Я усмехнулась, отодвигаясь. Светлые глаза смотрели зло и решительно, как могли бы смотреть мои. Как жаль, что он ничего не забывает.
— Хочешь подняться? — Не выпуская из объятий, он кивнул на колесо обозрения.
— Почему нет? — Улыбнулась я.
Пока Марк покупал билеты, я набирала SMS Ласкару: «Если что-то случится с Марком, я буду знать, что это вы. О других врагах администрации суккубата я не знаю». Не давая себе права обдумать смелость этого заявления, я нажала «отправить». Хотелось думать, что этим шагом я отметаю возможность расправиться с суккубатом моими руками.
Мы встали в конец очереди к колесу. Что еще я не предусмотрела? Откуда еще может идти угроза для меня и близких?
Через пару минут мы забрались в кабинку. Внутри ворочалось волнение. Поверх него накатывал внешний, глобальный страх.
Мы поднялись градусов на тридцать, когда пиликнул телефон. Я прочитала ответ Ласкара: «Теперь я знаю, что делать при суициде, детка. Я уже лет десять как даже порезаться не могу…» Он снова смеется, поняла я. Как обычно, впрочем. Но он понял меня, а это главное.
— Детка? — Усмехнулся Марк, беззастенчиво читавший сообщение одновременно со мной.
— Есть мужчины, к которым ты меня не ревнуешь? — Я улыбнулась.
— Есть. — Утвердительно кивнул муж. — Миша и Гриша.
Улыбка сползла с лица.
— Мертвец и делец, который не откажется от того, что может на тебе заработать, даже подыхая от желания.
Я отвернулась.
В следующее мгновение послышался хлопок и скрежет. Еще через пару секунд мы дернулись и замерли. Я сжала кулаки, борясь с желанием вцепиться в Марка. Вопросительно обернулась.
— Я этого не планировал. — Пожал он плечами и вытянулся, чтобы рассмотреть творящееся внизу. — А ты?
Я заржала.
Три года эта программа дожидалась меня. Три года, черт ее подери…
8
Сентябрь 2009
Миша не доверил никому встретить нас с Марком в Аэропорту. Вероятно, ему нужно было подтверждение, что завтра (если уже не сегодня) я реанимируюсь в светскую львицу. Окинув меня обычным взглядом, он пожал руку Марку и повел на выход.
— Программа следующая. — Начал он, выруливая со стоянки. — Сейчас я вас отвожу домой. Ты приводишь себя в порядок и к десяти вечера мы должны быть в Ситиста.
— Миш… — Сделала я попытку к сопротивлению. Агент поднял правую руку, и я была благодарна уже за то, что он не показал средний палец или хотя бы фигу.
— Там туса по поводу дня рождения Воронцова. Естественно будет Андрей, там и познакомитесь.
— Какой еще Андрей?
— Твой любовник. Тоже футболист.
— Ааа… — Я кивнула, вспоминая версию своего длительного отсутствия. Марк задумчиво наклонил голову.
Возникла пауза.
— Ты загорела очень кстати. — Кивнул Миша, разглядывая меня в зеркале заднего вида. — Как я понимаю, неравномерно?
Я недовольно склонила голову набок.
— На неделе выровняешь, да?
— Хорошо. Что там с футболистом? Где мы кувыркались? Он вменяемый?
— Нормальный мужик. Не менее адекватный, чем я.
Я сглотнула. Миша хищно оскалился, а потом засмеялся. Марк смотрел в окно.
Через пять часов мы с Мишей вышли из машины у ресторана Ситиста. Проставив галочки у наших фамилий в списке приглашенных, охранник вежливо улыбнулся.
По тому, как уверенно идет навстречу и лучезарно улыбается невысокий (моего роста) мужчина, я предположила, что это и есть Андрей.
— Именинник. — Скосил взгляд Миша. — Стас Воронцов.
— Лидонька, как я рад тебя видеть. Проходите.
— С Днем рождения, Стас. Спасибо за приглашение. — Улыбнулась я в ответ.
Через четверть минуты мы с Мишей остались одни.
— Еще не подъехал. — Просканировал Миша окружающие лица. — Пойду, поздороваюсь. Развлекайся. — Он еще раз обернулся. — А, вон пресса.
Кивнув мне, Миша направился прочь. Я же расправила плечи, осматриваясь. Стремительно заполняющееся помещение ресторана состояло из нескольких залов. В первом, самом маленьком, было сравнительно тихо. В том, где оставил меня Миша, уже играла живая музыка, слева виднелся облепленный гостями стол с закусками. По всему периметру теснились к стенам круглые столики. В третьем, кое-как просматриваемом с места, где стою, мелькала светомузыка.
Подхватив с проносимого мимо подноса с шампанским бокал, я остановила взгляд на спине Миши.
Когда на голые плечи легли чьи-то теплые ладони, вздрогнула. Повернув голову, встретила ненавязчивый поцелуй в волосы.
— Что за фамильярность. — Прошипела недовольно.
— Я тоже рад познакомиться, сладенькая.
Человек, не снимая рук с моих плеч, развернул меня к себе. Промелькнула мысль выплеснуть содержимое бокала ему на рубашку.
— Не провоцируйте на грубость. — Проговорила сдержанно. — Вы Андрей, насколько я понимаю? Не путайте работу и…
Я запнулась. И что?..
— И что?.. — Улыбнулся он широко, примирительно выпуская меня из рук.
Неожиданно развернувшись, он сделал несколько шагов от меня и снова обернулся. Демонстративно поднял руку, будто только заметил меня. Важно подошел и склонился «помацать» ручку. Я растерянно осмотрелась, пока он задержался в поклоне.
— Так лучше?
— Значительно. — Кивнула я примирительно.
— Тогда давай работать, солнышко.
Задержав взгляд ровно настолько, чтобы увидеть реакцию на реплику, он отвернулся к подошедшей корреспондентке гламурных новостей. Захваченная ранее ладонь раскрылась под нажимом. Пальцы переплелись.
Лика задорно напоминала, кто мы есть. Я была готова к убийственному по тупости и регулярности вопросу, что на мне одето, но она его опустила.
— Кажется, слухи подтверждаются! — Подмигнула она в камеру.
Я остановила на ней смущенный взгляд.
— Какие слухи, Лика?
— Конечно же, о вашем совместном отдыхе на Филиппинах.
— Ничего подобного не было. Мы просто друзья. — Заверила я ее смущенно и потупилась.
— Ой ли? — Придвинула она микрофон Андрею. Что за язык, подумала я.
— Просто друзья. — Подтвердил футболист серьезно.
Лика с репликой «о, да» опустила взгляд на сцепленные руки и улыбнулась в камеру. Пообещав еще раз подойти к нам, она ускакала здороваться с другими гостями. Я распустила пальцы и попыталась освободиться. Успешно.
— Ты прелесть. — Улыбнулся футболист.
Я коротко кивнула, скрывая неожиданное волнение.
Андрей — это мой ровесник, поджарый и легкий, с глубоко посаженными глазами и русыми волосами, которые обязательно падали бы на глаза, не зализывай он их назад. Я определенно видела его по телевизору. Не имею понятия о его заслугах на футбольном поле, но у меня он уже успел заслужить пару желтых карточек. Довольно приятное, по крайней мере, не плоское и не тупое лицо, напоминало мужа выдающимся носом и резко очерченными тонкими губами. «Я — белый орел» — была реклама водки когда-то. Вот Андрей напоминал того белого орла, только не индейского, а русского происхождения.
