День он начинал с телефонных разговоров.
– Алло, – говорю я, – встретимся в 16 часов у магазина…
Или:
– Галочка, здравствуй, милая, как дела? Ты, знаешь…
Свифт смотрел на соседа слева и не знал, чем от него отгородиться, но это твердо знал Матвей, он передвигал шкафы, переставлял приборы. В течение трех месяцев воздвигал крепость из подсобных предметов. Внутри крепости появился старый столик, покрытый стеклом, на стекле стоял любимый телефон. Перед глазами на плакате висели ювелирные изделия, производства не той фирмы, на которой он работал. Работать за станком он не любил. Все новые папки Свифта перекладывались в его шкаф. Матвей фильтровал воду в личном, стеклянном фильтре, варил воду в электрическом чайнике, заливал кипяток в свою литровую кружку, кидал в нее много ложек с сахарным песком. Начинался аттракцион: чаепитие в крепости из приборов.
Присвистывая, причмокивая, прихлебывая чай, Матвей таял от удовольствия.
Внутри его крепости проходил стояк с трехфазным током, провода прикрывал металлический кожух. В этом кожухе Матвей сверлил отверстия, чтобы повесить бухту проводов. Одно отверстие у него получилось, при сверлении следующего отверстия, он умудрился попасть в один из проводов. Блеск, треск, запах! Тумблер на 380 вольт, вышел из строя, сгорел шкаф для испытания приборов. Это стало началом конца Матвея.
Свифт смотрел на него, и ему иногда казалось, что он так и остался при социализме, и пропустил перестройку. Весна внесла свои коррективы в поведение Матвея, своей жене Галочке, он только звонил, а жил на даче. Дача героя наказала, сыростью и простудой. Рядом со Свифтом, в трех метрах от него постоянно находился человек с кашлем и насморком, плюс чаепитие, да еще шепот из мини приемника.
Надоело Матвею чахнуть в крепости, ушел он на пару недель, потом совсем исчез из поля зрения Свифта. Как-то пришла Татрина а и сказала, что Матвея надо бы уволить за прогулы, но сам он отказывается увольняться. Мероприятие по увольнению Матвея длилось месяцев пять, включая суд. На его место приходил поработать сам Свифт, он чай не пил на этом рабочем месте, и от него шел тонкий поток флюидов, когда я к нему подходила по работе.
Горизонт розовато-красноватый на фоне серо-голубого неба, не так нежен, как вчера. И личный мужчина несколько утратил нежность в обращении со мной, первозданная нежность, будь ты замужем, или то случайная любовь, бывает раз, или крайне редко. Все остальное в любви – поиски первого чувства, а сам секс это уже так, механический процесс поиска наслаждения, это – то самое розово-красное небо на фоне серо-голубой сферы неба и деятельности человека.
Иногда бывает так, что любое спокойствие дороже наслаждения, выжить бы, не до любви, и счастьем в такой миг является отсутствие угнетающих мыслей. Вот и все небо, проза в жизни побеждает любовное начало человека.
Татрина развлекалась игрой в карты на компьютере. Среди бухгалтеров это наиболее почетное развлечение, по этому поводу над ней подтрунивал менеджер Боргис. Она красиво обижалась и опускала глаза в свои многочисленные бумаги. Иногда он ее смешил, и она звонко смеялась. Закат отличается от рассвета перевернутой картинкой цвета розоватого и голубоватого. На рассвете снизу голубоватое небо, сверху розоватое, на закате снизу розоватое сверху голубоватое небо.
В офис зашли Алиса и Влад.
– Мать, ну и скука в вашем офисе! – сказал Влад матери Татрине.
– Мамочка, и, правда, ну чем вы тут занимаетесь? – спросила Алиса у меня.
Я и Татрина переглянулись и промолчали, ожидая продолжения вопросов.
– Ладно, господа бриллиантовые, вы наши! – продолжил Влад. – Дело в том, что есть потрясающий заказ для сонной компании.
Все с интересом посмотрели на Влада.
– Вот, уже проснулись! Я пошутил, – сказал Влад и замолчал.
Люди вздохнули, махнули на него рукой, отвернулись.
– Да никому ваши бриллианты не нужны, неужели вы этого не понимаете! – прокричала Алиса.
Я с осуждением посмотрела на дочь.
Свифт посмотрел на дочь.
– Вы зачем сюда пришли? Портить нам настроение? – спросил у Влада Свифт.
– Нет, мы с Алисой придумали бриллиант счастья, – ответил Влад.
– Подробнее, пожалуйста! – попросил Свифт.
– Папа, ты же знаешь, что из-за крупных бриллиантов люди умирают, и люди вообще бояться их покупать, напуганы историями, – заговорила Алиса, – а мы предлагаем выпустить маленькое ювелирное изделие, выполненное по типу гвоздика для ушей.
Все украшение размером с пуговицу или точнее с копейку, чем-то похожую на глаз: в центре алмаз – пшенка, мама так их называет, вокруг маленькие сапфиры, и последнее кольцо выполнено, из турмалиновой крошки!
– Алиса, но кто эту глупость купит? Где ее носить?
– Вы, что, тупые, это же флаг в миниатюре! У нас в округе, что патриотов не найдется? Стоить все будет около 10 тысяч рублей. Все удовольствие! А какой эффект! Внедрить в общество через рекламу и все. Мамуля. Давно ты рекламы не снимала. Мы клип придумали!
В это время в офис пришел детектив Иван Семенович.
– О, все в сборе! Все свои люди. Кого здесь наказать? Алмазная фирма и без рекламы! Так, а вы знаете, кто убил Жбору?
– Интересно бы узнать, – сказала я.
– Влад убил Жбору! По его заказу сделаны рождественские гирлянды. Мотив у него серьезный: Жбора несколько раз покушался на его отца! Жбора нанес предпоследний удар по голове Гербаима! Последний удар ему нанес Боргис! Гербаим от его удара ударился о железные прутья перил, а потом его ударил охранник, охранник Боргиса!
От этого удара Гербаим ударился о каменные ступени. Жманна, дочь Жборы, убила вашей алмазной пулькой знаменитую актрису Зинаиду! Алмазы для пулек ей давал Боргис! В общем, ваш офис можно решеткой окружить.
– Господин детектив, вам, когда на пенсию?
– Завтра, граждане!
– Черный алмаз за свободу слабо взять?
– Маловато будет, я еще молодой.
– Мы вам подарим знак: лучший сыщик округа! Мы его только, что разработали, – сказал Влад.
– Вот теперь хватит. Алмаз сейчас, знак подождет.
Глава 39
Я так тихо сидела в своей комнате, что Свифт потерял чувство реальности, неслышно я подошла к мужу и поняла, что ему очень плохо. Вызвала врача. С врачом появилась Жманна. Врач оставил Жманну присмотреть за больным, назначил уколы.
Жманна села в кресло в комнате больного и настроилась коротать время. Она перебирала в памяти свою жизнь и грустила от нечего делать. Он был стар. Она молода. У него все было, кроме здоровья, у нее кроме своего здоровья ничего не было. Жманна вспомнила богатыря Влада и с удивлением обнаружила, что ее подопечный похож на богатыря, но меньше его и естественно старше.
