Читаем без скачивания Слуги меча - Энн Леки

— Вы могли что-то сказать о вальскаайцах на ухо самому магистрату.

— На самом деле я так и сделала.

— И, — продолжила Сирикс, будто я ничего не сказала, — многие из проблем ичана могли бы разрешиться, стань они лучшими гражданами.

— Насколько же хорошим гражданином нужно быть, — спросила я, — чтобы иметь воду, воздух и медицинскую помощь? А ваши соседи знают, что вы столь низкого мнения о них? — Я в этом не сомневалась. Как и полевые работники — вальскаайцы, они знают.

Сирикс больше ничего не сказала до самого конца путешествия.

Лейтенант Тайзэрвэт встретила нас у причала. Испытывая облегчение при виде нас, радостно предвкушая… что-то. Испытывая тревогу, возможно — по той же причине. Пока мимо вереницей шли другие пассажиры, я смотрела глазами Пять и Восемь, видела, что вспомогательным компонентом «Меча Атагариса» занялись врачи и другой его сегмент, а третий вспомогательный компонент «Меча Атагариса» заняла место позади капитана Хетнис.

Лейтенант Тайзэрвэт поклонилась:

— С возвращением, сэр.

— Благодарю, лейтенант. — Я повернулась к капитану Хетнис. — Капитан, я жду вас завтра с утра.

Она поклонилась в ответ, а мы вышли в коридор и направились к лифту, который доставит нас в Подсадье. Праздник гениталий давно закончился — в коридорах не было крошечных ярко окрашенных пенисов, и последние конфетные обертки из фольги отправились на переработку.

И — хотя я уже знала об этом, видела глазами Тайзэрвэт и Бо Девять — у входа в Подсадье не было сломанного стола. Там оказалась открытая секционная дверь, и индикатор должным образом указывал, что дверь функционирует как подобает и воздух имеется по обе ее стороны. Далее — истертый, но хорошо освещенный коридор. «Милосердие Калра» показал мне, что лейтенант Тайзэрвэт испытала небольшой прилив гордости. Ей не терпелось продемонстрировать мне все это.

— Все секционные двери, ведущие из Подсадья на этом уровне, отремонтированы, сэр, — сказала Тайзэрвэт, когда мы входили в коридор Подсадья. — Они добились хороших результатов с дверями на уровне два. Третий и четвертый, разумеется, на очереди. — Мы вошли на крошечную импровизированную площадь Подсадья. Теперь она хорошо освещалась, фосфоресцирующая краска вокруг двери чайной была едва заметна, хотя оставалась на месте, так же как и подсохшие лужицы, и следы ног. Два горшка с растениями стояли по бокам скамьи посередине открытого пространства, в обоих заросли толстых лопастевидных листьев устремлены вверх, пара из них — почти с метр высотой. Лейтенант Тайзэрвэт увидела, что я их заметила, но никаких опасений ее лицо не выдало. Растения, разумеется, результат ее разговора с Баснаэйд. Это маленькое пространство теперь казалось еще меньше, будучи ярко освещенным и даже наполненным людьми, среди которых присутствовали не только местные жители, но и сотрудники отдела техобслуживания базы в серых комбинезонах.

— А водопровод? — спросила я, не упоминая про растения.

— В этой части уровня один сейчас есть вода. — Удовлетворение, которое испытала Тайзэрвэт, сказав это, почти заслонило ее страх, что я заметила: она проводила время в садоводстве. — Работы по-прежнему ведутся в других секциях, а на уровне два — только начались. В некоторых местах дело идет медленно, сэр, и я боюсь, что уровень четыре все еще… неудобен в этом аспекте. Здешние жители согласились с тем, что лучше начать оттуда, где живет большинство людей.

— Совершенно верно, лейтенант. — Конечно, я уже знала большую часть из этого, присматривая вполглаза за Тайзэрвэт, Бо Девять и Калр Десять, за тем, что происходит здесь, на базе, пока была внизу.

За мной и Тайзэрвэт остановилась Сирикс, заставив Пять и Восемь, идущих следом и сопровождающих сестру Кветер, все так же молчаливо-несчастную, тоже остановиться.

— И что насчет тех самых жителей? У меня по-прежнему есть мое жилье, лейтенант?

Тайзэрвэт улыбнулась, это приобретенное на практике дипломатичное выражение лица, как я знала, она очень часто применяла за последнюю неделю.

— За всеми проживающими в Подсадье во время начала работ были официально закреплены те помещения, которые они использовали. Ваша комната по-прежнему ваша, гражданин, хотя теперь она лучше освещена и со временем будет лучше проветриваться. — Она повернулась ко мне. — Были некоторые… опасения относительно установки камер. — На самом деле состоялась дискуссия во время встречи с администратором базы Селар здесь, на этой крошечной площади, — лифты еще не были готовы. Лейтенант Тайзэрвэт организовала эту встречу одной силой воли в сочетании с таким обаянием, которое удивило даже меня, а уж я-то подозревала, на что она может быть способна. Ни одного сотрудника службы безопасности, только Тайзэрвэт рядом с администратором базы. — В конечном счете решили, что камеры разместят в коридорах, но не в жилых помещениях, пока жители этого не попросят.

Сирикс издала саркастический смешок.

— Для некоторых даже камер в коридоре более чем достаточно. Но, полагаю, мне лучше отправиться домой и самой посмотреть, что вы там сделали.

— Думаю, вам понравится, гражданин, — ответила Тайзэрвэт все в том же дипломатическом ключе. — Но если у вас появятся проблемы или жалобы, дайте знать, не раздумывая, мне или любым членам команды «Милосердия Калра».

На это Сирикс ничего не сказала, лишь поклонилась и ушла.

— Ты могла отправлять людей напрямую к администрации базы, — сказала я, догадываясь, что беспокоило Сирикс.

Я снова пустилась в путь, приведя в движение нашу маленькую процессию. Мы завернули за угол и обнаружили, что двери лифта открылись для нас. База наблюдала.

На «Милосердии Калра» Сеиварден стояла нагая в бане, где ее обслуживала Амаат.

— Значит, капитан флота благополучно вернулась, — сказала она.

— Да, лейтенант. — Амаат говорила за корабль.

На базе Атхоек, в Подсадье, я вошла в лифт с Тайзэрвэт, моими Калр и сестрой Кветер. «Милосердие Калра» показал мне минутное сомнение лейтенанта Тайзэрвэт, когда она размышляла, и не впервые, над тем, насколько вероятно, что я видела снизу все, что она делала.

— Я знаю, что мне следовало отправлять их к администрации базы, сэр. Но большинство людей, которые живут здесь, предпочли бы туда не ходить. Мы — ближе. И мы это начали, и мы живем тут. В отличие от администрации. — Краткий миг неуверенности. — Не все местные этим довольны. Здесь проходит некоторое количество контрабанды. Краденые товары, запрещенные наркотики. Те, кто зарабатывает этим на жизнь, не рады тому, что теперь база ведет наблюдение, пусть только в коридорах.

Я снова подумала о Сеиварден. Она весьма ясно выразилась о своей решимости никогда больше не принимать кефа и до сих пор придерживалась своего намерения. Но раньше, когда его принимала, она проявляла впечатляющую способность находить наркотик и способы добывать его, где бы ни была. Хорошо, что я оставила ее командовать «Милосердием Калра», а не привезла сюда.

Все еще в бане, на «Милосердии Калра», Сеиварден скрестила руки. Разняла их снова. Этот жест знаком мне многие месяцы. Он удивил Амаат, которая обслуживала ее, хотя внешне это удивление проявилось лишь в том, что она быстро моргнула два раза. Слова: «Вы очень беспокоились» — появились в поле зрения Амаат.

— Вы очень беспокоились, — сказала она за корабль.

В лифте, в Подсадье на базе Атхоек, гордость, которую испытывала Тайзэрвэт, показывая мне, сколь многого удалось достичь, внезапно заглушили беспокойство и ненависть к самой себе, не покидавшие ее все это время.

— Я вижу это, капитан флота, — сообщил мне корабль, прежде чем я успела что-то сказать. — Это в основном под контролем. Я думаю, она испытывает некоторое напряжение из-за вашего возвращения. Она боится, что вы не одобрите.

На «Милосердии Калра» Сеиварден не ответила кораблю сразу. Она только что сложила руки на груди — и сейчас осознала, что это означает, и устыдилась: ведь это многое говорило о ее душевном состоянии.

— Разумеется, я тревожился, — сказала она в конце концов. — Кто-то попытался взорвать моего капитана.

Амаат вылила порцию воды на голову Сеиварден, и она зафыркала, чтобы не дать ей попасть в рот и нос.

В лифте в Подсадье Тайзэрвэт сказала мне:

— Вне Подсадья в последние несколько дней были жалобы по поводу распределения жилья. — На вид спокойно, и только в голосе слышались слабые отзвуки ее чувств. — Есть такие, кто считает нечестным, что ичана собираются вдруг обзавестись роскошными жилищами и таким большим пространством, когда они этого не заслуживают.

— Какая мудрость, — заметила я сухо, — знать, чего заслуживает каждый.

— Да, сэр, — согласилась лейтенант Тайзэрвэт, испытав новый приступ вины. Подумывала сказать еще что-то, но воздержалась.