«После падения Франции (1940 г.) новый премьер-министр У. Черчилль приказал ввести массовое интернирование иностранцев на том основании, что в их среде могла скрываться «пятая колонна» (! – Ст. К.). К началу июня 1940 г. было задержано около 27 тысяч беженцев, из них 5 тысяч выслано в Канаду и Австралию. Поначалу британские евреи весьма пассивно относились к массовому интернированию еврейских беженцев, в том числе и тех, кто уже прошел через Дахау и Бухенвальд. Такая политика была едва ли не одобрена влиятельной газетой «Еврейская хроника», номер 17.05.1940 г.» (с. 100).
«Британские евреи по большей части стремились эмоционально дистанцироваться от событий в Европе» <…> «18 июня 1944 г. Хаим Вейцман в нарушение принятого ритуала выступал на пленарной сессии Депутатского совета с речью, в которой подверг резкой критике британских евреев».
«Составной частью британо-еврейской идеологии стала точка зрения, согласно которой в антисемитизме в какой-то степени виноваты сами евреи» (энциклопедия «Холокост», стр. 102).
Позиция американских евреев была не лучше английской.
«Религиозные обычаи восточноевропейских евреев, консервативные и традиционные, нелегко приспосабливались к протестантской культуре США <…> враждебность к приехавшим раньше иммигрантам из Германии и Центральной Европы подогревалась классовыми и культурными различиями. Достаточно сказать, что немецкие евреи назывались «верхний город» (uptown), а восточноевропейские – «нижний город» (downtown).
В первую очередь разногласия выражались в том, что евреи «нижнего города» (ашкенази. – Ст. К.) продолжали считать себя народом особым, избранным, и тяготели к сионизму» (энциклопедия «Холокост», стр. 25).
В какой-то степени это отношение англосаксонского и сефардского истеблишмента к ашкеназам было, видимо, и своеобразной местью за те варварские методы, которыми пользовалась «местечковая братва» во время захвата власти и во время гражданской войны в России.
Как бы то ни было, такая политика британской и американской элиты независимо от ее целесообразности объективно увеличивала масштабы того явления, которое сегодня называется Холокостом.
Но после окончания войны американские ашкенази взяли реванш. Борьба двух еврейских сил закончилась, как и должно было быть, капитуляцией одной из них.
В 1954 году в Нью-Йорке состоялась мировая конференция евреев-сефардов, участники которой вынуждены были признать свое поражение в длительной столетней борьбе с «местечковыми ордами» и пришли к горестному заключению, что из почти 12 миллионов евреев, живущих на земном шаре, только 1 млн. 744 тысячи (около 15 %) могут считаться сефардами и что лишь 52 тысячи из этих пятнадцати процентов живут в Западной Европе, где в прежние времена других евреев, кроме сефардов, просто не было.
Дуглас Рид, вспомнив, что в течение всего предыдущего столетия европейские сефарды предостерегали Западную Европу о надвигающейся местечковой опасности, с иронией заметил: «В наказание их (сефардов. – Ст. К.) подвергли «отлучению» путем самой удивительной операции, когда-либо проделанной статистиками над целым народом: сефарды в течение одного столетия были объявлены фактически исчезнувшими (подобно «исчезнувшим» таким же образом много раньше десяти «коленам Израиля») за то, что они «перестали верить в свое особое предназначение, отличающее их от соседей».
Такова была «кровная месть» потомков хазар по отношению к своим сводным семитским «братьям-отступникам».
Исторический реванш «неразумных хазар» состоялся. Капитуляция сефардов была принята мировым сообществом. Пророчества лорда Дизраэли оправдались.
* * *
В 1897 году Теодор Герцль со своими единомышленниками предложил евреям «всего мира» собраться в Мюнхене на I Сионистский конгресс. Европейские сефарды в большинстве своем отказались от этой авантюры. Американские евреи заявили, что они не ожидают «ни возвращения в Палестину, ни восстановления каких-либо законов, касающихся еврейского государства».
Раввины Германии заняли туже позицию, мюнхенские евреи поддержали их, и Конгресс пришлось проводить не в Мюнхене, а в Базеле.
Когда 197 делегатов прибыли в Базель на «Всемирный конгресс», оказалось, что все они из Восточной Европы, и среди них, к удивлению «отца сионизма» Теодора Герцля, почти половина участников была из России. Обескураженный Герцль поразился их появлению на арене истории, их местечковой агрессивной сплоченности:
«Перед нами вдруг поднялось русское еврейство, о силе которого мы даже не подозревали. Семьдесят делегатов прибыли из России, и всем нам было ясно, что они представляют мысли и чувства пяти миллионов евреев этой страны. Какое унижение для нас, не сомневавшихся в своем превосходстве».
Восторженный романтик Герцль! Он-то мечтал о создании государства в Палестине как о прекрасной утопии, в которой, по его словам, «Богатым евреям, принужденным теперь прятать свои сокровища и пировать при опущенных шторах, там можно будет свободно наслаждаться жизнью». Наивный человек, представляющий государство евреев как государство исключительно богатых людей, как какой-нибудь Лазурный берег или нынешний Куршевель, как «праздник, который всегда с тобой», как Рио-де-Жанейро Остапа Бендера, где все ходят в белых брюках.
Но государственность нельзя купить. На деле строителям этого государства пришлось шагать по трупам сначала англичан, потом мирных палестинских феллахов, вооружаться до зубов, расширять пределы своих завоеваний, спать в обнимку с автоматами УЗИ, тайно от всего мира создавать атомное оружие, выучиться всем навыкам терроризма… И все это могли осуществить лишь местечковые фанатики, появление которых на авансцене истории с ужасом предвидел британский сефард лорд Биконсфильд-Дизраэли. А чем закончится этот кровавый проект, пока не знает никто, разве что один Господь.
Из истории известно только одно: христианство овладело душами сотен народов, построивших несколько десятков больших и малых государств. Мусульманство по количеству объятого им населения Земли и по числу государств, возникших на базе ислама, не уступает христианству. Буддизм охватил сотни миллионов жителей юго-восточного ареала земли, и все государства с народами, исповедующими учение царевича Гаутамы, подтвердили свою жизнестойкость. Вот какова была роль трех великих мировых религий в создании целых цивилизаций. В их число особой могучей ветвью входит православие.
Иудаизм же рядом с ними отнюдь не мировая, а всего лишь племенная религия, которую приняли в течение земной истории древние евреи да на короткое время тюрки-хазары и два небольших арабских анклава. И все эти племена утратили свою недолгую государственность, как будто в иудаизме с незапамятных времен живет разрушительный вирус рассеяния, аннигиляции, самоуничтожения. Словно бы в его ДНК заложен мистический ген, отторгающий зарождение государственной «ткани», а говоря точнее, ген расизма, питающий манию избранности и препятствующий созданию органического полноценного государства, которое во все времена возникало, чтобы объединять людей разных верований и разных национальностей. Да, древняя Иудея и древняя Хазария просуществовали какие-то небольшие исторические сроки, но иудаистская идея избранности в конце концов подточила изнутри основы их существования. Государство Израиль живет полвека с небольшим, но посмотрим, надолго ли его хватит. Поистине, как гласит древнечеловеческая мудрость, народ, выбирающий веру, – выбирает судьбу.
Дуглас Рид в «Споре о Сионе» достаточно мудро и взвешенно прокомментировал эту историческую драму:
« Возможно, что за 500 лет до Рождества Христова эти амбиции не выглядели чрезмерно фантастическими в среде примитивных ближневосточных племен и на ограниченной территории известного тогда мира; однако, перенесенные в наш глобальный век (эти слова писались 60 лет тому назад. – Ст. К.), они представляются патологической манией величия, силящейся навязать всему миру древние племенные вожделения, порожденные в условиях стычек мелких племен далекой древности».
А еще в «Споре о Сионе», в главе, касающейся создания государства Израиль, есть одно пророчество, особенно актуальное сегодня, после ряда арабо-израильских войн, после иракской войны и особенно после того, как в современной истории завязался ирано-израильский узел:
«С образованием Всемирной сионистской организации, которую западные державы вскоре признали, как власть, стоящую выше их самих, эта «жгучая проблема» стала управлять ходом исторических событий. То, что от нее зависит и «будущее всего мира», стало ясно в 1956 г., когда заканчивалась эта книга; в начале этого года политические руководители Америки и Англии вынуждены были с досадой и горечью признать, что следующая мировая война может начаться в любой момент именно в том месте, где они устроили еврейское государство, и они мечутся с тех пор взад и вперед по земному шару пытаясь предупредить это «завершение».
