Роман, осторожно подошедший к нереагирующей девушке, запахнул разорванную одежду на ней, поднял на ноги и пошел вслед за Германом, ухватившего один из трупов, таща его за шкирку.
— Снайпер! — заорал Глотов, двинувшийся за ними, краем глаза увидев отблеск прицела где-то вдалеке, чисто интуитивно отобразив это периферическим зрением. Чёрт его знает, как, но увидел.
Роман тут же неосознанно повернулся спиной к потенциальной угрозе, прикрывая безвольно шедшую за ним девушку, чтобы…
Глава 25
Гюрза выстрелила, когда увидела, что на крыльцо церкви вышли «федералы», один из которых тащил тело. Значит все её подопечные — погибли. Ну и чёрт с ними! Зато у неё на директрисе огня — офицеры «федералов».
— Сука! Да чё всё время в одно и тоже место.
Герман успел среагировать на крик Глотова и прикрыл идущего за ним Романа, защитившего телом девушку. Как ему в спину врезалась тяжелая винтовочная пуля: пробив рюкзак на спине, легкое и выйдя спереди из грудной клетки, уйдя левее и выше, не затронув никого из шедших за ним.
Часть крови Германа при этом попала на Романа и лицо девушки…
— Герман! — вскричал Глотов, поняв, что всадили пулю в его начальника и друга.
— Ну бля! Издец тебе! — из горла Германа вырвалась струя крови, а потом он будто исчез с того места, куда его сбив с ног выстрелом кинуло на тело «опера».
— Ты кто? — Роман никак не ожидал, что услышит этот вопрос от сбитой им тела девушки, лежавшей теперь под ним.
— Роман! — не смог он не ответить.
— Рома, Ромочка, — улыбка девушки просто ошарашила его, а особенно выражение какого-то счастья на её лице. Несмотря на потёки крови Германа на её лице.
«Долгое время было очень плохо, а сейчас точно будет хорошо… Рома. Герман…» — Марина была уверена в этом, да…
* * *
— Взам! — промялась крыша «буханки», когда разъярённый Герман использовал её для толчка, чтобы взять ту тварь, которая влепила ему пулю в спину.
— Бах! Бах! — один за другим следовали выстрелы, когда Гюрза пыталась поразить резко сдвигающуюся из стороны в сторону фигуру, выскочившую из церкви, а теперь безумными скачками несущуюся с сумасшедшей скоростью в сторону её «лежки».
Глотов, ошалевший от того, что в спину Германа прилетела пуля, никак не ожидал, что тот подскочит и выскользнет за дверь, теперь быстро выглянул на улицу, а потом кувырком выкатился на улицу.
И теперь смотрел, как почти добежавший до здания со снайпером Герман, сильно оттолкнулся от земли, потом ухватился метрах в трех от земли за кирпичный выступ на полуразрушенной стене, резко подтянулся, затем ещё и ещё… будто гигантская обезьяна, — через несколько секунд тот был на уровне пятого этажа.
Герман, оказавшись в соседнем от снайпера помещении, бросил гранату с чекой в коридор, а потом со всей дури врезался телом в поврежденную чем-то стену с соседним помещением.
Гюрза дернулась на звук упавшей гранаты. Этот звук она хорошо знала. Поэтому сразу навела в ту сторону винтовку, но никак не ожидала, что прямо сквозь боковую бетонную стену с грохотом появится человеческая фигура.
— Наши тут не проходили? — раздался мужской голос.
— А-а-а, — она тут же выронила винтовку и дернула из ножен на бедре нож.
Чуть сдвинувшись в сторону, Герман пропустил удар ножом мимо своей шеи, а потом сразу среагировал — ударив напавшую кулаком в живот, зашипев от боли — сломал кости пальцев о плиту бронежилета, но сразу ударил правым локтем в только начавшую сгибаться фигуру, которая сразу потеряла сознание и упала на пол.
— Вот, сука! — его руки потянулись к голове противника, как тут он увидел, что это баба. — Блин!
— Герман! — раздалось в рации.
— На связи! — ответил он, при этом успев затянуть на запястьях бабы стяжку.
— Живой?
— Не дождётесь! — буркнул он в рацию. — Рома, девчонка?
— Живые! — облегченно выдохнул Глотов, поняв, что пронесло.
Если бы Германа убили, то он бы понятия не имел, как бы об этом сказал всем, кто работает на него. Смотреть в глаза тем, кто был за спиной Германа сейчас, он бы не смог…
Через пять минут Герман спокойно притащил связанное тело с СВД к церкви, бросив его и оружие рядом с машиной, где тело тут же забрали трое бойцов, с ошарашенными глазами смотря на него, утрамбовав вглубь машины бабу и винтовку.
— Давай усиленную группу к церкви! — Герман продиктовал место своего расположения по рации.
— Ночь на дворе! — раздался недовольный голос дежурного по «общежитию».
— У нас тут снайпер. Быстрее давай! — потребовал Герман.
— Откуда? Блин, ладно, будет, — ответил дежурный.
— Герман, у тебя на спине кровь, — Роман наконец разглядел её на спине начальника.
— Фигня! Поцарапался, — отмахнулся тот. — Зато снайпер у нас, сука, — ругнулся он. — Вон, поймал.
— Daidys (пи…ор — рус.), — прошипела пришедшая в себя задержанная.
— Ты ротик-то закрой, а то без зубов останешься, — бросил ей Герман, не зная литовского, но ощутив посыл в её тоне.
Та злобно глянула на него, но промолчала, поняв, что у этого не «заржавеет» — выполнит свою угрозу. Вздувающаяся шишка на лбу и поврежденные мышцы живота напомнили ей об этом, даже бронежилет ей не помог, а поврежденная плита неприятно давила в месте слома на тело.
**********
Через пятнадцать минут прибыла «буханка», откуда высыпало пять человек бойцов из охранной роты, под командованием старшего лейтенанта.
За это время вытащили перед церковью три трупа, положив рядом с машиной, которых мрачно оглядывал Роман, наблюдая очередной труп с разбитой трахеей и второй — со свернутой шеей.
— Кто он? — Арсений очень пристально рассматривал Германа.
Как бывший военный, повидавший много чего, а в том числе тех, в кого попадали пули, он не мог поверить, что человек, в которого попала пуля из СВД, спокойно стоит рядом и ещё указания отдаёт.
— Ты бы лучше не спрашивал. Зачем тебе это? — тихо ответил ему Глотов. — Человек прохожий. Мимо шел.
— Это невозможно! Он… — священник замолчал.
Герман в этот момент осматривал все трупы, что валялись на земле, вытащив папку с документами и занося данные ручкой в протокол осмотра места происшествия. А кому ещё? С него же спросит Самойлов…
— Ох, убийство в здании церкви, — вдруг вспомнил Арсений.
— Ну так без крови! — спокойно ответил на его сентенцию Герман. — Немножко защитили церковь и её последователей. А за остальное — извините!
Да залил бы кровью он эту церковь, если бы это понадобилось, чтобы защитить беззащитных. Ему пофиг! Но обошлось же, так чего тут стенать. Хотя… Ну священники, они такие… Ну их дело.
Арсений явно остался при своём мнении, ну это его дело. Кому тут легко. РПЦ иногда были странные люди, для Германа, во всяком случае…
— Ничё, вы, тут! — один из «комендачей», старший лейтенант с удивлением смотрел на «натюрморт» из выложенных мертвых тел
— Нормально! — кивнул ему Герман. — Забирайте трупы, чтобы тут не пахли. Бойцы! — обратился он к своим. — Дуру эту забирайте.
Приехавшие и его бойцы создали какую-то сутолоку, пока грузили мертвых и живую, но он успел заметить:
— Руки убрал, — вдруг сказал Герман. — Ещё раз так сделаешь, я тебе руки оторву и в жопу тебе засуну.
— Что? — плечистый молодой парень обернулся, упершись взглядом в жесткий встречный взгляд «следака». — Да она наших…
— А ты такой же, как они? — Герман вплотную подошел к бойцу.
Он заметил, что, когда его бойцы грузили «снайпершу», что один из только что приехавших бойцов успел ухватиться за грудь женщины и пожамкать её.
Она враг! И в бою пощады к ней нет, но пользоваться тем, что она женщина и беспомощна… Этого Герман не любил, от слова совсем, вплоть до летального исхода для любого «проказника»!
— Ладно, ладно, — боец примиряюще поднял руки.
— «Старшой», ты бы полегче, — хмуро посмотрел на Германа старший лейтенант.
