Прямо к центральному входу в храм Ниаока Блаженного подъехала белая карета, украшенная переливающимся на солнце золотом и запряженная шестеркой снежных жеребцов. Народ зашептался, а уж когда на расстеленной прямо по мостовой дорожке под руку с отцом из кареты появилась невеста, так вообще восхищенно загалдел. Платье волшебницы могло поразить даже самую избирательную модницу, не говоря даже о простых людях, зачарованно смотрящих на это изящное чудо. Лицо девушки было прикрыто длинной фатой, так что ни ее выражения лица, ни эмоций видно не было, зато на удивление зрителей, в каждом движении будущей Светлецкой буквально сквозило явное нежелание идти к собору.
Когда приглашенные гости скрылись в храме, народ принялся с нетерпением ждать окончания церемонии, чтобы успеть взглянуть на невесту без фаты и оценить выбор сына первого советника Императора. Хотя многих все же больше интересовали монеты, которые будут раскидывать перед молодоженами после выхода из собора… и вовсе не как знак судьбы, что скоро свадьба предстоит тебе, а просто как лишние финансы, которые можно прогулять…
Айрия стояла в белом подвенечном платье и нервно кусала губу, до боли сжав кулаки. Она уже в десятый раз оглядывалась назад, рассматривая зал, чем вызывала лишь недовольство находившегося рядом Логдана.
Времени почти не осталось. Еще немного и все действия Дениса в другом мире уже будут бессмысленны…
Священник, сам пресвятейший отец Епифантий, читал свадебную речь очень и очень неторопливо, отрабатывая в полной мере полученное от отца Айрии пожертвование на храм. Он поминутно обводил публику испытующим взглядом, требуя от всех проникнуться смыслом своих слов. Но даже самый длинный обряд невозможно тянуть вечно. Епифантий взял с подноса кольца.
— Дети мои, в этот день, озаренный Божьим светом, я навеки соединяю ваши судьбы, жизни и души. Тебе, сын мой, вверяю силу в радости и горести быть защитником семьи, ведущим.
Священник надел кольцо на палец Логдана.
— Тебе, дочь моя, вверяю терпение в радости и горести быть защитницей семьи, ведомой.
Он приготовился надеть второе кольцо вместе с последними словами ритуала на палец Айрии.
Слезы горькой обиды и ужаса почти скатились по щекам, но девушка собрала все свое мужество и еще сильней прикусила губу. Видеть ее страдание? Такого удовольствия она Логдану не доставит.
— И ежели кто-то из присутствующих, сам Господь, ангелы всевышние или, пуще того, демоны считают вправе воспрепятствовать единению этих сердец — пусть остановят руку мою словом или делом.
Святой отец взял дрожащую руку девушки и начал одевать кольцо. Рие захотелось вырваться, бежать, но здравый смысл подсказывал — в этом нет смысла… В последнюю секунду, когда холодный золотой ободок уже коснулся краешка пальца, невеста с легким хлопком растворилась в воздухе…
Зал охнул.
Логдан, несмотря на то, что находился в храме, выругался так, что тут же получил от своего отца подзатыльник.
— Нельзя сквернословить в храме, идиот! — прошипел он, искоса глядя на иконы.
В воздухе шелестел шепот сотен гостей, все переглядывались и в ужасе смотрели на жениха.
Невозмутимый священник с грохотом захлопнул свою книгу, заставив ошалевший народ мгновенно замолчать.
— И да свершилась исключительная ситуация, и да против брака судьба! Быть может, позже все будет иначе, но пока, увы… — создалось впечатление, что он единственный, кто совсем не удивился подобному исходу.
Хотя после щедрого "пожертвования" отцу Епифантию было абсолютно все равно — почему и куда исчезла несостоявшаяся графиня…
Первое, что увидела Айрия в уже знакомой комнате — нечто мирно шумящее и занимающее почти весь стол, причем иногда словно подмигивающее ей разноцветными яркими огнями. Похоже, именно это "нечто" и было вызывающим заклинанием демона, другого объяснения пока не было. Не почувствовав в этом странном предмете ничего, похожего на привычную ей магию, Рия быстро продолжила осмотр. Сейчас непонятная установка волновала ее меньше всего, потому что в дальнем углу замершей статуей стоял Денис.
Вид у него был еще хуже, чем в прошлый раз. Создавалось впечатление, что он не спал всю эту неделю. Выглядел словно покойник, по воле чьей-то неуместной шутки поднятый из свежей могилы. Впрочем, на внешний вид Дениса Айрия на данный момент даже не думала обращать внимания. Она просто подбежала к нему и с искренней, безграничной радостью обняла. А потом не удержалась и поцеловала. Возможно, первый поцелуй и не закончился бы так быстро, если бы не изрядно вымахавшая щетина Дениса. Уж она-то длительному поцелую никак не способствовала.
— Ой! — Рия тут же отстранилась, потирая подбородок. — Денис, ты бы побрился…
— Извини, — замучено, но счастливо произнес тот, странно улыбаясь. — Не до того было.
— Одна секунда двенадцать сотых, — произнес голос, принадлежавшей ровеснице Дениса, следившей за всей этой сценой со стороны и все время остававшейся вне поля зрения Айрии. — Значит, Дениска действительно собрал что-то "вызывающее".
Девушка сделала паузу, сложив руки на груди и осматривая Рию еще внимательнее.
— Остается понять одно… У Вас там казнят в свадебных платьях?
— Нет… — Айрия вздохнула, понимая, что ее наряд требует пояснений. Просто сейчас она не могла заставить себя разжать руки и выпустить Дениса из объятий. Она начинала в полной мере осознавать, как сильно ей его не хватало. И с ужасом представляла, что случилось бы, если бы он не успел…
Сам Денис тоже не сопротивлялся такой близости Рии и просто опустил голову ей на плечо. Спустя несколько секунд он достаточно громко засопел.
Рия легко провела рукой по его волосам и невольно улыбнулась.
— Давай осторожно положим его спать, — прошептала стоявшая неподалеку женщина, отрывая ее от размышлений. — Он всю неделю без сна — с этой штукой возился. Так что надо дать ему отдых.
Айрия согласно кивнула, отстраняясь. Вдвоем они аккуратно уложили его на диван, а потом направились в другую комнату.
Похоже, это была кухня. Правда по размерам она была меньше привычной для девушки кухни раз в двадцать, но тем не менее, определенное сходство имелось. В центре стоял стол, накрытый синей цветной скатертью, на полках виднелась разнообразная посуда. Айрии указали на стул, и она, подобрав полог длинного и жутко неудобного платья, присела. Пышная белая кружевная материя наряда заняла практически всю пустое пространство комнатки.
Теперь девушка могла уже спокойнее обдумать сложившуюся ситуацию. Во-первых, она волновалась за отца, неизвестно, как он отреагировал на ее внезапное исчезновение. Все ли с ним в порядке? Во-вторых, непонятно было — что теперь делать и как вообще дальше жить? И наконец, она никак не могла понять — кем же является ее нынешняя соседка для Дениса. А если любовницей?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
