Доспехи, по приказу наместника, надел каждый Гларрхна, и с тех, кто помогал заготовщикам, сняли все послабления. Хески молча вздыхали, с вожделением смотрели в сторону ближайшей таверны и про себя завидовали дозорным, обходящим город. Алсек радовался про себя, что на заготовщиков не натянули никакую броню - только напомнили, что в замеченных поджигателей лучше кидаться чем попало издалека и как можно громче звать стражу, но близко к ним не подходить.
С того дня, как погиб Эрсег, изыскатель не видел ни одного дымка на горизонте, не замечал никаких следов пожара. Стража не спускала глаз со складов, и однажды Алсек услышал обрывок сердитого разговора о ночном "бродяге", подбирающемся к зернохранилищу. Что с ним сталось, жрец так и не узнал - заметив его, стражники замолчали, а на вопросы лишь нахмурились и велели заниматься своими делами.
"И всё-таки интересно, о чём думает почтеннейший Даакех," - вертелось в голове у Алсека, пока он возвращался домой после вечернего купания. "И куда, во имя всех богов, пропали кошки..."
Ещё в воротах он услышал незнакомый голос и нахмурился - всех, кто мог бы заглянуть к семейству Льянки в гости, он знал поимённо, а сам никого не ждал. "К Аманкайе, что ли, явились? Зген всесильный, только бы она магией их не приложила..." - изыскатель снял шляпу и вышел из-за дверной завесы, стараясь, чтобы усмешка не походила на оскал.
- Очень много дикарей, - смутно знакомый житель, сидящий у дворового очага, покачал головой. - Можно только жалеть об этом, почтенный Шафкат. Напасть на странника-чародея, наслушавшись каких-то бредней... Они не в себе, но по такой жаре это неудивительно.
- Я не в обиде, почтенный Сахик, - взгляд Шафката был устремлён в землю. Сидящий рядом Ксарна сочувственно покачал головой.
- И всё это из-за хвостатых пустынных тварей, - вздохнул он. - Вот уж от кого я не ждал беды! Хорошо, что солнце к нам так милосердно.
- Тебе, почтенный Ксарна, великий огненный змей будет рад не меньше, - протянул ему руку тот, кого назвали Сахиком. - Но не торопись с решением. Когда ты увидишь, какое могущество он дарует служителям...
- Хаэй! - Алсек встал у очага, потеснив Ксарну, и пальцы жителей не соприкоснулись. - О чём идёт разговор, почтенные? Взгляни-ка мне в глаза, о Сахик...
Пришелец не спеша поднялся и выпрямился во весь рост. Алсек был ниже его на полголовы, но одно это не смутило бы его. В глазах Сахика, скрытых под бахромой волос и налобной повязки, вроде бы не было желтизны, но от его взгляда Алсеку вмиг стало не по себе.
- Не беспокойся, Алсек Сонкойок. Я ухожу. Как видишь, здесь не было никакого пожара, - мягко ответил он. - И все в добром здравии.
- Вот и ступай себе, почтенный Сахик, - нахмурился жрец. - Или мне стражу позвать?
- Хэ-э, сколько тревоги вокруг... - пробормотал Ти-Нау, неторопливо выходя со двора. - Мирной ночи, почтенные...
"Или позвать стражу?" - Алсек проводил его недобрым взглядом. Ксарна, заметив, что жрец не в духе, незаметно отступил к дому и скрылся за дверной завесой. Шафкат остался сидеть. Он молча смотрел на остывшие угли и не шевельнулся, когда Алсек подсел к нему.
- Этот Сахик - из твоих учеников? - осторожно спросил он. Шафкат качнул головой.
- Один из горожан - увидел мои раны и пришёл выразить сочувствие. Ничего опасного, Алсек.
- Это очень благородно, - насупился жрец. - Только скажи, что он нёс о пустынных кошках? Разве мало того, что такой же полоумный напал на Ярру? Чего он успел наговорить?
Шафкат вздрогнул, угрюмо посмотрел на Алсека и снова опустил голову.
- Есть разница между невиновным и преступником, - буркнул он. - И между отказавшим в помощи и предложившим её тоже есть разница. И это всё не твоя забота, Алсек Сонкойок.
Уже в сумерках, поднявшись к себе, Алсек бросил взгляд на стол и вздрогнул: там, куда он собирался положить коготь Скарса, лежал обрезок толстого велата с прицепленной к нему бахромой цветных нитей. Никаких знаков на листке не было.
"Работа для убийцы чудовищ," - гласило послание. "Во славу великого бога солнца. Найти и доставить живым: того, чьё имя Гедимин Кет, из народа сарматов. Он носит чёрную броню, огромен ростом и свиреп, он - убийца тысяч и разрушитель городов. За осквернение храма великого бога и смерти его жрецов наказание - смерть. Доставивший будет награждён золотом и медью, благословлён самим Солнцем. О согласии скажи тому, кто спросит."
Алсек тихо поскрёб ногтем по стене, и в комнату впорхнула отия. Крылатые ящерки часто дремали под крышей, но оживлялись, если их подманивали - знали, что за несложную работу получат угощение. Жрец протянул отии кусочек сушёного мяса и сел на ложе, перебирая пальцами пёстрые нити, снова и снова перечитывая послание.
- Что там, Алсек? - Аманкайя протянула руку за письмом, но изыскатель отстранился.
- Работа для стражи, - буркнул он. - Не знаю, кто такой Гедимин Кет, но вот не называть бога солнца по имени - это не к добру. Ты спи, я отправлю письма... Интигваману... и почтеннейшему Гвайясамину это тоже знать не помешает.
- Этот осквернитель - сармат? - колдунья нахмурилась. - Откуда тут сарматы? Это западный народ, людей они сторонятся... вроде Гевахелгов, только рук две, а не четыре. Если писавшего подослал Джаскар - зачем ему пленный сармат?
- Флинс их всех разберёт, - поморщился Алсек. - Если увидишь во дворе незнакомцев - зови стражу без раздумий. Кто-то вяжется к Шафкату, а чародей сейчас не вполне в своём рассудке, как бы беды не вышло.
Глава 14. Кутиска
- Это все твои слова, Ксарна Льянки? - хмуро спросил Кегар и покосился на багровый закат.
- Больше мне нечего сказать, воин, - кивнул бывший переписчик, и его лицо окаменело. Гвайнаиси, выглядывающая в щель между ставнями, поймала его взгляд, и ставни с громким стуком захлопнулись. Шафкат, с безучастным лицом сидящий у очага, не шелохнулся - так и рассматривал стену за спиной стражника.
- Мирной ночи, - буркнул Кегар и вышел со двора. Алсек догнал его за углом - вернее, сам хеск остановился и повернулся к жрецу. Клешня на хвосте Кегара мерно раскачивалась.
- Я рад зайти к тебе в гости, Алсек, но не морочь мне больше голову, - мирно попросил он, и жрецу очень захотелось попятиться. - Кто с кем зашёл поздороваться - это не по моей части.
- Кегар! - Алсек мотнул головой. - Всё было не так, как рассказывает Шафкат... и я не знаю, почему почтенный Ксарна ему вторит! Этот Сахик...
- Сахик Хурин Кеснек из Шумной Четверти, семейный человек, в руках его рода пятнадцать засеянных хальп, - ровным голосом проговорил Кегар и скрестил лапы на груди. - С начала Аймурайчи и по сей день был в городе ровно одну ночь. Ни о каких кошках, поджигателях, посланиях и солнечных змеях в его семье не слышали. Сам он в полях... у него, в отличие от тебя, много работы. Ни Шафкат, ни твой свидетель Ксарна о нём ничего странного не сказали. Разве что ты уверен, что оба они лгут...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
