— Хочешь сбежать на край света? — интересуется без тени иронии.
— Ты и там приключения найдешь, — усмехаюсь. — Тебе будет тяжело отказаться от привычной рутины. Коварные планы, изощренные интриги. Это же часть натуры. Ты должен сражаться и побеждать. Такая природа. Ничего не поделать. Я не могу просить тебя завязать, ведь это как посадить на цепь дикого зверя.
— Можешь, — хрипло произносит Рустам. — Ты можешь все.
— Нет, не хочу, — отрицательно мотаю головой. — Не такими методами, не такой ценой. Нам это счастья не принесет. Лишь проблем добавит. Тебе надо выплескивать энергию.
— Ну я мог бы рыбачить, — протягивает он. — Найти призвание в чем-то другом. Пока плохо представляю, но вероятно скоро появится такая возможность.
— Ты шутишь?
— Я абсолютно серьезен.
— И кому ты планируешь передать всю власть?
— Вариантов хватает, — заключает муж. — Есть надежный друг. Сразу он не подпишется на мое предложение, но если задействую правильные рычаги, то договоримся. А еще есть Джохар. Тоже крепкий боец. Уверен, справится не хуже меня.
— Мне кажется, твой брат не слишком рвется занять трон, — замечаю осторожно. — И твой друг туда не стремится, раз придется на него дополнительно влиять.
— Скоро может появиться новая кандидатура на этот пост, — хищно скалится.
— Кто?
— Один парень из прошлого, — отвечает уклончиво. — Он сбежал от своей семьи, бросил бизнес, решил завязать с карьерой раз и навсегда. Пожертвовал всем ради женщины.
— И чем его история закончилась?
— Ну он побегал по лесам. Попробовал жить мирно. Честно. Только долго эту скукотищу не вытерпел. Влез в такую переделку, что еще долго будет огребать.
— Вот и не нужно тебе проводить похожий эксперимент, — говорю тихо. — Завязать не выйдет. Ты даже на необитаемом острове умудришься создать секретную организацию, найти врагов и союзные кланы.
— Нет, — спокойно отрезает Рустам. — Если я решу завязать, то завяжу. Никаких возвратов и откатов. Если ты скажешь поступить так, это даже не будет жертвой.
— Будет, — заявляю твердо. — А я против. Мы найдем компромисс. Например, ты выпустишь меня из больничного заключения, а после продолжишь плести интриги. Просто не забывай предупреждать, когда соберешься умереть в следующий раз.
Глава 47
Я отправляюсь на прогулку. Охрана мастерски шифруется. Трудно заметить наблюдение, но ясно, что без присмотра никогда не останусь. Хотя в текущих реалиях сопровождение скорее радует, чем огорчает. Я ожидаю очередной подвох от коварной судьбы.
Джеро давно не появлялся. Может, Рустам лично порешил своего закадычного врага? Если супруг слышал мой разговор с Моро, то и беседу с метисом легко перехватил.
Но как? Камеры? Подслушивающие устройства?
Я отмахиваюсь от этих мыслей, не особо желаю разбираться в деталях. По Джеро не скучаю. Вникать в шпионские штучки не хочу. Пусть они там сами между собой выясняют, кто прав. Мотаются в поисках того проклятого японского меча.
Однако Джеро — не единственная проблема. Есть враги похлеще. В памяти всплывает день свадьбы. Церемония, сорванная Ахметовым-старшим. Проклятье, мы даже не смогли нормально зарегистрировать наш брак. Отец Рустама вмешался. Разрушил мечту опять.
А вдруг он опять встанет между нами? Вырвется из заключения и вновь ворвется в наш мир? От этого жуткого человека можно ожидать любой подлости.
Рустам так и не убил его. Чувствую. Мой супруг еще не готов переступить последнюю черту. И приказ своим людям не отдаст. Такой вопрос нужно решать лично. Однако как? Конечно, я не могу винить мужа за то, что он откладывает казнь собственного отца. И не важно, какие чудовищные преступления совершены. Родная кровь. Монстр дал Рустаму жизнь. Подобное трудно вычеркнуть. Забыть нереально.
Я нервно мотаю головой, отчаянно пытаюсь очистить разум от этих рассуждений. Старательно отгораживаюсь от правды.
Я подумаю об этом позже. Сейчас мне нужны исключительно положительные эмоции. Значит, надо настраиваться на светлую волну. Мысли об Ахметове-старшем наполнены темнотой. Все. Хватит. К черту его. Пускай отправляется в ад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я захожу в продуктовый магазин, совершаю необходимые покупки. Поглядываю на список в мобильном телефоне, проверяю, ничего ли не упустила. Вечером планирую устроить романтический ужин. Разумеется, я бы предпочла организовывать такое мероприятие в другом месте, но приходится искать компромисс.
Наша импровизированная квартира включает в себя кухню, причем эта комната оснащена по высшему разряду. Духовка есть. Посуда тоже. Холодильник ломится от продуктов. Но я намерена сама все приготовить.
Я выбираю магазин, в котором продают еду, разрешенную по религии Рустама. На всякий случай. Не хочу ничего нарушать. Муж не видит нужды в том, чтобы я соблюдала нормы его веры, однако он действует четко по правилам. Вот и не стану толкать его на грешную сторону.
Плохо разбираюсь в готовке. Опыта мало. Когда мне приходилось готовить дома, я всегда выбирала самые простые блюда, ничего слишком сложного не затевала. Но сегодня тянет постараться, выложиться на максимум. Накатывает романтическое настроение.
Отлично. Выходит, я награждаю Рустама за его паранойю? Положительно подкрепляю все эти воинственные методы для обеспечения безопасности?
Ну и пусть. Я давно хотела перевести наши отношения именно в такой формат, придать им оттенок нормальности, человечности. Достаточно уже обсуждений про тайные ордены, интриги, заговоры и захват власти во всем мире. Пора выделить время для совсем другого общения. Расслабиться. Выдохнуть. Почувствовать себя влюбленной парой. Избавиться от дикого напряжения последних дней.
Я хочу хотя бы поиграть в нормальную семью.
Запекаю курицу в духовке. Отдельно готовлю овощи со специями. После перехожу к десерту. Довольно простой вариант: вырезаю сердцевину из яблок, наполняю их медом, щедро посыпаю корицей, отправляю томится на медленном огне.
Я красиво сервирую стол. Наряжаюсь сама. Делаю прическу, использую немного косметики, мазнув ресницы тушью, а губы — помадой. Выбираю эффектное платье. Приглашаю Рустама, которому я запретила расхаживать по квартире.
Снаружи тепло, поэтому стол ожидает нас на балконе. Туда его заранее перенесли слуги вместе со стульями.
Да, слуги здесь тоже есть. Муж не стал скромничать и ограничивать свою фантазию. Сложно представить, что думают о нас окружающие. Приехали богачи, отгрохали отдельный блок для клиники, привезли множество врачей. Хотя сильнее всего их впечатляет вооружение, тут не поспоришь.
Черт, здесь уже военная база, а не больница.
— А я ждал наказание, — усмехается Рустам.
— После ужина, — заключаю невозмутимо.
Снова смотрю на стол, окидываю взглядом сервировку. Придраться нельзя. Вышло идеально. Свечи пылают. Еда смотрится аппетитно.
— Не хочешь проверить блюда на яд? — интересуюсь насмешливо.
— В этом нет необходимости.
— Ну хоть сюда твоя маниакальная одержимость не…
— Все уже давно протестировали, — небрежно роняет муж.
— Что? — от шока округляются глаза. — Когда?
— Перед поставкой в магазин, — он отодвигает стул и мягко подталкивает меня, побуждая присесть. — Этот магазин принадлежит нам. Трудностей не возникло.
— Ты купил магазин? — спрашиваю пораженно.
— Я приобрел некоторую недвижимость на Мальте. Логичный ход с учетом того, сколько времени нам придется здесь провести. Стоит позаботиться о комфорте заранее.
— Ладно, — усмехаюсь. — Тебе даже сюрприз сделать нельзя.
— Я не подсматривал, — заверяет Рустам. — Круто получилось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я о другом, — комкаю салфетку. — Только собираюсь сделать что-нибудь интересное, как ты сбиваешь с ног очередным фантастическим подарком.
— Ну нашу еду давно проверяют, — говорит он. — Я никогда не пренебрегал вопросами безопасности. Разумная мера, которую стоит использовать всем.
— Подожди. Давно проверяют? И в кафе тоже? Когда мы были в Париже? Когда я гуляла по Мюнхену?
