Господи! «Виконт Суттар», – прочел он золотое тиснение на визитке. Виконт Суттар. Не Гарет Сэндисон, который помешал Грэнби осуществить изначальный план мести, а его старший брат, из-за которого пошел прахом второй грандиозный план Грэнби.
Падриг выпрямился. Его охватил страх. Бежать, бежать куда глаза глядят! И никогда больше сюда не возвращаться. Он вскочил на коня, но что-то его остановило. Он оглянулся на лежащий на земле труп.
Понимая, что совершает ошибку, но поддавшись порыву, Падриг спешился и, привязав коня к ближайшему дереву, вернулся к покойнику. Конь Суттара убежал, когда раздался выстрел, но не слишком далеко – сейчас жеребец щипал траву на опушке. Приняв окончательное решение, Падриг направился к жеребцу покойного. Несколько минут ему потребовалось, чтобы поймать коня, и куда больше времени и сил на то, чтобы поднять и перекинуть через седло мертвое тело. Весь в грязи и крови, Падриг достал из седельной сумки два шейных платка, затем нашел еще три в сумке виконта. Связав все платки вместе, присовокупив к ним один с собственной шеи, он кое-как закрепил тело.
Затем он сел в седло, держа на поводу коня Сэндисона с мертвым хозяином. Потом он пожалеет об этом. Грэнби прав – это непростительная глупость. Скорее всего, его повесят.
И поделом.
– Суттар мертв, – сказал Лео, когда Гарет вошел в комнату. Боу, не мешкая, протянула мужу письмо. Гарет смертельно побледнел. У Боу глаза были на мокром месте.
Каким бы никчемным человеком ни был Суттар, он приходился Гарету братом, и Гарет любил его. Любил, несмотря ни на что.
Гарет покачал головой, словно пытался уяснить смысл того, что сейчас говорил ему Лео. Пытался, но не мог.
– Так что сказал посыльный?
– Он сказал, что лорд Суттар мертв. Об этом нас извещает сэр Тобиас Монтегю, магистрат, чье поместье находится в Кенте, неподалеку от Хокенбери.
Гарет крутил в руках запечатанное послание. Боу положила руку ему на плечо. Немного погодя Гарет нашел в себе силы сломать печать и развернуть листок. Опустившись в кресло, он прочел письмо.
– Не просто мертв, – сказал Гарет, закончив читать, – а убит. Тело его доставил в Хокенбери Падриг Нолан, который заявляет, что Суттар был убит Джорджем Грэнби в приступе ярости. В письме говорится, что в Дувр отправлена ориентировка на одноглазого мужчину.
Боу опустилась рядом с мужем на корточки и положила ладонь Гарету на колено. Что тут сказать? Все пути вновь сходились к Грэнби. Грэнби, которого она когда-то обнадежила, а потом оттолкнула. И ослепила на один глаз. Это она открыла ящик Пандоры. Лучше бы ей умереть.
– Суттар не был ни святым, ни праведником, но такой участи он не заслужил. Для графа его смерть станет ударом.
– Кому-то надо поехать за телом, – тихо сказал Лео. Он неловко переступил с ноги на ногу, и половицы скрипнули. – И тот, кто поедет, должен поговорить с Ноланом. Возможно, он знает о местонахождении мальчика больше, чем спьяну рассказал Виоле.
Гарет кивнул, хотя Боу не была уверена в том, что он понял, что сказал ее брат. Да и слышал ли его Гарет?
– Ты можешь распорядиться, чтобы сюда подали карету? – попросила она брата.
Лео быстро провел пальцем по щеке и, стремительно развернувшись, вышел за дверь. Боу заставила себя подняться. Надо было сообщить лакею Гарета, чтобы собрал для него вещи в дорогу.
Когда Боу вернулась, она застала Гарета сидящим в кресле в той же позе. Молча опустившись на пол рядом с ним, она взяла мужа за руку. Оба не проронили ни слова, пока не вернулся Лео.
Боу поцеловала Гарета на прощание.
– Я обо всем позабочусь. Встретимся в Эшбурне, – быстро сказала она.
Гарет и Лео сели в карету. Боу вернулась в дом. Ее ждали дела – распорядиться насчет похорон, заказать траурную одежду для них обоих.
Для них с Гаретом пришло время покинуть Лондон, доверив Лео и Деверо поиски Джейми, пока тело Суттара не будет предано земле.
О боже! Титул. Боу без сил опустилась в кресло. Голова ее кружилась. Теперь Джейми лорд Суттар. Вернее, будет им, если его мать докажет законность брака. А если не докажет, то наследником станет Гарет.
Глава 50
Гарет мрачно смотрел на Падрига Нолана. Ирландец был хорошо одет и чисто выбрит и все равно выглядел изрядно потрепанным жизнью. Со времени их последней встречи Нолан, казалось, постарел лет на десять.
Сэр Тобиас держал его под замком в гостевой спальне собственного дома. Что делать с Ноланом, он не знал. Впрочем, и Гарет тоже. В том, что Нолан заслуживает виселицы, сомнений не было, и все же…
– Что ты сообщил сэру Тобиасу? – поинтересовался Гарет. Если он сказал тому слишком много, пусть пеняет на себя – виселицы ему не избежать, как бы он ни старался.
Ирландец судорожно сглотнул. Он сжимал руки так, что костяшки побелели.
– Очень мало, и почти ни слова правды.
– Иными словами, ты представил дело так, словно помогал Суттару, а не Грэнби?
Нолан виновато кивнул.
– Я сказал, что Грэнби украл его ребенка и мы искали их обоих, – признался Нолан и со вздохом добавил: – Хотя я не думаю, что баронет поверил хоть одному моему слову.
– Но он сомневается в твоей виновности, иначе тебя бы давно тут не было. И сидеть тебе не запертым в гостевой спальне, а в камере, в ожидании суда за убийство.
Нолана передернуло от одной мысли об этом.
– Тело моего брата уже подготовлено к путешествию домой. Полагаю, свои пожитки ты возишь с собой?
– Желаете меня лично доставить в тюрьму?
Гарет, втянув щеки, задумчиво смотрел на ирландца. Если честно, он, как ни парадоксально, чувствовал себя в долгу перед ним. Если бы не Нолан, Боу не была бы сейчас его женой.
– Дальнейшее зависит от тебя, – сказал Гарет, внезапно уверовав в то, что, спасая Нолана, поступает правильно. – Ты наша главная надежда найти Грэнби, и ты единственный свидетель его преступления, а его мне как раз очень хочется отправить на виселицу. Я предлагаю следующее: подтверждаю ту версию, что ты изложил сэру Тобиасу, и забираю тебя с собой. Но если тебя это не устраивает, мы с лордом Леонидасом расскажем баронету правду и оставим тебя здесь.
– Зачем вам меня выгораживать, сэр? – боясь поверить в свою удачу, спросил Нолан.
– Считай, что я благодарю за то, что ты сказал нам, как найти ребенка, и за то, что ты рисковал жизнью, доставив сюда тело моего брата. – Гарет встал. Ему не терпелось уехать.
– Едва ли этим я могу загладить вину перед вами… За то, что похитил вашу леди. За то, что увез вашего мальчика.
