По словам Судоплатова, стараниями «Победителей» за два года в Западной Украине была создана внушительная сеть:
«Завербовано 63 агента-боевика, через которых была терроризирована высшая немецкая администрация — рейхскомиссариат Украины»[765].
По сведениям самих медведевцев, ими были взорваны два офицерских казино, а также городской вокзал в Ровно, помимо чего в столице РКУ «совершены следующие теракты, во время коих убиты:
1. [21 сентября 1943 г., на улице выстрелом из пистолета — Ганс] Гель [Hans Gehl] — начальник [финансового] отдела рейхскомиссариата [Украина], министерский советник.
2. [Вместе с ним — Адольф] Винтер — финансовый референт [ро-венского] гебитскомиссариата.
3. [15 ноября 1943 г. украден, а затем умерщвлен Макс] Ильген [Max Ilgen] — генерал-майор, командующий войсками Особого назначения на Украине («неудачный» перевод[766] (калька), на самом деле — командир пропагандистско-вербовочного и учетного подразделения Восточных войск. — А. Г.).
4. [16 ноября 1943 г. выстрелам из пистолета — Альфред] Функ [Alfred Funk] — председатель немецкого верховного суда на Украине, бывший чрезвычайный комиссар Мемельской области»[767].
Уже в Галиции «10 февраля 1944 г. в гор. Львове выстрелами из пистолета Кузнецов Н. И. убил [прямо перед его квартирой] заместителя губернатора Галиции доктора Бауэра [Otto Bauer] и его секретаря доктора Шнейдера [Schneider].
„При контроле автомашины, на которой Кузнецов и сопровождавшие его лица выехали из Львова, Кузнецов убил немецкого офицера — майора Кантера.
…Находясь в Галиции, Кузнецов Н. И. расстрелял подполковника авиации Петерса»[768].
Все указанные «операции» были совершены лично Николаем Кузнецовым. Террорист был сначала награжден орденом Ленина (декабрь 1943 г.), потом медалью «Партизану Отечественной войны» 1-й степени (июнь 1944 г.), а посмертно получил звание Героя Советского Союза.
И это были действия только одного террориста. А «Победителям» подчинялись и другие боевики. Агентура медведевцев настолько «разошлась», что ими самими по несогласованию и неведению едва не был отравлен основной исполнитель покушений — Николай Кузнецов, покушение на него «сорвалось» в последний момент[769].
Как сообщал в феврале 1944 г. глава НКГБ Сталину, в Ровно медведевцы устроили еще несколько громких акций:
«3 января сего [1944] года в г. Ровно агентом опергруппы “Сера” Серовым Павлом Яковлевичем убит немецкий полковник — начальник штаба командующего тыловыми войсками на Украине (по всей видимости, в донесении преувеличена должность офицера. — А. Г.). В связи с отходом опергруппы на запад, фамилию убитого начальника штаба установить не удалось.
5 января сего года группой агентов во главе с Новаком Терентием Федоровичем был произведен взрыв в офицерской столовой в г. Ровно.
В генеральской столовой взрывом было убито семь чинов высшего командного состава германской армии. В офицерском зале убито и ранено до 70 офицеров и военных чиновников.
Многие офицеры, боясь повторных взрывов, в панике прыгали на улицу из окон второго этажа. Вынос из здания убитых и раненых продолжался в течение нескольких часов. Агент “Рина” (Соколовская Ирина Степановна) лично участвовала в выносе из разрушенного взрывом здания столовой двух трупов, одетых в немецкую генеральскую форму.
Агенты, осуществившие операцию по взрыву в столовой, благополучно прибыли на базу опергруппы.
В тот же день агентами опергруппы Новаком Терентием Федоровичем и Афониным Серафимом Гавриловичем был подорван на минах немецкий эшелон с эвакуируемыми “фольксдойче”, шедший из Здолбуново в Ровно. В результате происшедшего взрыва поезд был разбит. Имеется много убитых и раненых»[770].
В действительности в этом оперативном отчете заслуги Новака несколько преувеличены. В 1966 г. бывший медведевец Николай Струтинский отправил на адрес директора Института марксизма-ленинизма при ЦК КПУ письмо, в котором критиковал Новака за его книгу «Поединок». По словам Струтинского, Новак «слишком много взял на себя в плане организации подполья в регионе»: «В конце 1943 г. в городе Ровно на ул. Немецкой был устроен взрыв мины в солдатской столовой. Этот взрыв готовил разведчик нашего отряда Афонин, который действительно вместе с Новаком вручил мину исполнителям взрыва. Однако инициатором этого взрыва был Афонин, а не Новак. Новак рассказал командиру отряда, что взрывом мины было уничтожено несколько немецких генералов, много офицеров и солдат. Теперь Новак конкретизировал цифру. Выступая 7 июня 1965 года по львовскому телевидению, он назвал убитыми в этой столовой трех генералов, четырех полковников и 80 офицеров. Это наглая ложь. В солдатской столовой немецкие генералы и офицеры не питались. Не было их там в момент взрыва. В действительности взрывом мины было тяжело ранены двое: рядовой солдат-власовец и Чернецкий, исполнявший наши задания по главной комендатуре, в которой он работал сапожником.»[771]
На вопрос о том, какими психологическими особенностями обладали непосредственные исполнители покушений, бывший медведе-вец, врач и литератор Альберт Цессарский разразился эмоциональной тирадой:
«Это все были боевые ребята. Для нас для всех фашизм был главный враг. Мы защищали свои идеалы, мы защищали отечество. Я оставил в Москве жену, так я ее защищал. Немцы — в основном это были полуграмотные, Эренбург называл их одноклеточными»[772].
5 ноября 1944 г. Медведев получил свою Золотую Звезду.
Подполковник ГБ Николай Прокопюк в качестве командира спецгруппы с ярким названием «Охотники» был заброшен в тыл противника на территорию Правобережной Украины в августе
1942 г. и вскоре вышел в район манящего Ровно. К сожалению, данные об «охоте» его агентов ограничены. В донесении Сталину 6 ноября 1943 г. Меркулов сообщал:
«Оперативной группой, руководимой подполковником государственной безопасности Прокопюком, действовавшей в районе г. Ровно УССР, 28 сентября сего года пущен под откос пассажирский поезд, состоящий из 13 вагонов, в числе которых было 9 пульмановских. Извлечение из-под обломков убитых и раненых длилось с 18 часов 28 сентября до 11 часов 29 сентября. По данным агентуры. в поезде ехали отпускники с фронта (т. е. гражданские лица. — А. Г.). При крушении поезда убито не менее 90 и ранено до 300 человек, в числе убитых было якобы девять высших офицеров»[773].
5 ноября 1944 г. Прокопюк был награжден Золотой Звездой.
В марте 1943 г. из подчинявшегося УШПД Житомирского соединения Сабурова было выделено 50 человек под руководством капитана ГБ Евгения Мирковского. Эта группа стала основой отряда 4-го управления НКГБ СССР «Ходоки». Как сообщают советские историки, в Житомире его агентура в составе М. Карапузова, С. Полищука, Т. Мешкова, Н. Крамского и К. Анисимова захватила 1 мая 1943 г. в офицерской столовой капитана войск СС Армина с ценными документами и убила его, взорвала кабинет гебитскомиссара Житомира Магиса, здание редакции газеты «Голос Волыни» и телеграф[774]. Город охватила паника. К сожалению, поиски сведений об этой серии терактов по альтернативным источникам ничего не дали. «Геройства» Мирковского не попали и в 5-й том публикации «Органы ГБ СССР в ВОВ». Согласно данным житомирского историка и краеведа Владимира Гинды, специализирующегося как раз на периоде Второй мировой войны, в материалах Житомирского архива относительно городского подполья нигде не встречаются данные о подрыве городского гебитскомиссариата и редакции газеты «Голос Волыни». Про это не упоминается ни в партизанских отчетах, ни в немецких документах, не писалось про это и на страницах самой газеты[775].
Евгений Мирковский получил звание Героя Советского Союза 5 ноября 1944 г.
Капитан ГБ Виктор Карасев с февраля 1943 г. командовал спец-группой НКВД СССР «Олимп», оперировавшей сначала в Белоруссии, а потом в Украине, в том числе в Житомирской области. Проведенную им в Овруче операцию советские историки описали в книге с искреннем заголовком «Ненависть, спрессованная в тол»:
«[Агентурному работнику “Олимпа”] Алексею Ботяну удалось связаться… с истопником паровой котельной кригскомиссариата (очевидно, имеется в виду гебитскомиссариат. — А. Г.) Яковом Каплюком. Последний помог снять план трехэтажного здания и уточнить расположение в нем служб. Как выяснилось, на первом этаже размещались казармы карательных и охранных отрядов, на втором — их штабы, службы и офицерские спальни, на третьем — кабинеты и квартиры гебитско-миссара Венцеля и его заместителей, гестапо, спальни высших офицеров. Центр (вероятно, лично Судоплатов. — А. Г.) утвердил план операции и направил с этой целью в отряд два самолета со взрывчаткой. Я. Каплюк… многократно проделывал путь в 40 км из Овруча в лагерь отряда, откуда уносил тол к себе домой. Его жена и дети вместе с обедом носили по частям тол в котельную гебитскомиссариата. Постепенно под углем скопилось 150 кг тола. Затем в котельную — также по частям — было перенесено специальное взрывное устройство, созданное омсбоновцами-подрывниками. 14 сентября 1943 г. Я. Каплюк установил взрывное устройство с часовым механизмом и покинул здание кригскомиссариата… В тот же вечер в здании ге-битскомиссариата был торжественный прием в честь 10-летия прихода Гитлера к власти (могло отмечаться 30 января, 5 или 21 марта. — А. Г.). Для офицеров давался любительский спектакль. К полуночи все разошлись по квартирам и казармам.
