Снежана тоже похлопала. Она, как ни странно, испытывала облегчение. Хотелось уже поскорее вернуться к себе. День был непростой, и даже театральное представление, которое должно было бы развлечь, обернулось напряжённым разговором с Лариттой. Ничего, сейчас Крайдан проводит Снежану до покоев, и она останется предоставлена сама себе. Снежана обернулась к галёрке, но глаза не смогли отыскать Магистра. Места, на которых сидели Крайдан и Жулина, пустовали.
Глава 63. Холодный душ
Глава 63. Холодный душ
Снежана заходила в свои покои немного с опаской – не обнаружит ли там букет от принца? На протяжении всего спектакля Твинсен ни разу не глянул в её сторону, и она уж было совсем уверилась в мысли, что Его Высочество оставил идею оказывать ей знаки внимания. Но когда выходила из зрительного зала, поймала на себе его взгляд. Долгий и многозначительный, сопровождавшийся полуулыбкой. Что бы это значило?
Цветов в покоях, к счастью, не оказалось. И никаких других подарков тоже. Снежана вздохнула с облегчением – похоже, на сегодня неприятных сюрпризов не ожидается. Она, честно говоря, всё равно не отказалась бы, чтобы её покои поставили на «магическую сигнализацию», как это вчера сделал Крайдан. Спалось ей безмятежно – не нужно было опасаться непрошенных гостей. Но сегодня Магистр не появлялся. И она даже не могла предположить, какие срочные дела заставили его уйти с представления до его завершения.
Снежана достаточно долго не ложилась в надежде, что её опекун всё же придёт. И действительно за час до полуночи в дверь постучали. Но на пороге оказался лакей.
– Следуйте за мной, госпожа Анабель. Приказ Его Высочества.
Вот как? Всё-таки этот многозначительный взгляд, брошенный на Снежану Твинсеном, был неспроста. Упрямый зараза. Не очень-то поспешил прислушаться к отцовским назиданиям.
– Позвольте узнать, зачем я понадобилась Его Высочеству в столь поздний час? – поинтересовалась она у лакея, выходя из покоев.
Снежана почти уверена была, что только что получала завуалированное приглашение на поздний ужин на двоих.
– Не могу знать, госпожа, – с вежливым равнодушием ответил слуга.
Он провёл её в крыло принца, в его личные покои. Открыл перед Снежаной дверь:
– Вас ждут, – и как только она переступила порог, дверь за ней тут же закрылась.
Видимо, Снежана правильно догадалась – её ждёт интимный ужин один на один с принцем. Она прошла вглубь комнаты, освещённой мягким тёплым приглушённым светом. На языке уже крутились слова, которые должны были стать холодным душем для нахала королевских кровей, так и норовящего перейти границу. Но то, что она увидела, лишило её дара речи и заготовленная тирада, осталась не произнесённой. Никакого накрытого для трапезы столика в покоях не было. А сам хозяин комнаты полулежал на софе, расположенной в уютной нише. В простой рубашке, с небрежно расстегнутым воротом. На лбу – влажная салфетка. На губах – наглая улыбка, которую принц изо всех сил пытался скрыть.
– Зачем вы позвали меня, Ваше Высочество? – спросила Снежана самым ледяным тоном, на который только способна.
– Анабель, подойди. Не видишь, я болен? – принц указал на салфетку на своём лбу. – Я позвал тебя в качестве целителя.
– В качестве целителя? – Снежана подошла поближе.
Нельзя сказать, чтобы принц выглядел больным. Ни бледности, ни тусклого взгляда, ни страдальчески наморщенных мимических мышц. Кроме салфетки на лбу Твинсена ничего не говорило о его болезни.
– Да, как целителя. До меня дошли слухи, что ты умеешь целить, и даже спасла малыша Брайза.
До кого эти слухи уже только не дошли.
– Вы выглядите здоровым, – окатила Снежана Твинсена арктическим взглядом. Явно ведь симулирует.
– Ну что ты, я болен, – возразил принц, снова не сдержав подозрительно довольную улыбку. – Ещё как болен. Сама подумай, вчера я так и не вернулся на бал. А сегодняшний пикник с подвижными играми заменили спектаклем. Разве тебе это не показалось подозрительным.
Вообще-то, действительно показалось. Особенно – странная отмазка насчёт плохой погоды, когда весь сегодняшний день светило солнце.
– Но если вы больны, почему не пригласите королевского целителя, чтобы он вас осмотрел?
– Он был. Но я ему не доверяю. Хочу услышать мнение ещё одного целителя, – Твинсен чуть сдвинулся, освобождая для Снежаны место на кушетке.
Нет уж, хитрое наглое высочество, садиться вплотную к нему Снежана не собиралась. Она пододвинула к софе кресло.
– Какой диагноз поставил вам Тельмар?
– Сказал, что это простуда.
Твинсен вдруг подхватил края рубахи и стянул её через голову, обнажая торс:
– Мне нужен медицинский осмотр.
Если таким образом он собирался смутить Снежану, то зря старался. Это местные девы пришли бы в трепет при виде мужского торса, а ей что, привыкать? Она не стала стыдливо отводить взгляд. А посмотреть, кстати, было на что. Хорош зараза! Тренированное накачанное тело, бугристые мышцы, кубики пресса.
– Я не смогу вас осмотреть, Ваше Высочество, у меня нет с собою инструментов.
– Я всё предусмотрел, – Твинсен кивнул на чемоданчик, стоящий на ковре возле софы. На его крышке Снежана заметила знакомую эмблему – змею, обвившую ножку сосуда, местный знак целительства. – Тут есть всё необходимое.
В Снежане боролись противоположные чувства: встать и уйти или всё же войти в роль доктора и обследовать этого симулянта? В самом краешке сознания билась мысль, что Твинсен всё же может оказаться чем-то болен. Ведь действительно программу двух последних дней фестиваля почему-то изменили. И только эта мысль заставила Снежану остаться.
Она открыла медицинский чемоданчик и немного порылась в содержимом – перевязочные средства, флакончики, баночки, непонятные инструменты, которые, как догадывалась Снежана, могли использоваться для пускания крови – всё не то. О, а вот, кажется, как раз то, что она искала – допотопный деревянный стетоскоп.
– Сделайте глубокий вдох, – скомандовала она, приложив один конец трубки к груди принца. К другому концу прижалась ухом.
Твинсен повиновался.
– Ещё, – она переместила стетоскоп. – Глубже.
Трубка была не слишком длинной, приходилось склоняться над принцем. Волосы спадали ему на грудь. Она заправляла их за ухо, но они падали снова. Снежана видела, как Твинсену нравятся эти касания. Иной раз его вдох напоминал тихое шипение, будто он борется с острым приступом удовольствия. Насколько Твинсен завёлся, стало понятно, стоило опустить взгляд чуть ниже пояса.
– В лёгких чисто, – Снежана отложила стетоскоп. Такие процедуры до добра не доведут.
Она взяла лопатку, с помощью
