готовят ему жертвенную еду из трех видов мяса (говядина, баранина и свинина) (букв. «три жертвы», кит.
сань шэн, 三牲) и уходят, чтобы случайно не столкнуться с потусторонними гостями и не накликать новой беды. Около гвоздей и крючков на стенах наклеивают красную бумагу, чтобы красный цвет ослеплял
Шэн-шэня, и он, не найдя куда повесить душу, оставил бы ее стоять.
Печь для «золотых» денег, храм Цзиньдин-сы, г. Куньмин, пров. Юньнань
Печь для «серебряных» денег, храм Цзиньдин-сы, г. Куньмин, пров. Юньнань
Говорят, что в этот день можно услышать особый шуршащий звук – шаги души покойного. В это время нельзя разговаривать, иначе душа не сможет покинуть дом и не обретет новое рождение.
УПОМИНАНИЯ ШЭН-ШЭНЯ В ЛИТЕРАТУРЕ
В литературе встречаются многочисленные упоминания о Шэн-шэне. Существуют новеллы, представляющие более старые верования в духа ша. Например, в новелле «Вэй Пан» (韋滂) из сборника «Юань хуа цзи» (原化記, «Записи об изначальных превращениях») Господина Хуанфу (皇甫氏) описывается встреча смельчака-охотника со злокозненным духом, вылетевшим из гроба. Дух был подобен бесформенному куску мяса с глазами, летал и светился. В новелле Лу Юань (盧瑗) из сборника Чэнь Шао (陳劭, VIII в.) «Тунъю цзи» (通幽記, «Записи о проникновении в сокровенное») Ша-шэнь изображается огромной синей птицей, залетевшей во двор покойного и отложившей яйца в колодец. Когда одно из отложенных яиц по ошибке разбили, дух начал творить неистовства, которые едва удалось усмирить молитвами и жертвоприношением. Вообще, в старых текстах этот дух весьма часто описывается именно как огромная птица синего цвета, и целый ряд черт (птичьи ноги, клюв, способность летать) Ша-шэнь сохраняет и в поздних легендах.
В «Записях о тайном и открытом» (Ю мин лу, 幽 明錄), в сборнике, составленном писателем периода Южных и Северных династий Лю И-цином (劉義慶, 403–444), рассказывается история об одном смельчаке, не верившем в духов. После смерти его матери местный предсказатель сообщил ему, что в день, когда придет Шэн-шэнь, нельзя находиться дома, иначе не избежать смерти. Но молодой человек не послушался. Ночью вдруг распахнулись двери. Утративший присутствие духа смельчак, спасаясь, забрался в жбан для воды и закрылся деревянной крышкой. Вдруг он почувствовал, что кто-то сел на крышку сверху, и незнакомый голос спросил: «В жбане кто-нибудь есть?» «Никого», – отвечал сидевший на крышке, и юноша узнал голос матери. Через некоторое время наваждения исчезли.
Лавка с даосскими амулетами, храм Саньюань-гуань, г. Гуанчжоу, пров. Гуандун
Охранная табличка из храма Чэн-хуан-мяо, г. Гуанчжоу, пров. Гуандун
В сборнике бицзи под названием «Собрание речений из сада Люй» (Лююань цунхуа, 履園叢話) цинского литератора Цянь Юна (錢泳, 1759–1844) рассказывается история о том, как один старик, занимавшийся боевыми искусствами, встретился с Шэн-шэнем. У старика недавно умер сын, и он намерился вечером пригласить учеников к себе домой, чтобы помянуть покойного. Во время застолья все присутствующие вдруг услышали шум за окном. Они запалили свечу и увидели большую птицу с человеческой головой. Старик схватил копье и вонзил его птице в спину. Та хотела улететь, но не могла, и стала бить крыльями так, что погас свет. Ученики попадали на пол от страха, хотели кричать, но не могли вымолвить и слова. Старик в одиночку изо всех сил удерживал диковинную добычу, которая и была духом Шэн-шэнем. Под утро силы старика стали иссякать, и Шэн-шэню наконец удалось высвободиться и улететь. На следующий день лицо старика сделалось синим, лица его учеников также покрылись синими пятнами. Старик прожил еще более 10 лет и, рассказывая эту историю, каждый раз сожалел, что в тот раз никто не пришел к нему на подмогу.
Судья восьмого зала Души-ван, паньгуань и Черный У-чан, храм Синшань-сы, г. Сиань, пров. Шэньси
Если Шэн-шэня (или Ша-шэня) испугать и заставить бросить душу, то человека можно снова оживить. В новелле Юань Мэя (袁枚, 1716–1797) «На Ша-шэня надевают колодки» (Ша-шэнь шоу цзя, 煞神受 枷) рассказывается о вдове, решившей не покидать тело мужа во время визита духа и сумевшей обратить Шэн-шэня в бегство. Душу после этого положили в гроб к телу, они соединились, покойный ожил, и супруги счастливо прожили еще 20 лет.
Шэн-шэнь (или Ша-шэнь) может также выступать как охранитель могил; так, в новелле Юань Мэя «Черный Ша-шэнь» (Хэй ша-шэнь, 黑煞神) этот дух преследует крестьянина, разграбившего могилу.
Отдельно оговаривается тот факт, что Шэн-шэнь сопровождает только грешные души. Праведники вольны беспрепятственно являться для прощания к себе в дом и могут даже разговаривать с родственниками. В новелле Юань Мэя «Цзян И-линь» (江軼林) жена главного героя является на четырнадцатый день после смерти к себе в дом и спокойно общается с мужем, объясняя, что прегрешений за ней нет, и поэтому она пришла без конвоя и пробудет столько, сколько потребуется, чтобы изжить былую привязанность к супругу, не дающую ей идти дальше по уготованному пути. Так она является каждую ночь в течение двух месяцев.
Вместе с тем термин «Ша-шэнь» может употребляться и в широком смысле, обозначая вообще нечисть, посланца иньского мира, в то время как «Шэн-шэнь» – название именно демона-конвоира.
ШЭН-ШЭНЬ В «НЕФРИТОВЫХ СКРИЖАЛЯХ»
В «Нефритовых скрижалях» (Юйли баочао, 玉曆寶鈔, см.) можно увидеть изображение Шэн-шэня: у него куриные ноги, длинный высунутый язык, из одежды на нем штаны, на голое тело надета короткая рубаха, на голове шапка. Подпись к иллюстрации часто может гласить не Шэн-шэнь (眚神), а Гуй-шэнь (貴神). Вероятно, это связано с тем, что когда в XX веке культ Шэн-шэня постепенно стал ослабевать, иероглиф шэн (眚, «бедствие»), довольно редкий, стал ошибочно восприниматься как иероглиф гуй (貴, «драгоценный»), и в более поздних изданиях книги уже появляется надпись Гуй-шэнь (貴神).
Изображение Ша-шэня и паньгуаня из свода «Нефритовые скрижали» (Юйли баочао)
В храмовом комплексе Гуйчэн в Фэнду изображение Шэн-шэня напрямую заимствовано из «Нефритовых скрижалей».
Шэнсы-бу (生死簿)
– «Реестр жизни и смерти», или Книга судьбы, хранящаяся у служителей загробной канцелярии. Такая книга заведена на каждого живущего в мире человека, по народным поверьям в ней записывается заранее предопределенный срок человеческой жизни. Назначенная в Шэнсы-бу мера долголетия зависит от накопленной в предыдущем рождении добродетели. Считается, что «Реестр жизни и смерти» хранит и подносит верховным загробным судьям глава всех чиновников-паньгуаней, официальный титул которого так и звучит
