которой больному исследуют горло.
– Откройте рот, Ваше Высочество.
На этот раз принц не стал подчиняться команде. Вместо этого лишь улыбнулся.
– Я слышал, что ты вдыхала Брайзу воздух в рот. А если я потеряю сознание, ты тоже будешь касаться своими нежными губами моих губ? – Взгляд Твинсена дразнил и соблазнял. – Меня бы это сразу вернуло к жизни.
Снежана выпрямилась и вернулась в кресло. Сомнения развеялись окончательно – этот паразит симулирует специально ради того, чтобы пофлиртовать.
– Нет, Ваше Высочество, вас бы я приводила в чувства по-другому. Для таких как вы существует более действенный способ.
– Какой?
– Пощёчина. Срабатывает безотказно. Включает разум.
Твинсен нисколько не разозлился.
– Какой ты строгий целитель, Анабель. Мне даже страшно спрашивать, какой недуг ты отыскала у меня. Но можешь не отвечать. Я и сам знаю, чем болен. Я болен тобой. И знаю, какое лекарство мне поможет – ты.
Он смотрел ей прямо в глаза. Обаятельный, наглый, сексуальный, не побоявшийся практически признаться, что влюблён. Что-то женское в Снежане отзывалось на это его неприкрытое желание. И если бы это был другой мир, другие обстоятельства, другая ситуация, то, может, Снежана и приняла бы эту игру, может, тоже позволила себе лёгкий флирт, позволила себе принять его ухаживания. Но слишком много «если бы». Здесь и сейчас не может быть и речи ни о каких отношениях.
– Чего вы добиваетесь, Ваше Высочество? – спросила резко. – Мы оба знаем, что вам не позволят сделать меня вашей невестой. И вашей любовницей я становиться не собираюсь.
Твинсен мгновенно стал серьёзным. Помолчал немного, а потом ответил с режущей прямотой:
– Я не знаю, Анабель. Я не знаю, что делать со своими чувствами.
– Переждать.
А что она могла ещё ответить?
– Просто переждать. Это пройдёт, как насморк. Такие красавчики, как вы, быстро вспыхивают и быстро остывают, – Снежана поднялась.
– Уже уходишь? И даже не выпишешь рецепт?
– Выпишу. Холодный душ, – Снежана решительно направилась к двери.
Глава 64. Почти бог
Глава 64. Почти бог
Крайдан понял, что что-то не так, примерно с середины спектакля. Жулина постоянно держала его внимание на себе. То рассказывала последние светские новости, то восхищалась игрой актёров, то заливалась игривым смехом над шутками, которые летели со сцены, при этом постоянно якобы нечаянно легонько касалась Крайдана.
Эта навязчивость поначалу не раздражала его. Он даже посылал Жулине ответные улыбки. Но как бы она ни старалась, полностью завладеть его вниманием не могла. Мысли вновь и вновь возвращались к Снежане. Крайдана тревожило, что круг её недругов стремительно разрастается. Каждая дева, которая мечтает о внимании принца, успела возненавидеть её за то, что ей этого внимания досталось больше всего. Король тоже наверняка крайне недоволен, что северянка не стала незаметной пешкой фестиваля. Кроме того, Демир затеял какую-то свою игру и фактически открыто признал, что в этой игре Снежана для него – средство достижения цели. Как уберечь дерзкую синеглазую иномирянку? Крайдан перевёл взгляд на неё. Она не казалась беззащитной. Сильная, умная, непокорная, полная достоинства, совсем не похожая на местных женщин, а потому ещё более уязвима.
– Ох, каков проныра! – Жулина в очередной раз рассмеялась удачной шутке актёра.
Она подалась вперёд и немного вправо, задев плечом плечо Крайдана. Облачко её парфюма дошло до носа. Этим манёвром ей вновь удалось сосредоточить внимание Крайдана на себе. Глазам нравилось смотреть в соблазнительный вырез её декольте. Взгляд невольно задержался там, будто его приковало. Однако мысли оставались свободными.
Вот это странная непроизвольная реакция собственного тела на Жулину, не согласующаяся с тем, что творится в голове, и заставила задуматься. Почему у Крайдана вдруг проснулся мужской интерес к Жулине? Почему этот интерес кажется ему чем-то чуждым, неестественным, идущим не изнутри, а навеянным извне? Эта женщина никогда не трогала его. Да одно то, что она супруга Демира уже воздвигало для Крайдана незримую стену между ним и нею. Его априори не интересовали чужие жёны.
Догадка шевельнулась в голове – Крайдана подвергли магическому воздействию. Всё это подстроено специально. Идёт какая-то игра. Но почему он, один из сильнейших магов королевства, не почувствовал использование против него магии? Почему догадался не магическим чутьём, а обычными логическими рассуждениями? Ответ один – были использованы северные приёмы. Особая женская магия, против которой мужчины из других провинций бессильны.
Как только эти мысли проскочили в голове, чары спали. Будто с глаз слетела незримая пелена. Крайдан брезгливо отвёл взгляд от декольте Жулины. Она и все её неестественные ужимки стали ему противны. Гнев разрастался в груди. Первым желанием было немедленно потребовать у интриганки объяснений. Для чего она затеяла с ним эту игру? Хотела его любви? Ей не хватало Демира? В эту версию верилось с трудом. За Жулиной наверняка кто-то стоит. Но что он хочет? Очернить? Навсегда убить репутацию Крайдана? Сделать невхожим во дворец? Кому это выгодно? Мог сам Демир быть инициатором этой грязной интриги? Сложно в такое поверить. Неужели он настолько низко пал, что использует собственную жену для достижения каких-то своих целей?
Самым неприятным и тревожным во всей этой ситуации было то, что Крайдан мог оказаться не основной мишенью интриганов. Возможно, их цель – Снежана. А Крайдан, как её опекун, просто мешает им. Уберут его – займутся ею.
Как ни хотелось немедленно начать выяснять все детали, Крайдан себя сдержал. Понимал, что разумнее будет подыграть Жулине и посмотреть, что она собирается предпринять дальше. Ему важно было не столько уличить её в грязной интриге, сколько понять, кто стоит за её спиной и какие у него цели.
Серый Кардинал переодевался, стоя перед зеркалом. Стянул мужскую одежду и натянул женский наряд.
– А фиолетовый тебе к лицу, – рассмеялся, разглядывая своё отражение.
Он специально выбрал глухое платье до самого подбородка. Так не будет видно Ожерелье Дара, которое он теперь никогда не снимал с шеи.
Дальше в дело пошёл парик, поверх парика – чепчик. А после Серый Кардинал нанёс на лицо несколько слоёв грима. Теперь его родная мать не узнает. Почему он так тщательно менял облик? Не хотел неприятностей. До сих пор ему приходилось иметь дело только с женщинами. С ними было нетрудно – что с Альмирой, что с Жулиной. Женщины – слабые существа, подверженные эмоциям и страстям, их так легко склонить к греху. С мужчинами сложнее.
Серому Кардиналу
