А к третьей декаде пропали письма от Мадиса. Тревога росла с каждым днем, ожидание сжимало легкие, не позволяя нормально дышать. Когда от последнего письма прошло еще две декады, по дороге к замку, за которой я последние три дня лично следила с верхнего этажа башни, показались всадники. Всего-то человек пять, не больше, но сердце екнуло, а по телу прошла волна холодной дрожи.
Глава 52
Фарук едва держался на ногах, почти рухнув с коня на руки Гирса.
— Он ранен? — я стояла на верхней ступени, не желая мешаться под ногами, только крутила кольца и браслеты на руках, чтобы как-то выместить беспокойство.
— Нет, моя княгиня. Просто бзс сил, — едва шевеля губами, пробормотал невысокий, хмурый воин.
— Тогда, Гирс, веди его в зал. Ино, пусть принесут воды и подадут еду. Для всех.
— Сперва новости, — покачал головой Фарук, выравниваясь на ногах, но все же опираясь на великана.
— Нет. Сперва ты должен немного набраться сил. — Строго, не терпящим возражений тоном, проговорила я, разворачиваясь к двери. — Я тоже должна подготовиться, к тем вестям, что ты принес сегодня.
Я чувствовала, что новости мне не понравятся, и была не готова их услышать. В голове уже перекатывались волнами десятки вариантов событий, но все они вели к одной и той же точке, от которой все холодело в груди и спазмом зажимало челюсть.
Заняв свое место за большим столом, приняв с кивком, стакан воды от Павии, я, молча, смотрела за тем, как воины моего мужа жадно глотают пищу. Ино, опасаясь, что мужчинам может стать дурно, поставила на стол только похлебку, чтобы утолить первый голод. Фарук, то и дело, кидал на меня тревожные взгляды, но даже Гирс не посмел оспаривать мое желание, а у этого командира было куда лучше с воспитанием, чем у нашего доброго великана.
— Ешь, командир. Потом нам будет не до того, — тихо, пытаясь сдержать дрожь в теле, проговорила я, на мгновение закрывая глаза.
— Благодарю, княгиня. — Отодвинув в сторону плошку, которую тут же убрали служанки, Фарук поднялся из-за стола, подходя ко мне. Опустившись на одно колено, командир окинул взглядом мой наряд, зацепившись за вышитый передник, под которым постепенно округлялся живот. Его лицо еще больше пасмурнело. Склонив голову, мужчина протянул мне кинжал, который я как-то видела у Мадиса. Оружие было весьма искусно сделано, так что спутать его с чем-то иным не получилось бы при всем желании.
Приняв оружие, сжимая ножны обеими руками до белых костяшек, я пыталась понять, что именно значит это послание.
— Мадис жив? — голос почти сорвался, но я сумела закончить фразу.
— Да, моя княгиня. Командующий жив, но ситуация совсем плоха. Йенс выманил его из лагеря посланием от Командующего Бьяна. С совсем небольшим отрядом. К тому моменту, когда мы опомнились, нас уже взяли в кольцо. Мало кто сумел выбраться из оцепления. Противников оказалось слишком много. Я приказал воинам уходить тенями. Это моя вина княгиня. Я не смог выяснить, что командующий Бьян на стороне старого Йенса. И это не все. Во дворец подали жалобу на князя, обвинив его в попытке отравить невест в дороге, так что никто не встанет сейчас на его защиту или поиски. У Йенса полно оправданий для своих действий, а мы слишком далеки от столицы.
— Князь жив… — это было единственное, что сейчас казалось важным. Тугая пружина в груди распрямилась, позволив сделать глубокий вздох. За спиной, видно разделяя облегчение, выдохнули мои женщины. — Встань, Фарук. Главное, что Мадис жив, а с остальным мы разберемся. Ты принес мне добрую весть, пусть и на черном фоне. Умойся, смени одежду, и возвращайся сюда. Будем думать. Гирс! Собери мне самых лучших стратегов, из тех, что у тебя имеются. И просто сообразительных людей. Отправь послание в гарнизон. Кажется, все немного позабыли, что в Ультстраллинге сидит бесстрашная княгиня, у которой за спиной армия Сизых холмов.
Поднявшись из-за стола, в сопровождении Тахиры и Павии, я отправилась наверх. Нужно было немного подумать. Мои женщины замерли у самых дверей, позволяя мне мерить комнату шагами. Это заставляло мысли бежать быстрее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Насколько опасно то, что против Мадиса подали жалобу во дворец? — мне требовалась помощь в пояснении местных традиций, чтобы не сделать ситуацию еще хуже.
— Вся беда в том, что у князя на самом деле были причины так поступить. И вашу служанку, Шивин, поймали с уликами. А этого уже достаточно, чтобы обвинение стало весомым. И если на стороне Йенса выступает Бьян, то все становится много сложнее.
— Почему?
— Бьян — дальний родственник конунга. У него безупречная репутация, а князь, как не крути, всегда находился на грани из-за своего рождения. — покачала головой Тахира. Ее лицо выглядело спокойным, позволяя и мне не скатиться в панику. Нужно будет еще раз поблагодарить супруга за такой выбор, когда удастся вытащить его из западни.
— Но его мать — благородная дама. И брак подтвержден документами. Этого должна быть довольно. Да и его право на Ультстраллинг не оспаривалось, как я понимаю.
— Это так, но все же, тень от этих событий падает на его репутацию.
— Разве это важно?
— Да, княгиня. В ситуации, когда не будет улик против Бьяна, но будут доказательства, пусть косвенные, вины нашего князя, никто не позволит ему сказать и слова в свою защиту.
— В этом Сайгора не сильно отличается от Мерона. Мою голову спасло только слово королевы, — тихо пробормотала я, рассматривая кинжал в руке. Интересно, каким образом это оружие попало к Фаруку. — А если доказательства будут?
— Скорее всего, только Асмунд Йор сможет предоставить их ко двору, из-за высокого статуса тех, кто подал жалобу. — Кивнула головой Тахира.
— Но земли Йора слишком далеко от столицы. — Тихо вступила в разговор Павия, молчавшая до сих пор. — И нет уверенности, что он захочет спорить с принцем. Или с конунгом. Слишком велик риск и малы доказательства невиновности князя. В этой ситуации все против нас.
— А могу ли я защищать князя?
— Ваш статус позволяет, — тихо произнесла Павия, переглянувшись с Тахирой, — но не уверена, что кто-то станет слушать. Вас даже не пустят во дворец.
— Это смотря, как я туда явлюсь, — сжимая кинжал, тихо, с проскользнувшей угрозой, проговорила я.
— Княгиня?
— Только попробуйте меня отговорить, — почти зло, ткнув в сторону обеих женщин кинжалом мужа, остерегла их. Было еще очень много того, что следовало сделать, если я не хотела вновь стать вдовой предателя. — Гай-ку!
Темная тень, собравшись воедино в углу, приняла форму тела стража, а я вдруг вспомнила фразу, сказанную мне супругом после смерти Шивин: если кому-то мешает мир в Сайгоре, самый лучший способ его нарушить — это натравить командиров друг на друга. Примерно это мы сейчас и видели. Но, как и Мадис, я была совсем не согласна с подобным. Уж очень мне нравилась жизнь в мирной долине. И присутствие спокойного, рассудительного, и такого внимательного мужа рядом было одной из самых главных составляющих моей радости. А за это стоило побороться.
— Ты знаешь, где князь хранит те письма, что нашили у Шивин?
— Все документы по тому делу у командующего Гирса, — коротко кивнул стражник.
— Хорошо. Тогда ответь мне еще: сколько у тебя человек в подчинении, которые могут тайно выведать то, что мне нужно?
— В долине достаточно обученных теней, княгиня. Что бы вы не приказали, — сверкнул глазами этот весьма опасный человек. Мне показалось, что в глубине этого взгляда сидит и скалится сама тьма.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это хорошо. Мне нужно, найти те нити, что вели к Шивин. Пусть делают, что хотят, но доказательства должны быть у меня.
— По приказу князя, несколько человек занимаются этим делом и почти распутали нить.
— Тогда пусть все сведения предоставят мне. Дальше, мне нужно знать, где и в каком состоянии мой князь. Это самое важное.
— Скорее всего, мы не сможем выкрасть его. Если князь в лапах старика Йенса, то его держат там, где теням хода нет.
