легкостью разломилась пополам и полетела на пол, открывая путь лучам звезды. Затем следующая, и следующая, до тех пор, пока кабинет не заполнил свет.
Лишь теперь Талиса заметила, что на столе в центре комнаты что-то лежит. Весьма толстая книга, вся измазанная в краске. Это был дневник ее отца. Девушка тут же поддалась любопытству.
Начало оказалось весьма скучным. Кайнар описывал ход войны, однако большинство событий искажались в более благоприятную для Империи сторону.
"В битве при Ахоре мы потеряли десять легионов, а не один, как здесь написано. Зачем отцу врать самому себе? Эти умышленные ошибки повторялись раз за разом, но сам текст все еще был написан рукой очень умного человека. Однако постепенно фразы потеряли это качество. Возникало такое чувство будто Кайнар забывал сложные термины и пытался заменить их простыми словами. Получалось неважно. Спустя еще с десяток страниц появились опечатки и откровенные ошибки. Потерялся ход мысли. Каждое новое предложение давалось пишущему все труднее и было все безумнее, пока они не превратились в кашу из несвязных слов. Кайнар не мог собрать свои мысли во что-то сносное. Со временем он стал писать лишь имена. Все, какие только мог вспомнить. Семьи, друзей, слуг и стражей. Но в конце остались лишь два и… одно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Слово на полях. Маленькое и скривленное, будто писалось дрожащей рукой с клинком у горла.
"Ворота… Что за ворота?" — Талиса начала осматривать стены, ища подсказку. Но внезапно ее руку что-то крепко сжало. Что-то холодное, но живое. Она резко дернулась и обернулась. Перед ней стоял Кайнар.
Талиса! — он был бледным и дрожал. Его глаза выражали страх и панику. — Он меня заставил! Обманул… А… — отец схватился за горло и начал задыхаться — Беги… Дочка… А! Он идет… за тобой… Золото!.. Не верь… АААААА!
Вместо света сквозь окно полилась тьма. Она вмиг пожрала Кайнара. И… Талиса болезненно пробудилась.
"Я заснула! Здесь!? В этом кабинете?! — Тала дернула руками, и со стола поднялось облако пыли. Или… не совсем пыли. Книги больше нет. А была ли она вообще? Как и надписи на стенах. Я совсем с ума сошла?".
Даже здесь, наверху, ясно слышно, как ее зовут. Гвардейцы обыскали уже весь Сильтор. Талисе пора возвращаться. Лучше бы никому не знать о том, что произошло. А ей… лучше бы не забывать о том, что произошло.
Глава 10. Колыбель горящей звезды
"Какие огромные доспехи, я в них утону," — подумалось Тале, стоящей перед столом, на котором аккуратно разложили это произведение искусства. — "Неужели придется их отдать парням. Или даже Лурму: впору они будут, пожалуй, лишь ему. Все-таки надо попробовать. Может, выйдет затянуть ремнями?".
Тала мигом расправила штаны и надела их. Дальше произошло очевидное для любого знакомого с магическими вещами (тем более сшитыми из Киэриса) событие. Штаны стянулись до необходимого размера.
— Вау! — вслух произнесла Тала, уже поглядывая на оставшиеся вещи. Пара минут, и доспехи как влитые сидели на девушке. Она посмотрела на себя в зеркало и удивилась, насколько странно на ней выглядит это белоснежное одеяние с плащом за спиной и камзолом, доходящим до пола. "Будто жрица, сбежавшая из кельи."
Помимо внешней странности, Талиса почувствовала и навязчивое неудобство, как покалывание от шерстяного свитера на голое тело. А в горле застрял комок, будто шею сдавливал тесный ворот. Но этот легкий дискомфорт не мог сравниться с ощущением собственной монументальности и нерушимости, нахлынувшим на девушку. Безопасность явно была важнее капризных чувств организма.
Внезапно она услышала стук в дверь каюты.
"Ха! Дмирис сейчас оборжется, — приступ тоски вернул ее в реальность. — Ах да." — Кто там?
— Это я, — послышался голос Инсая. — Пустишь?
— Конечно.
— Хех. Ослепительно выглядишь! — тиран закрыл лицо рукой.
— Хватит придуриваться.
— Как скажешь, Ваше Величество. Я зашел спросить, долго ли ты нас с ребятами будешь по Империи катать? Если вдруг забыла, то мы все-таки бойцы корпорации и должны вернуться да отчет предоставить. Если нас никто не перекупит, конечно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Цену себе набиваешь?
— Тала, ну ты посмотри на меня… Разве я похож на человека, готового умереть за идею?
— Ты и за деньги умирать не собираешься.
— Не спорю. Но разве можно за это меня винить? В общем, давай уже порешим. Если мы тебе не нужны, то оставь нас в каком-нибудь порту, и мы там разберемся что да как. А если нужны, то я отправлю ребяток отщипнуть немного от того, что они из Сильтора притащили.
