Читаем без скачивания Кровавая дорога в Тунис - Дэвид Рольф

Разрозненные роты 23-го батальона, несмотря на сильный обстрел, окопались рядом с дорогой позади Такруны. Они отбили несколько контратак. Танки ноттингемских йоменов, которые оторвались от пехоты во время блужданий в зарослях, вернулись в расположение своего эскадрона. На рассвете они были отправлены назад, помочь выбить противника из долины. Наконец гора и ложбина были очищены от противника, и был установлен контакт с 6-й бригадой, которая добилась большего успеха.

Наступая на относительно спокойном участке, 24-й батальон быстро занял намеченные пункты. Справа 26-й батальон обнаружил, что итальянцы не пришли в себя после артобстрела и просто сбежали. Грунт был каменистым и твердым, поэтому окапываться было очень и очень тяжело. Многие солдаты просто воспользовались вражескими траншеями, которые хорошо укрывали их следующие 4 дня от вражеского обстрела. Тем временем, 2 головные роты раджпутов, потеряв более 30 процентов состава и израсходовав боеприпасы, отошли с Джебель-Гарси. Думая, что атака захлебнулась, противник усилил натиск на 1/9-й гурков и Эссекский батальоны.

Но тут вмешался командир артиллерии 4-й индийской дивизии бригадный генерал Димолин. Его 300 пушек могли в течение минуты выпустить 8 тонн снарядов по указанной цели и через 5 минут переключиться на обстрел другой. "Корректировщик сообщил, что вражеская пехота в 300 ярдах от него, и тогда заработала вся дивизионная артиллерия. Снаряды накрыли наступающие цепи. Когда дым рассеялся, от них ничего не осталось. Это обрадовало, и мы надеялись, что хорошо расквасили бошам нос", - писал Димолин.

Однако, несмотря на этот обстрел, все еще сохранялась возможность, что Гарей будет потерян. Поэтому Такер был обеспокоен положением на своем правом фланге, где новозеландцам пришлось очень туго на Такруне. Чтобы не дать противнику отрезать их, он двинул вперед 7-ю бронетанковую и 23-ю моторизованную бригады. При поддержке 40-го и 50-го танковых полков новый командир 7-й бригады бригадный генерал Ферт (он заменил Ловетта, после того как тот был ранен) сумел провести 4/16-й пенджабский батальон к Киппенбергеру. Вскоре после полудня 20 апреля 5-я бригада была направлена на равнину юго-западнее Гарей и заняла подножие горы.

На Такруне 21-й батальон Киппенбергера в тот же день сменил маори на вершине. В исключительно жестоких боях итальянцы забросали гранатами здания, где маори укрыли своих раненых, вероятно, не зная, кто там укрывается. Однако новозеландцы штыками и фанатами отбили атаку, хотя многие итальянцы пытались сдаться в плен.

Меткий огонь нового 17-фунтового противотанкового орудия разрушил каменные здания деревни Такруна. Стремительный бросок отделения маори захватил врасплох парашютистов дивизии "Фольгоре" и солдат немецкого 104-го панцер-гренадерского полка, которые укрывались в развалинах. Они сдались в плен. Этот успех открыл дорогу для захвата Джебель-Такруна. Итальянские солдаты, занимавшие вершину, нашли под камнями тело сержанта Брессаниниче, все еще сжимавшего винтовку. Собственной кровью он написал на клочке бумаги: "Да здравствует король! Да здравствует Италия! Боже, храни Италию!"

"Мы, итальянцы, становимся все лучше, чем дольше идет война. Мы очень быстро учимся, и наши войска становятся все лучше. Немцы помогают нам, и если говорить о военных действиях в Тунисе, то у нас есть все основания гордиться собой", - заявил Паоло Коласиччи. Такер был свидетелем их упорной обороны на рубежах Вади Акарит и у Такруны. Он думал, что прорыв позиций у Анфидавилля будет стоить англичанам слишком дорого. За 2 дня боев его дивизия потеряла 500 человек, а дивизия Фрейберга - почти 600. Некоторые стрелковые роты в ходе боев за Гарей потеряли до трети своего состава. Ни один командир дивизии не мог мириться с такими потерями, если план атаки был ошибочным. Поэтому Такер и Фрейберг сказали Хорроксу, что они больше не будут вести лобовые атаки в районе Гарей и Такруны.

* * *

Монтгомери все еще не отказался от надежды прорваться силами 8-й Армии вдоль прибрежной равнины на север от Анфидавилля и нанести противнику решающий удар. Повинуясь его приказу, Хоррокс приказал Такеру и Фрейбергу ночью 28/29 апреля двинуть танки и пехоту на грузовиках на прибрежную равнину. Западный фланг расположения армии должны были составить легкие силы. Генералам это совершенно не понравилось, и Хоррокс заметил: "В глубине сердца я сочувствовал им, но ничего иного, кроме лобовой атаки, предложить было нельзя. Нас ждали тяжелые потери". Он мог прибыть в штаб 8-й Армии и изложить все это Монтгомери. Но фельдмаршал очень ловко выбрал время для отлучки. Он отправился в Каир, заниматься планированием операции "Хаски", как разболтала БиБиСи. "Как только Монти сообразил, что застрянет под Анфидавиллем, он удрал в Каир, чтобы заняться планированием высадки в Сицилии", - прокомментировал МакКрири. Столь же язвительным был и Алан Брук, который сказал Александеру: "Это не самый подходящий момент бросить армию".

Так как Монти отсутствовал, план атаки был приведен в действие. Однако дивизионные командиры упирались, и опасения их штабов стали известны всей армии. Ночью 22/23 апреля, как и планировалось, части Такера были сменены на Гарей 153-й бригадой. Потрепанные батальоны отправились на давно заслуженный отдых. Радист Брэдшо (артиллерия 4-й индийской дивизии) писал: "Старики считали, что атака Гарей была самой тяжелой за все 2,5 года боев".

На следующую ночь (23/24 апреля) 5-й батальон гайлендеров Сифорта сменил маори на Такруне, а другой батальон 152-й бригады Мюррея, 5-й королевы собственный гайлендеров Камерона, занял высоту, которую потом назвали "Эдинбургским замком". Мюррей недовольно сказал Киппенбергеру, что его частям придется впредь ходить в атаку без волынщиков. Киппенбергер поинтересовался, почему? Да потому, что волынщика часто разрывает на куски. А британская армия не может позволить себе каждый раз платить 80 фунтов за новую волынку.

Основная тяжесть атаки хребтов Джебель-эль-Срафи и Джебель-Терхуна выпала 26-му батальону новозеландцев, которых прикрывала 201-я гвардейская бригада. Эти хребты преграждали путь 4-й индийской дивизии на Тебагу, которая находилась в 5 милях к северу от Анфидавилля. Новозеландцы сумели днем 25 апреля, несмотря на сопротивление врага, занять Терхуну. Однако все попытки захватить Джебель-эль-Срафи были сорваны сильнейшим артиллерийским и минометным огнем. Во второй половине дня была проведена вторая атака, которая превратилась в серию мелких схваток. Итальянские пулеметчики в конце концов были уничтожены штыковыми атаками. К вечеру новозеландцы окопались на хребте Срафи, ожидая контратаки, и запросили у штаба поддержки танков. Им ответили, что танки уже в пути. На следующее утро противник открыл бешеный огонь по хребту, и в штаб полетела новая просьба о помощи. Новозеландцы получили грубый ответ: "У танков нет крыльев". Это было уже слишком. "Если у них нет, так у нас скоро появятся!"

Через час танки прибыли. Теперь следовало подобрать и эвакуировать раненых. Бой как-то стих, и ночью 26/27 апреля новозеландцев сменила 169-я бригада Лайна. Это была первая из двух бригад 56-й пехотной дивизии генерал-майора Майлса. Она проделала 3200 миль за 32 дня, прибыв из Киркука. В момент смены войск вражеские артиллеристы снова обстреляли Джебель-эль-Срафи, нанеся новые потери 26-му батальону, который в маленькой стычке лишился трети состава.

Монтгомери снова появился 26 апреля, страдая от тонзиллита и дурного настроения. Хорроксу приказали "прекратить кровопролитие" и завершить бой. Фрейбергу, который уже определил, что успешная атака Хаммамета будет стоить его дивизии 4000 человек, а неудачная - 1000, он сказал: "Ставки так велики, что мы будем прорываться здесь". Хоррокс тоже думал, что операция "Аккомплиш" приведет к лишним потерям. Он сказал Монтгомери: "Мы сумеем прорваться, но я сомневаюсь, останется ли в итоге что-нибудь от 8-й Армии". Тем не менее, подготовка наступления продолжалась. Но его успех зависел от действий 1-й Армии, которые могли сделать атаку вообще ненужной.

* * *

Однако на севере не было видно никакого движения. Хотя вылазка генерал-майора Шмида не отсрочила операцию "Вулкан", войска Андерсона, которые пошли в атаку утром 22 апреля, повсюду столкнулись с упорным сопротивлением.

В южном секторе IX корпус Крокера отправил 46-ю дивизию атаковать возвышенности к западу от Себкрет-эль-Курзиа при поддержке огня более чем 200 орудий. Сзади ждала 6-я бронетанковая дивизия, готовая двинуться по равнине Губеллат. 2/4-й батальон короля собственной йоркширской легкой пехоты, серьезно пострадавший во время удара немцев, просил отложить атаку, но его снова бросили в бой. Разрывом немецкого снаряда был тяжело ранен командир батальона, погибли командиры 152-го полка полевой артиллерии и 6-го Линкольнского батальона.

При поддержке танков "Черчилль" эскадронов А и В 51-го танкового полка 138-я бригада к полудню заняла указанные цели. Справа 128-я бригада при поддержке эскадрона С почти не продвинулась. Лишь на рассвете 24 апреля англичане обнаружили, что ночью противник отступил.