— Хочешь изменить ему память? — прищурилась Гермиона.
— О, это слишком просто, вы не находите? Некрасиво. Не в духе Темного Лорда.
Снейп прошествовал к одной из уставленных бесконечными колбочками полок и снял небольшой сосуд с хрустальной крышечкой, наполненный чем‑то вязким, сероватым и довольно противным на вид.
— Если уж затеваешь всяческие игры, хочется обставить их наиболее элегантно.
Он легким рывком сорвал со своей головы несколько черных волосков и, открыв сосуд, опустил их туда. Жидкость забурлила, вспенилась, стала ядовито–синей.
— Оборотное Зелье! — прошептала Гермиона. — Но я не понимаю…
— Хвост! — ласково позвал Снейп. — Желаем видеть тебя в человеческом обличье.
Из‑под шкафа показалась печально известная крыса Короста, вмиг обернувшаяся известным не менее печально Питером Петтигрю. Таким же маленьким, крысоподобным, но странно послушным. Мужичок замер, смотря в пол перед собой: ожидал приказаний.
— Что‑то он подозрительно спокоен, — заметила Гермиона, осознавая, кому предстоит сыграть роль поверженной жертвы.
— Заклятие Империус действует весьма умиротворяюще, — довольно мерзко усмехнулся Снейп, протягивая Хвосту сосуд с Оборотным Зельем. — Понимаете ли, Кадмина, это так неосмотрительно — держать в своих рядах задолжавшего жизнь Гарри Поттеру субъекта, — сказал он, наблюдая, как низкорослый, довольно омерзительный на вид Хвост вытягивается, изменяясь под стать его облику. — И мы с Темным Лордом рассудили — какая ирония! Осуществить именно такую подмену! Лишить Гарри Поттера одной из немногих козырных шестерок в рукавах.
Гермиона в растерянных чувствах смотрела на двух Снейпов перед собой. Самого обычного, рассуждающего о коварных планах, и весьма странного — одетого в подстреленную мантию и теперь уже бриджи, а не штаны.
— Переоденься, — кивнул своему двойнику истинный Снейп, указывая на мантию и костюм на диване. — А мы с Кадминой пока потолкуем.
Девушка с усмешкой села спиной к дивану и завершающему свой посмертный образ Хвосту и посмотрела на Снейпа.
— Собственно полагаю, что вы уже осознали всё коварство.
— Это…
— У вас нет слов? Великолепно — значит, наш план воистину гениален. Победа надо мной, пусть и ненастоящая, утихомирит Поттера на время. К тому же вы сможете понаблюдать за увлекательным процессом надуманного самобичевания. Герои, победив злодея, вечно накручивают себя. Винят и оправдывают. Выглядят крайне несчастными — в общем, делают всё, чтобы только не осознавать себя уподобившимся противоположной стороне убийцей. Но теория теорией, а на практике вам будет многим любопытнее.
— У Гарри с собой Сыворотка Правды, — вставила шпильку Гермиона, следя за реакцией своего собеседника. — Как бы не вышло беды.
— Хвосту ровным счетом ничего не известно. Но он будет сопротивляться до последнего, так что Поттеру даже разоблачить его не удастся. Вам не о чем переживать. Итак, наш друг завершил маскарад.
Гермиона оглянулась — точно такой же Северус Снейп стоял у дивана и улыбался фирменной улыбкой оригинала.
— Блестяще.
— Что ж. Вынужден откланяться. С радостью повидаю вас на Рождество — мы сможем продолжить наши занятия окклюменцией. И углубиться в легилименцию. А вам желаю удачи. Вы преуспели в актерском мастерстве — можете считать, что теперь у вас экзамен.
— Инструкции будут? — усмехнулась Гермиона.
— Любым способом уничтожить тело, иначе впоследствии правда может быть установлена, и Поттер озвереет пуще прежнего. А так… Я ослаблю связующее заклятие на Поттере и Уизли, чтобы они могли подумать, что с честью сами преодолели его. А Хвост пока поимпровизирует, дабы не вызывать сомнений в том, чем мы с вами тут занимались.
— Поимпровизирует?
— Вы чрезвычайно привлекательны, гены — страшная сила… — Он легонько взмахнул палочкой, и девушка почувствовала мягкие, но тугие магические веревки на руках. Не просто связывающие, а не дающие трансгрессировать. — И постарайтесь выглядеть более испуганной, Кадмина. Любой, кто на вас сейчас взглянет, падет ниц, а не осмелится нападать.
С этими словами он трансгрессировал, а в голову Гермионы закрались скверные подозрения. «Очень привлекательны»?
Хвост–Снейп нехорошо улыбнулся и пошел к ней, на ходу расстегивая мантию.
— Да что ты себе позволяешь?! — возмутилась связанная девушка.
Совершенно не обращая внимания на восклицания жертвы, Хвост–Снейп беззастенчиво рванул её одежду, довольно грубо отпихивая сопротивляющуюся жертву к столу.
— Помогите!!! — заверещала Гермиона, проклиная всех и вся. — Сволочь! Отвали от меня! Да я… Отпусти!!!
Пропуская мимо ушей все вопли, мучитель закинул её руки за голову, придавливая к столу и, раздвигая брыкающиеся ноги, склонился над девушкой.
— Мисс Грэйнджер, я так рад…
— ЭКСПЕЛЛИАРМУС!!!
Снейп–Хвост отлетел к стене, стукнувшись о неё с такой силой, что с верхних полок прямо на него посыпались всевозможные баночки, колбочки и книги. К Гермионе подскочил Рон, совершено красный и жутко перепуганный. Гарри направился прямо к лже–Снейпу.
— Ты как?! — выпалил Рон, помогая ей освободиться и запахнуться в мантию.
— Очаровательно! Куда уж лучше?!
Она утерла выступившие слезы. Ну что за методы?!
Гарри тем временем свирепо и беспощадно сыпал на голову потерявшего от удара сознание лже–Снейпа проклятия. Далеко не фигурально выражаясь.
От потрясения он позабыл обо всем, что собирался выпытать и узнать у прихвостня Волдеморта: действиями Гарри руководили сейчас только гнев и ненависть. Он сыпал проклятия, как заведенный, вспоминая все обиды и унижения, которые претерпел от своего врага, и самое страшное — ужасную ночь смерти Дамблдора. Шквал атаки нарастал, и после всего…
— Авада…
Рон вскрикнул. Гермиона моргнула. А Гарри, как и следовало ожидать, умолк. Он стоял над валяющимся у ног беспомощным врагом и молчал, вскинув волшебную палочку.
«Не хватало ещё сдать Хвоста в Орден Феникса, чтобы он там превратился в себя! — испуганно подумала Гермиона. — Срочно надо что‑то делать!»
— Ну же, Гарри! — с истерическими нотками в голосе крикнула она, кутаясь в мантию. — Эта тварь чуть… Ты хочешь… — у неё выступили почти искренние слезы. — Он убил Дамблдора!
— Погоди, — почти спокойно прервал ее Гарри. — Мы забываем, зачем пришли сюда. — Он порылся в кармане мантии и достал крошечный пузырек с бесцветным содержимым. — Ну‑ка, помоги мне, Рон.
Двое парней с отвращением разгребли прикрытое обвалившимися полками и их содержимым тело и усадили, прислонив к стене. Испачканная и рваная мантия кое–где дымилась сизыми парами какого‑то разлитого зелья, лицо лже–Снейпа было наполовину изуродовано кислотой, в которую умудрился угодить и Рон: теперь он с проклятьями стягивал с себя шипящий и дымящийся башмак.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
