В дополнение к этому духи являются живым людям с требованиями о надлежащих похоронах, об изъятии из затопленного гроба или помощи по некоторым другим проблемам. Наконец, призраки являются смертельно больным, чтобы забрать с собой умирающего пациента30. Духи во времена Сражающихся царств и в начале имперского Китая появляются в человеческом мире, когда что-то пошло не так, как надо, и они являются, дабы наказать живых, попросить у них помощи или утащить их в преисподнюю. В мире, устроенном должным образом, мертвые и живые общаться никак не могут. Поэтому, если покойники возвращаются в мир живых, их считают предвестниками беды.
Когда покойники считаются угрозой живым людям, сооружение склепов по образцу домов можно рассматривать в качестве попытки снабжения усопших всем необходимым, чтобы они оставались в их собственном мире навсегда. Но если их помещали в ловушку единственного дома, то покойники с таким своим положением мириться не хотели. Им следовало создавать целый мир в виде изображений и точных копий предметов бытия так, чтобы покойники могли пользоваться всеми возможными удовольствиями жизни и остаться счастливыми в своих захоронениях. Склеп первого китайского императора, если верить Сыма Цяню, снабдили точным аналогом небес на ее потолке и копией земной поверхности на его полах. В описании захоронений богатых и влиятельных людей философского сборника времен династии Цинь под названием «Вёсны и осени господина Люя» говорится: «Они обустраивали свои могильные курганы как настоящие города и поселки»31.
Наглядный пример двойной роли китайских захоронений – как дома или мироздания – удалось обнаружить в Мавандуе32. Полог, которым драпировался внутренний гроб, создавал видимость вселенной с влажной преисподней, мир живых обозначался сценой подношений ко гробу, находящемуся в склепе, и небесный свод украшался солнцем и луной наряду с сопутствующими им существами. Внутри этого полога внутренний гроб превращался в полную вселенную, где могла обитать душа покойного. Этот покрытый пологом внутренний гроб, в свою очередь, помещался во второй гроб, художественное оформление которого состояло из изображений рогатых духов, снабженных оружием для уничтожения опасных созданий, а также изображений полезных гибридных животных и колдовских существ. Третий гроб снабжался изображением зазубренной вершины горы с драконами по бокам, священными животными и бессмертными существами – возможно, речь идет о волшебных горах Куньлунь, расположенных на западном краю мира, служившим вотчиной Царицы-Матери Запада. По этим изображениям можно предположить, что склеп или гроб к тому же служили неким раем бессмертных существ. С учетом того, что бессмертные существа считались эфирными созданиями, обитавшими на крайнем западе (Куньлунь) или на крайнем востоке (плавающие горы в
Тихом океане), эти изображения служат дополнительным основанием для предположения о том, что в таком захоронении волшебным образом заключался весь мир.
В конечном счете вокруг этих гробов устанавливали деревянную раму, вмурованную в склеп. Этот загробный мир, полностью напоминающий дом усопшего, разделялся на четыре помещения для хранения похоронных предметов, предназначенных для обеспечения уютного его пребывания здесь. Северная похоронная камера напоминала внутреннюю комнату дома: с гардинами, циновками, сосудами для пищи и напитков, спальной мебелью, разрисованной ширмой и статуэтками наряженных в костюмы музыкантов и домашней прислуги. В остальных помещениях находились запасы домашней утвари и провизии, наряду с многочисленными статуэтками в виде домашней прислуги. Такой образец, когда внешний вид напоминал по виду дом покойника, а внутренние его изображения говорили о том, что склеп представлял собой всю вселенную в миниатюре, превратился в модное явление погребального искусства в период правления династии Хань.
Пологи, наподобие тех, что удалось обнаружить в Мавандуе, пусть даже попроще, попадались в нескольких вскрытых склепах времен династии Хань. Снабженная соответствующей меткой резьба на гробе, найденном в Гуйтоушане, состоит из изображений ворот Небес, Фуси и Нюйва, животных четырех сторон света, солнца и луны, многочисленных бессмертных созданий и точных копий зданий, таких как Великий амбар. Возвращение на крышки гроба фигурок Фуси и Нюйва, держащих над головой Солнце и Луну, к тому же представляется уменьшенным вариантом изображения вселенной, найденной в Мавандуе, состоящим из трех сфер Небес, человека и Земли, соединенных переплетенными телами этих богинь с телами змей (рис. 21). Небесная сфера здесь обозначена Солнцем и Луной, человеческий мир – верхней половиной тела человека божественных созданий и Земля – их нижней змеиной половиной тела. На потолках и стенах склепа нанесены изображения Солнца и Луны, созвездий, символов животных четырех четвертей целого, духов ветра и дождя, Царицы-Матери Запада и бессмертных существ. На многих предметах, оставленных в склепах, таких как бронзовые «денежные деревья», также появляются изображения Царицы-Матери Запада и ее бессмертного двора. Эти изображения могут служить указанием на то, что одно только домашнее хозяйство само по себе не могло обеспечивать полноценное существование покойного, удовлетворить которого можно было только всей полнотой мира. Они к тому же служили ему путеводителями во время путешествия во вселенной33.
Рис. 21. Сплетенные тела богинь Фуси и Нюйва, поддерживающих Солнце и Луну
В преисподней служили свои собственные чиновники. Для бюрократии потустороннего мира на свинцовых дощечках чеканили сведения о прижизненных сделках обитателя склепа с указанием их размеров, дат приобретения, покупной цены и свидетелей. Бюрократия потустороннего мира состояла из императора Небес, директора продолжительности жизни, князя Холмов, общинного начальника ворот склепа, сотрудников преисподней с окладом в две тысячи пикулей зерна и самых многочисленных воинов при склепах. В древних текстах говорится, что любые предметы, закопанные на прилегающем к склепу участке, в потустороннем мире переходят в собственность обитателя этого склепа, а души всех покойников, похороненные там, становятся его рабами. В остальных трактатах, посвященных предохранению захоронений, упоминается Желтый император или его наместник, стоящий во главе армий духов, способных отразить вторжения демонов. Авторы некоторых древних текстов утверждают, будто чиновники преисподней тщательно следят за отсчетом продолжительности жизни, а также следят за тем, чтобы человека не призвали из жизни прежде срока или вместо другого человека под тем же самым именем. Одну повесть о случае бюрократической путаницы и последующем возвращении в мир живых жертвы ошибки обнаружили в склепе времен династии Цинь. И такого рода рассказы в дальнейшем обратились в литературный жанр, просуществовавший на протяжении веков после династии Хань34.
Притом что во времена династии Хань главным местом поклонения стал склеп предка, храмовые пожертвования предкам представители влиятельных родов приносили до конца этой династии. В документальных памятниках династии Хань и монографии Сыма Бяо, составленной в III веке н. э. и посвященной ритуалу, описываются два родовых храма в Лояне и жертвоприношения, приносившиеся там. В эти храмы прибывали китайские императоры во время их восшествия на престол, здесь проводилось обсуждение заказа на мемориальные доски, а в летописях находим описание музыки и танцев, исполненных здесь же. Молитвы, вознесенные там, когда столицу в принудительном порядке вернули в Чанъань в 190 году н. э., сохранились в избранных произведениях Цай Юна (133—192)35.
В сохранившихся фрагментах руководства по управлению поместьем и крупным домашним хозяйством под названием «Ежемесячные распоряжения для четырех категорий народа» (Сы минь юэ лин), написанного Цуй Ши, указывается, что великие семьи во II веке продолжали нести подношения в родовые храмы, а также к захоронениям предков: «В день [новогоднего] подношения они брали с собой вино, чтобы вызвать на землю духов всех происхождений. Потом все члены семьи, как благородного, так и простого происхождения, без деления на молодых или старых, выстраивались перед своими предками по возрасту». Такая очередь расширенного рода перед лицом всех своих предков могла поместиться только лишь в годовом храме, где находились мемориальные таблички, расположенные в соответствующем порядке. Как и жертвоприношения в императорских храмах, клановые пожертвования приносились через определенные промежутки времени на протяжении всего года. В нескольких местах этого текста указывается, что пожертвования у склепов должны приноситься на следующий день после подношений в храме, то есть указывается на ритуальный приоритет последнего. В отличие от подношений перечисленными здесь погребальными ритуалами к тому же предусматриваются пожертвования тем, кто не связан кровными узами36.
