— Мне стоило догадаться, что он предпримет подобную попытку. К счастью, ты оказался рядом.
Улыбнувшись, Десборо отошел.
У джентльменов была традиция после ужина у Элвенли отправляться в «Уайтс», где они оставались до поздней ночи или, вернее, до раннего утра. В одиннадцать часов все были с головой поглощены игрой в карты.
Ферди, Доротея и Сесилия прибыли к леди Ротвелл ровно в восемь часов. Там их ожидали экипажи, готовые доставить на праздник в Вохсхолл[24] — таков был приготовленный хозяйкой сюрприз. Доротея и Ферди восприняли эту идею без энтузиазма, и лишь Сесилия пришла в восторг. Не сумев придумать вежливого предлога, чтобы отказаться, им пришлось согласиться с такой сменой планов.
В увеселительном саду леди Ротвелл арендовала беседку, из которой открывался прекрасный вид на танцевальную площадку, освещенную гирляндами разноцветных фонарей. Гости помоложе отправились танцевать, а Доротея с Ферди предпочли наблюдать за происходящим, не покидая беседки. Леди Ротвелл также не спускала проницательного, почти материнского взгляда со своих юных подопечных.
По слухам, Хейзелмер должен был вернуться сегодня, поэтому Доротея обдумывала, какой будет их следующая встреча. Посмотрев на ее отрешенное лицо, Ферди вспомнил о послании кузена, но не стал ей ничего говорить в присутствии леди Ротвелл.
— Не хотите ли посмотреть на Волшебный Фонтан, мисс Дэрент? — предложил он.
У Доротеи такого желания не возникало, но предложение Ферди показалось ей странным. Заметив, как он едва заметно склонил голову набок, она согласилась, заинтригованная. Леди Ротвелл не стала возражать против их прогулки, и Доротея покинула беседку под руку с Ферди. Едва они скрылись из поля зрения леди Ротвелл, Доротея, не теряя ни секунды, приступила к своему спутнику с расспросами:
— Что вы хотели мне сказать, Ферди?
Молодой человек подумал об ужасной привычке Доротеи все усложнять, поэтому заявил напрямик:
— Сегодня после обеда я встретился с Хейзелмером, и он просил меня кое-что вам сообщить.
— О-о-о? — едва сдерживаясь, протянула Доротея.
Ферди совсем не понравился тон, которым это восклицание было произнесено. Он тут же пожалел, что не посоветовал своему высокомерному кузену лично поехать к леди Ротвелл. Все же он продолжил:
— Он просил передать, что завтра утром явится к вам с визитом.
— Понятно. Как жаль, что мы с ним не встретимся! Завтра утром я приглашена в гости к друзьям.
— Я ему так и сказал, — со значением возразил Ферди и, перехватив удивленный взгляд Доротеи, поспешил объяснить: — Сказал, что у вас, вероятно, уже будут свои планы.
— И?
Ферди, которому возложенная на него миссия нравилась все меньше и меньше, глубоко вздохнул и мужественно произнес:
— Маркиз велел передать, что в ваших же интересах встретиться с ним с глазу на глаз, а не на людях.
Угадав в послании Хейзелмера скрытую угрозу, Доротея лишилась дара речи. Заметив разгорающееся в ее глазах пламя, Ферди счел благоразумным вернуться обратно в людную беседку. Он больше не считал для себя безопасным находиться наедине с Доротеей.
— Я провожу вас обратно к ее светлости, — сказал он.
Подчиняясь Ферди, Доротея позволила отвести себя обратно. Внутренне она вся кипела от негодования. Нет, она была просто в ярости! Как осмелился Хейзелмер приказывать ей? По мере приближения к беседке ее здравый смысл возобладал над раздражением. Если их последнюю встречу с маркизом можно считать неким показателем, то с ее стороны будет благоразумнее не провоцировать его. Подумав о том, что, отказав ему в свидании, она потом столкнется с ним лицом к лицу посреди бального зала, Доротея решила не искушать судьбу.
Вскоре после ухода Доротеи и Ферди к леди Ротвелл присоединилась Сесилия, которая отлично проводила время в обществе лорда Ротвелла. Заметив румянец на щечках девушки, леди Ротвелл отослала сына в павильон за прохладительными напитками. Сесилия, восторженно повествующая о красотах Воксхолла, присела рядом с леди Ротвелл, и тут раздался стук в дверь.
Одетый в форменную одежду лакей провозгласил о прибытии камердинера некоего джентльмена.
— Леди Ротвелл?
— Да?
— У меня срочное послание для мисс Сесилии Дэрент. — Он помахал в воздухе письмом с печатью.
Ее светлость одобрительно кивнула, и Сесилия взяла конверт, сломала печать и вынула оттуда лист бумаги. Прочтя послание, она побледнела и безвольно обмякла на стуле, позволив леди Ротвелл забрать письмо из ее внезапно ослабевших пальцев.
— Великий боже! — воскликнула ее светлость, быстро пробежав послание глазами. — Дорогая, мне очень жаль!
— Я должна отправиться к нему, — сказала Сесилия. — Где мой плащ?
— Не кажется ли тебе, что стоит дождаться возвращения Доротеи и Ферди?
— О нет! Они, возможно, будут отсутствовать еще полчаса или дольше. Я не могу терять ни секунды. Прошу вас, леди Ротвелл, пожалуйста, разрешите мне поехать!
Ее светлость не смогла устоять перед умоляющим взглядом больших карих глаз Сесилии. Все же, наблюдая за тем, как девушка удаляется по направлению к подъездной аллее в сопровождении камердинера Фэншоу, леди Ротвелл ощутила укол дурного предчувствия.
Десять минут спустя в беседку вернулись Ферди и Доротея. Леди Ротвелл, до сих пор терзающаяся сомнениями, правильно ли она поступила, отпустив Сесилию, вздохнула с облегчением.
— Ах, Ферди, как я рада вас видеть! И вас, моя дорогая, тоже. Сесилия получила очень тревожную записку и уехала с камердинером лорда Фэншоу.
Ни Ферди, ни Доротея ничего не поняли, но, заметив в руке леди Ротвелл письмо, Ферди взял его и прочел:
«Мисс Сесилии Дэрент.
Я пишу вам по просьбе лорда Фэншоу, который был серьезно ранен в результате несчастного случая и в настоящее время находится в моей операционной. Его светлость в очень плохом состоянии и требует вас к себе. Эту записку я передаю с камердинером его светлости. Вы можете полностью доверять этому человеку, который и сопроводит вас к его светлости. Нечего и говорить, что время очень важно.
Джеймс Хартен, хирург».
— О боже! — вскричала Доротея.
— Черт возьми, что за вздор! — одновременно с ней воскликнул Ферди.
— Прошу прощения? — удивилась Доротея.
— Это письмо — фальшивка, — объяснил молодой человек.
— Откуда вам знать? — потребовала ответа леди Ротвелл.
— Сегодня Элвенли дает ужин для друзей, после которого все отправляются в клуб «Уайтс». И так каждый год, это традиция. Так что где бы ни был Тони, Марк с ним, а уж он-то ни за что не допустил бы подобного. Вам, возможно, этого не понять, а вот у меня в этом нет никаких сомнений. В отношении некоторых вещей Хейзелмер проявляет чертовскую педантичность.
