Читаем без скачивания Чужие сны и другие истории - Джон Ирвинг

Теперь я понимаю: создавая образ Минны Баррет, я учился создавать (хотя и весьма неуклюже) второстепенных персонажей.

Почти в Айове

Водитель считал путешествие одной из форм размышления, однако его «вольво» никогда не ездил дальше Вермонта. Водитель, как правило, был здравомыслящим путешественником: он поддерживал надлежащий уровень масла, заботился о чистоте ветрового стекла, а в левом нагрудном кармане, вместе с шариковой ручкой, носил персональный манометр для измерения давления в шинах. Ручка ему требовалась для записей и пометок в бортовом журнале («Журнале великого путешествия»). Он аккуратно заносил туда число пройденных миль на галлон бензина, размер платы за проезд по дорогам и мостам, а также общее время нахождения в пути.

«Вольво» ценил предусмотрительность водителя. Путь по шоссе 9, пролегающему через Вермонт от Братлборо до Беннингтона, он проделал без опаски. Когда на шоссе появились первые признаки скорого пересечения границы штата Нью-Йорк, водитель сказал ему:

— Все в порядке.

И «вольво» ему поверил.

Этот «вольво» пыльно-томатного цвета был из породы двухдверных седанов. Он появился на свет в тысяча девятьсот шестьдесят девятом году. Обут он был в одноцветные черные радиальные шины «Семперит», имел стандартную четырехскоростную коробку передач, четыре цилиндра, два карбюратора и сорок пять тысяч двести тридцать восемь миль пробега. Радио в салоне не было. Водитель считал, что радио отвлекало бы их обоих.

Из Вермонта они выехали в полночь.

— Рассвет встретим в Пенсильвании, — пообещал водитель обеспокоенному «вольво».

В городе Трой, штат Нью-Йорк, водитель включил понижающую передачу и ласковым голосом заверил «вольво», что вскоре это кончится.

— Это не затянется надолго, — сказал водитель.

«Вольво» поверил ему на слово. Иногда бывает полезно поддаться иллюзиям.

Они достигли въезда на транзитную автостраду, ведущую через штат Нью-Йорк на запад. Там было почти пусто. Какой-то неопытный «фольксваген» проявлял нерешительность, выбирая полосу движения. Водитель пристроился за «фольксвагеном» и позволил «вольво» просигналить. Испуганный «фольксваген» юркнул вправо, «вольво» взял влево и с напором пронесся мимо, мигнув габаритными огнями.

Сделав это, «вольво» почувствовал себя лучше.

Поездка по транзитной автостраде через штат Нью-Йорк занимает несколько утомительных часов. Водитель знал, насколько опасна монотонность. Поэтому возле города Сиракьюс он съехал с автострады и сделал приличный крюк до Итаки, потом вдоль озера Кайюга и далее до Рочестера, где они вернулись на «транзитку». Окружающий пейзаж напоминал Вермонт, и это успокаивало водителя и автомобиль. В воздухе пахло яблоками. Перед фарами падали кленовые листья. Только однажды им встретилась шокирующая неоновая реклама, грозящая поколебать уверенность «вольво». «ЖИВАЯ ПРИМАНКА!» — сообщали светящиеся буквы. Водителю и самому стало не по себе, однако он знал, насколько заразительно беспокойство, и постарался не слишком распространяться о своих ощущениях.

— Это всего лишь червячки и личинки, — сказал он недовольно мурлыкающему «вольво».

Однако в мозгу водителя пронеслись варианты иных видов «живой приманки». Ему подумалось не о корме, заставляющем рыбу приплывать в нужные места, а о чем-то таком, что распугивает рыбу, вынуждая ее выбрасываться на берег. Впрочем, «ЖИВАЯ ПРИМАНКА!» могла быть просто названием ночного клуба.

Вновь оказавшись на транзитной автостраде, водитель испытал облегчение. Не каждое отклонение от курса заканчивается успешным возвращением. Впрочем, эту мысль он оставил при себе, а для «вольво» сказал, постучав по приборной доске:

— Очень скоро мы будем в Буффало.

В небе появилась светлая полоска. Эту стадию рассвета обычно замечают лишь охотники на уток и любители марафонского бега. Водитель ее практически не заметил.

Озеро Эри лежало застывшей серой громадой, словно мертвый океан. Машин на федеральном шоссе Пенсильвании было немного — «ранние пташки», торопящиеся на работу в Огайо.

— Не дай Кливленду тебя подмять, — предупредил водитель.

Его «вольво» был просто молодец: пробег на одном галлоне бензина — двадцать две целых и три десятых мили, уровень масла по-прежнему на максимуме, заряд аккумулятора тоже на высоте. Единственными свидетельствами пугающего ночного путешествия был странный налет на крыльях и месиво из раздавленных букашек, разлитое по ветровому стеклу и решетке радиатора.

Парню на заправке пришлось поработать своим резиновым скребком, чтобы все это счистить.

— Едете издалека? — спросил он водителя, но тот лишь пожал плечами.

Водителю очень хотелось крикнуть, что он все время в пути, однако его «вольво» уже был вычищен и готов к дальнейшему путешествию.

Нужно следить за тем, кому и что говоришь, не то можно ненароком задеть кого-то словом. Например, водитель никому не сказал о своем отъезде.

На подступах к Кливленду, прежде чем город принял их в свои зловонные объятия, они сумели проскочить дорогу раньше, чем ее плотными рядами заполонят грузовики. Поэтому утренняя «напряженка» с ее нервотрепкой и выплесками злости не потревожила их чувств. Впереди появился указатель поворота на Коламбус и все, что лежало южнее. Однако водитель лишь презрительно фыркнул и подъехал к западному съезду участка платной дороги, пролегающей по штату Огайо.

— Шиш тебе без масла, Коламбус, — сказал водитель.

Когда вы ехали целую ночь, отлично контролируя свое состояние, и теперь, в лучах утреннего солнца, ощущаете свое превосходство над остальным миром, — даже просторы Огайо кажутся достижимыми и кажется, что до Толидо — рукой подать.

— Ланч в Толидо! — дерзко заявил водитель.

«Вольво» слегка вздрогнул, перешел со скорости семьдесят пять миль в час на восемьдесят миль и обрел знаменитое «второе дыхание». Солнце было у них за спиной, и они оба радостно глядели на приземистую тень автомобиля, бежавшую впереди. Оба чувствовали, что это зрелище будет сопровождать их до самой Индианы.

Цели, которые мы ставим ранним утром, принадлежат к числу иллюзий, которые необходимо сохранять, если мы вообще хотим куда-либо добраться.

Огайо не так прост, как кажется. Спрашивается, зачем им столько поворотов на маленький городишко Сандаски? Платный участок дороги был хорош тем, что по обочине стояло множество павильончиков для отдыха. Заехав в один из них, чтобы немного размяться, водитель был неожиданно выбит из благодушного состояния. «Вольво» кашлял, не желая заводиться. Водитель применил весьма радикальную меру лечения: он не снимал ногу с педали сцепления, раздражаясь сам и раздражая автомобиль. Следом он допустил новую оплошность. Водитель проверил расход топлива и имел неосторожность воскликнуть вслух:

— Четырнадцать и шесть десятых мили на одном галлоне? Ну и ну!

Правда, водитель тут же спохватился и стал уверять «вольво», что сказанное вовсе не является критикой в его адрес, а относится к плохому качеству бензина.

— Должно быть, у них бензин кончался, вот и залили в тебя какую-то дрянь.

Но двигатель «вольво» работал с присвистом. Водитель заглушил мотор, потом снова завел, позволив некоторое время поработать на холостом ходу. Чтобы подбодрить автомобиль, водитель сказал:

— Зато масла у тебя полным-полно. Не потратил ни капельки.

Это была ложь. Уровень масла понизился на полкварты; положение не критическое, но радоваться нечему. Проезжая очередной поворот на Сандаски, водитель подумал: «Знает ли “вольво”, что я ему соврал?» Когда едешь далеко, доверие — первейшая необходимость.

«Ланч в Толидо» превратился в насмешку, звеневшую в голове назойливой мухой. Водитель подавлял голод, однако урчащий желудок напоминал ему, что нужно было не упрямиться, а воспользоваться одним из четырнадцати поворотов на Сандаски и поесть там. И что это за прыщ на ровном месте, если туда ведет столько дорог?

Даже если постоянно заливать в бак новые галлоны бензина и протирать ветровое стекло, это не заменит автомобилю отдых. А «вольво» не отдыхал по-настоящему с самого завтрака в Буффало. Водитель решил пожертвовать своим ланчем.

— Я вовсе не голоден, — бодрым голосом заявил он и тут же ощутил груз своей второй лжи.

Водитель знал: некоторые жертвы имеют чисто символический смысл. Когда путешествуешь не один, груз страданий надо делить поровну, и это должно быть первой заповедью. И потому место, именуемое Толидо, было тихо и незаметно пройдено позже намеченного времени. Что же касалось падения уровня масла, водитель знал: нечто похожее произошло и в его «моторе». Ох, Огайо!