Отдернув руку, она кивнула на коробку, стоявшую в углу комнаты, избегая прямого ответа на недвусмысленное предложение мистера Хейли.
— Может быть, вы возьмете себе одежду Сэма, мистер… ах, простите, Честер! Мне она не нужна.
— А уж Сэму — тем более.
Он хихикнул и нагнулся за коробкой.
— Так помните, лапушка, завтра утречком я опять к вам загляну.
Он снова плотоядно усмехнулся. Селеста почти вытолкала его за дверь и только тогда вздохнула с облегчением. Надо во что бы то ни стало раздобыть денег, чтобы заплатить за жилье. Одна мысль о том, что иначе ей снова придется выносить прикосновения этого поганого типа, была нестерпимой. Мужчины! Все до одного мерзкие ублюдки… Правду сказать, от мужчин она никогда не видела ничего хорошего. Ее родители умерли от инфлюэнцы во время войны. Селеста, которой было тогда всего пятнадцать лет, тоже тяжело заболела, и старенький добрый доктор, пользовавший ее родителей, взял девушку к себе в дом, чтобы выходить ее. Однако когда кризис миновал, и Селеста потихоньку начала поправляться, проснувшись однажды ночью, она обнаружила доктора в своей постели. Напуганная, не имевшая своего угла девушка была вынуждена уступить его домогательствам. Только старая домоправительница знала, как забавлялся доктор с беззащитным ребенком. Вскоре старик умер, и домоправительница тут же не преминула известить его родственников об этой преступной связи. Те немедленно избавились от Селесты. Ей удалось найти место горничной в доме шерифа, но и здесь она не задержалась долго — однажды ночью сыновья шерифа, подростки-оболтусы, изнасиловали ее. Шериф и его жена пригрозили, что, если Селеста вздумает кому-нибудь пожаловаться, они представят дело так, будто она сама соблазнила их невинных детей, а тогда для нее останется одна дорога — в тюрьму.
Так бедная девушка снова оказалась на улице. Она легко привыкла к своей новой роли — жить на содержании мужчин. Война кончилась, и в город хлынули толпы солдат, возвращавшихся домой. Селесте удалось пленить капитана северян, и вскоре она стала его любовницей. Так у нее появилась крыша над головой и еда — до тех пор, пока не кончился срок службы капитана, и он не уехал в Массачусетс к жене.
Селеста перешла к лейтенанту Брейди, который платил за жилье в обмен на ее услуги. Сэм Брейзер в то время промышлял поставкой контрабандного спиртного в союзную армию, и так случилось, что дела свели его с Брейди. Когда армия покинула Сент-Луис, Сэм лишился рынка сбыта своего незаконного товара, а Селеста — единственного средства к существованию.
Сэму Селеста представлялась легкой добычей. Ей же он никогда не нравился, но, поскольку ничего другого в перспективе не предвиделось, Селеста решила, что стоит потерпеть этого грубого мужлана ради того, чтобы иметь жилье и не сидеть голодной. И вот теперь Сэм умер…
Селеста отрешенно взглянула на свое отражение в зеркале. Придется, видно, ей снова искать себе покровителя.
Услышав настойчивый стук в дверь, Роберт никак не прореагировал — это, наверное, опять Селеста. Он сознательно избегал ее всю эту неделю с тех пор, как Сэм Брейзер пытался убить его, а Селеста Дюпре пробудила в нем давно, казалось, угасшие чувства.
Даже спиртное не могло заглушить эту тоску. Трясущейся рукой Роберт налил виски в стакан, стоявший перед ним. Он редко искал утешения на дне бутылки, но сегодняшний день составил исключение. Еще один глоток, решил Роберт, и он отключится.
Дверь отворилась, и в комнату вошел Руарк Стюарт. Как обычно — будто и этот дом, и эта комната принадлежали ему. Бросив недовольный взгляд на непрошеного посетителя, Роберт залпом опрокинул в себя содержимое стакана и налил новую порцию.
Руарк первым нарушил молчание:
— Я слышал, что ты потерял работу.
— Работу? — язвительно переспросил Роберт. — Вот уж действительно невелика потеря! Раздавать в борделе карты педерастам и богатеньким подонкам, обманывающим своих жен…
Окинув Руарка презрительным взглядом, он с усмешкой добавил:
— Подходящая компания для тебя, Стюарт.
Спиртное наконец начало действовать — Роберт словно оцепенел и, впервые за много месяцев, перестал чувствовать боль в отсутствующей руке. Он снова плеснул виски в стакан и залпом выпил.
— Пока ты еще в состоянии соображать, я хотел бы сделать тебе одно предложение.
— Не трать даром свое красноречие, Стюарт. Я не нуждаюсь в твоих дурацких предложениях… Ты, очевидно, обратился не по адресу.
Руарк изо всех сил старался сдержать свой гнев. Пожалуй, более мерзкого типа он не встречал за всю свою жизнь.
— Черт побери, да выслушаешь ты меня, в конце концов?
Услышав это, Роберт словно с цепи сорвался:
— Нет, это ты меня послушай, Стюарт! Убирайся ко всем чертям из моей комнаты, понятно?
— С удовольствием, — парировал Руарк, — но вначале тебе все же придется меня выслушать.
— Если ты пришел по поводу моей сестры, то совершенно напрасно. Мы уже однажды разговаривали на эту тему, и хватит!
Поняв, что одним напором он ничего не добьется, Руарк решил несколько изменить тактику и уже гораздо более спокойным тоном сказал:
— То, что я тебе скажу, не имеет никакого отношения к Энджелин. Это касается моей бабушки.
Роберту почему-то это показалось забавным. Презрительно фыркнув, он отвернулся, но Руарк, не обращая внимания на реакцию собеседника, как ни в чем не бывало, продолжал:
— У моей бабушки есть магазин в городе. На прошлой неделе умер управляющий, и теперь она подыскивает нового.
— Ты, должно быть, принимаешь меня за идиота, Стюарт.
— Отнюдь, Скотт. Мне кажется, моя бабушка совершает большую ошибку, обращаясь к тебе с таким предложением. Я пытался ее отговорить, но она стоит на своем. Уверяю тебя, это целиком ее идея, к которой ни Энджелин, ни я не имеем никакого отношения. В данном случае я выступаю лишь в роли посредника.
Роберт поднял стакан, чокаясь с невидимым собутыльником:
— Смерть посреднику!
Он хохотнул в восторге от собственного незамысловатого юмора, но Руарк не обратил никакого внимания на эту издевку.
С трудом поднявшись из-за стола — тело уже плохо повиновалось ему, — Роберт добавил:
— Ну что же, господин посредник, спасибо… А впрочем, мне не стоит благодарить ни вас, ни вашу драгоценную бабушку. Передайте ей это от меня и не забудьте закрыть дверь с той стороны!
Схватив бутылку и по пути отбросив ногой стул, Роберт шатающейся походкой добрел до кровати. Неуклюже растянувшись на одеяле, он свесил голову с подушки. В руке его по-прежнему была зажата бутылка с виски.
— Тебе придется самому ей это сказать. Бабушка ожидает тебя завтра к обеду. Там вы и обговорите все детали.
