— У нас с Пашей сегодня праздник жизни получился, — сказал Степан Степанович, отправляя в рот кисточку с виноградом, и, вытаскивая пустую ветку.
— Мне приятно вас всех накормить обедом. Я редко собираю дома людей, да и некого особо к себе звать, — сказала Инесса Евгеньевна, отрывая одну крупную виноградину от большой кисти, и отправляя ее в рот красивыми пальцами с элегантным маникюром.
— Рай у вас, просто рай, Инесса Евгеньевна! — сказал Степан Степанович, отрывая следующую веточку винограда.
— Оставайтесь у меня с Пашей, — сказала женщина, и сама испугалась собственных слов, но забирать их ей казалось неприличным.
— А если мы согласимся, что делать-то с нами будите? Мы много едим, ведь мы крупные мужики.
— Что делать буду? Буду ездить с вами за продуктами, и учить вас готовить. Посуду вы мыть умеете.
— А, где мы все поместимся?
— Квартира трехкомнатная. Платон помирился с Анфисой, он у нее будет жить, а вы у меня.
— Так давайте объявим о помолвке, я правильно вас понял? И перейдем на «ты»?
— Не торопитесь объявлять, это вызовет антагонистические толки в наших славных рядах. Пусть все будет так, как само получится.
В этот момент входная дверь распахнулась, и на пороге возникли три мужчины в масках:
— Всем внимание! — прокричал один мужчина, размахивая в воздухе пистолетом, — мы пришли раскулачивать директора антикварного магазина! Всем выйти в прихожую с поднятыми руками, а хозяйка пусть откроет добровольно свой сейф! У нее должны быть деньги!
Степан Степанович открыл челюсть, потом сомкнул ее. Он посмотрел, что люди потянулись в прихожую, подгоняемые налетчиками.
Инесса Евгеньевна, не дрогнув, подошла к комоду, на котором стояла ваза с гладиолусами, словно хотела цветами защитить себя и близких ей людей.
Степан Степанович слегка сжался, и медленно вышел в прихожую, там он подмигнул своему сыну, который резко выкинул вверх ногу и выбил пистолет у главаря банды налетчиков. Степан Степанович двумя руками обезоружил двух мужчин, и скрутил им руки так, что те закричали от боли.
Через минуту три человека в масках, были без масок, и держали руки за спиной. Они подобострастно заглядывали в глаза Степану Степановичу. Одним из налетчиков оказался Родион, это он навел грабителей в дом своего директора магазина.
Первая гражданская жена Степана Степановича, позвонила второй гражданской жене Степана Степановича, и сказала ей:
— Полина, хочешь дочь Инну на каникулы отправить?
— Что, правда? Куда?
— Темнота, Паша мне позвонил, так они с отцом живут у директора антикварного магазина. И живут они, как у Христа за пазухой.
— Его девчонку не прокормить, вылитая дочка!
— Я тебе сказала, а ты думай. Директорша, хоть и бывшая, и твою дочь прокормит…
Полина позвонила Степану Степановичу:
— Степан Степанович, где отдыхаешь? Возьми дочь отдохнуть к себе на неделю.
— Ты, чего? Да я сам только пристроился!
— Пашу взял, а Инну не берешь?!!
— Что за люди, отдохнуть не дают! Вези дочь ко мне домой.
— Нет, ты не дома живешь, а у самой директорши антиквара.
— Хорошо, привози на наше место встречи, я буду там через час.
Через час Степан Степанович стоял рядом с дочкой лет семи, и думал куда пойти, куда податься. Мимо него проехала Инесса Евгеньевна на золотистом автомобиле, она остановилась рядом со Степаном Степановичем и сказала:
— Степан Степанович, что за красавица с тобой стоит?
— Моя дочь, Инна.
— Имя милое, куда путь держите? Ко мне?
— Что, вы! Мы гуляем. Мать ее дала мне на часовое свиданье.
Инна во все глаза смотрела на красивую женщину в золотистой машине.
— Папа, я хочу поехать с этой тетей, у нее машина красивая.
Степан Степанович и Инна сели в машину.
— Степан Степанович, скажи честно, сколько у тебя еще детей?
— У меня всего двое детей, и те живут не со мной. Это дети моих гражданских жен.
— Если только двое, — задумчиво проговорила она. — Бери с собой дочь на неделю, больше я не выдержу. Это в качестве премии, за спасение от грабителей.
— Спасибо, Инесса Евгеньевна, век вам буду благодарен. У нее каникулы начались, она дома неделю у вас погостит.
Инна пронеслась вихрем по квартире. Она, закончив обход помещений, села в кресло и сказала:
— Папа, мне здесь очень нравиться! Я согласна прожить здесь недельку.
Из соседней комнаты вышел Паша. Он с трудом оторвался от очередной игры, которую ему установил Платон, но оставить без ответа слова сестры по отцу он не мог:
— Инна, ты уверена, что тебя здесь оставят жить? Не жирно ли для тебя?
— Здравствуй, Паша! А я буду так себя вести, что меня захотят оставить. Вот!
Она встала с кресла и подошла к Инессе Евгеньевне:
— Я не буду вам мешать, тетя! Я буду помогать вам. Вот!
— Деточка, а что ты умеешь делать, чтобы мне помочь? Раньше я без помощников обходилась, а сейчас бы я от помощи не отказалась.
— Я умею пыль стирать с мебели, могу пол протереть, могу посуду помыть.
— Если ты такая трудолюбивая девочка, то я приму твою помощь. Идем, стол накроем для ужина.
Инна расплылась в довольной улыбке. Она вымыла руки и стала беспрекословно выполнять все команды Инессы Евгеньевны. Девочка сама пригласила всех к столу, затем на самом деле вымыла всю посуду.
Хозяйка квартиры так была удивлена ее усердию, что помимо своей воли предложила ей занять диван в гостиной комнате, таким образом, отсекая путь к отступлению. Для нее самой оставалось одно спальное место: одна на двоих кровать со Степаном Степановичем…
Степан Степанович усмехнулся, но промолчал. Он сразу понял, что следует из визита дочери в дом с тремя спальными местами. Честно говоря, он был доволен новым обстоятельствам в своей жизни. Паша прочно занял комнату Платона, его диван, компьютер, и начинал носить его вещи.
У Инны вещей с собой не было, это Инесса Евгеньевна поняла сразу, поэтому после ужина она предложила девочке съездить в магазин, до его закрытия у них еще было время.
Инна мгновенно оценила ситуацию и покорно пошла за своим новым спонсором.
Они купили самые необходимые вещи для жизни в новых условиях в течение недели. Девочка светилась от счастья, она нежно держала руку тети Инессы и подпрыгивала то на одной ноге, то на другой.
Степан Степанович с удивлением заметил, что ему нравится Инесса Евгеньевна в роли матери его детей. Он даже готов был на главное, а именно на то, чтобы она стала его женщиной. На этот шаг они еще не решались в присутствии Паши, а присутствие Инны, напротив, ускорила их решение быть вместе.
