Настя вдруг поняла, что у неё в горле пересохло. Сделала большой глоток вина, а потом решительно направилась через зал, намереваясь выяснить, на кого её муж тратит столько своего внимания.
— Настя. — Маркелов улыбнулся ей, когда она подошла, а Настя ему в глаза посмотрела, стараясь понять, что у него на уме. Потом взглянула на девушку, растянула губы в подобие улыбки, и молчала, не собираясь здороваться, пока муж их не представит.
— Это Ирина, наш новый юрист. Я тебе рассказывал. А это Настя, моя жена.
Настя почувствовала его руку на своей талии, и только после этого кивнула новой знакомой.
— Очень приятно.
Девушка снова откинула волосы назад, а Настя чуть заметно нахмурилась, не понимая, отчего некоторые так любят теребить свои волосы.
— Поздравляю вас с годовщиной. Я вот Сергею Борисовичу как раз это говорила. Прекрасный вечер.
— Спасибо. — Настя заметила, как взгляд девушки скользнул вниз по её телу, она тоже её оценивала. Это оставило неприятный осадок. — А что это вы в сторонке ото всех стоите? Серёж, тебя все потеряли. И родители, кстати, тоже.
— Мы просто заговорились.
Ирина рассмеялась.
— Мы всё о работе, о работе. Прошу меня извинить, я не хотела Сергея Борисовича отвлекать.
Настя мило улыбнулась.
— Да ничего. Я ситуацию контролирую. — Маркелов усмехнулся у неё над ухом, и Настя с некоторой мстительностью продолжила: — За десять лет брака, я безошибочно определяю, где мой благоверный спрятаться может.
— Мне уже страшно, Насть.
Она подняла глаза к его лицу, взглядом с ним встретилась, и Серёжка немного сник, когда распознал намёк. Глаза забегали, а губы сами по себе растянулись в подобострастной улыбочке.
Очень вовремя Лида подошла. Подхватила их обоих под руки и сообщила:
— Все хотят вас видеть. Пойдёмте, пойдёмте. — Кинула на Ирину любопытный взгляд, но долго её интерес не продлился. Отвернулась, уводя Маркеловых. А немного позже, когда появилась возможность отвести Настю в сторонку, поинтересовалась:
— Это что за мадам была?
Настя осторожно выдохнула, повернулась в нужную сторону и нашла взглядом сотрудницу мужа.
— Их новый юрист, — пояснила она, чувствуя, что её голос просто сочится недовольством.
— Новый? Ты глаза её видела?
— Видела.
— Уж не знаю, какой она юрист, но на уме у неё явно не работа. Терпеть таких не могу.
Настя потёрла лоб и болезненно поморщилась.
— Я, кажется, опьянела. И голова болит. И ноги.
— Нужно потерпеть ещё немного, держись.
Улыбнулась через силу.
— А я что делаю? — Плечами повела, чувствуя, как мышцы ноют.
Сергей приблизился к ней сзади и обнял. Руки легла на Настину талию, чуть сжали, и она хоть ненадолго смогла опереться на мужа. Даже голову назад откинула. От Серёжки пахло коньяком, дорогим табаком и мужским одеколоном. Узел галстука был расслаблен, верхняя пуговица на рубашке расстёгнута, а взгляд замутнел.
— Устала? — шепнул он.
Настя кивнула.
— Тогда давай уедем. У нас первая брачная ночь, в конце концов.
Лида фыркнула от смеха, а Насте даже на это сил не хватило, она лишь слабо улыбнулась. Губы мужа прижались к её шее, и она глаза закрыла. И вдруг поняла, что в голове всё кружится. Тут же глаза открыла.
— Я на самом деле пьяная, — испуганным шёпотом проговорила она.
— А я тебе говорила: сядь и поешь, — упрекнула её Лида. — А ты всё бегаешь. — Потом толкнула Маркелова в плечо. — А ты вместо того, чтобы жене помогать, всяких блондинок обхаживаешь.
Сергей глаза на неё вытаращил.
— Кого?
— Не знаю кого. Понаберут всяких… Ты хоть диплом у неё видел? Какой из неё юрист?
— Хороший, между прочим.
— Если она развелась с олигархом и отсудила у него пару нефтяных вышек, это ещё не делает её хорошим юристом, Маркелов.
— Да? А ты у нас спец по кадрам?
— Конечно. Ты не знал?
— Прекратите, — замахала на них руками Настя. — Серёж, я пьяная.
Он рассмеялся и снова её поцеловал. А потом легко подхватил на руки. Настя настолько удивилась этому, что даже не вскрикнула от неожиданности. Только в плечи мужа вцепилась и растерянно взглянула на подругу.
— Похищение невесты, — громко объявил Сергей гостям, а услышав одобрительные возгласы гостей, также громогласно распрощался, и направился к выходу.
— Ты сумасшедший, — рассмеялась Настя, но с облегчением вздохнула, когда они покинули зал. Она лишь рукой успела родным махнуть на прощание, а потом мужа за шею обняла. Вдруг опомнилась. — А ты меня донесёшь?
— Ты сомневаешься? Донесу, куда хочешь.
— Я не о том. Ты трезвый?
— Да.
— А как это у тебя получилось?
— Не знаю. Опыт, наверное. А может, я трезвею, когда на тебя смотрю?
Она наморщила лоб, призадумавшись.
— Какой-то сомнительный комплимент.
— Я в хорошем смысле.
Настя носом ему в ухо уткнулась, подышала, и Маркелов тут же головой дёрнул, когда щекотно стало.
Дома Настя первым делом сбросила туфли. Ноги гудели от целого дня на шпильках. Она присела на кресло в гостиной, пошевелила пальцами, и чуть слышно простонала от удовольствия. Обернулась, когда Серёжа в комнату вошёл. Она его, как трезвого родителя, отправила к Григорьевым, проверить, как там Вика, с няней и подружкой.
— Они спокойно спят, — сообщил ей Маркелов, как только вошёл. — Раиса как её там по батюшке, говорит, что нечего ребёнка будить и таскать, пусть спит, и я склонен с ней согласиться. Пусть спит.
— Пусть, — согласилась Настя, откинувшись на спинку кресла. Сергей подошёл и посмотрел на неё сверху, потом наклонился, уперевшись руками в подлокотники.
— Голова кружится?
— Уже получше. А ты не устал?
Он лишь плечами пожал. Настя руку подняла и галстук на его шее ещё больше ослабила.
— Вот и годовщину пережили.
Сергей вздёрнул брови.
— Что значит «пережили»? — шутливо поинтересовался он.
— Серёж, ты хоть понимаешь, что второй десяток пошёл. Это больше, чем половина моей жизни.
— О, пофилософствовать потянуло. Давай я тебе лучше ванну налью?
— Ванну?
На его губах появилась проказливая улыбка.
— Я тебе спинку потру.
— Ну да, а то я тебя не знаю. Ты же юрист.
— И что?
— Ты же врёшь, как дышишь.
Он хохотнул.
— Чего-то я не понял.
— Ты сейчас одно обещаешь, а потом окажется, что это я тебе должна спинку потереть.
Маркелов наклонился и легко поцеловал её в губы.
— Ты сегодня всех затмила. Такая красивая.
— Даже пьяная красивая?
— Да. Только макияж немного размазался.
