— Повторяю: эта леди не желает идти с вами. Я требую, чтобы вы немедленно ее отпустили.
При виде этой сцены все оставшиеся в зале буквально замерли. Наступила напряженная тишина. Все взоры были прикованы лишь к двум участникам драмы.
Охваченная ужасом, Энджелин застыла на месте, поднеся сжатый кулак ко рту. Она даже не заметила, как с ней рядом оказался Руарк.
— Что-то этот проклятый калека больно разговорился! Уж не воображаешь ли ты, что я тоже буду драться с тобой одной рукой? — насмешливо осведомился Сэм.
— Доверяю выбор оружия тебе, дерьмо, — спокойно парировал Роберт.
Толстяк, заметив, каким нешуточным гневом пылают глаза Роберта, понял, что ссора вышла за допустимые рамки. Речь уже явно шла не об обладании ничтожной проституткой. Он вытер мокрый лоб кружевным платочком и примирительно произнес:
— Да не стоит эта девка того, чтобы из-за нее так горячиться. Бросьте вы ссориться!
Он скатился по ступеням со всей скоростью, на какую оказались способны его коротенькие толстые ножки, и поспешно вылетел из зала, забыв на столе свой выигрыш. Несмотря на то, что Роберт старался сдерживаться, по выражению его лица было видно, что отступать он не намерен. Сэм это прекрасно понял, так же как и то, что ситуация оказалась гораздо серьезнее, чем он вначале предполагал. Пожалуй, лучше будет ретироваться, пока не поздно, и, спустившись вниз, он напоследок произнес:
— На войне я отправил на тот свет достаточно вонючих южан, и все было по закону. Неужели ты думаешь, что теперь я пойду ради тебя на виселицу, ты, проклятый калека? Не дождешься!
Он оглянулся на Селесту, которая по-прежнему, скорчившись, сидела на ступеньке.
— Идешь со мной?
Увидев, что девушка отчаянно замотала головой, он презрительно усмехнулся:
— Ну и оставайся, мерзкая шлюха! В самом деле — твое место здесь, среди этих продажных тварей. Да и в постели от тебя, правду сказать, толку в последнее время было мало…
Он остановился перед Энджелин, в испуге отпрянувшей от него. Сэм заприметил ее и раньше, а теперь, окинув молодую женщину оценивающим взглядом, в котором светилась неприкрытая похоть, он с усмешкой произнес:
— Слушай, дорогуша, сдается мне, с тобой можно недурно позабавиться, а? Пойдем со мной, не пожалеешь!
В этот момент чья-то мощная рука схватила Сэма за шиворот и с силой швырнула о стену.
— Убирайся отсюда, пока я тебе ноги не переломал, — угрожающе произнес Руарк и нанес противнику еще один удар.
Сэм шмякнулся на пол, растянувшись во весь рост, но тут же снова вскочил и, бормоча невнятные ругательства, опрометью кинулся к двери. Только сейчас, как по мановению волшебной палочки, все в зале пришло в движение. Мужчины придвинули стулья к столам и возобновили игру, как будто ничего не произошло.
Руарк взял Энджелин под локоть:
— Пойдем отсюда, Энджел.
— Ах, Руарк, ты только посмотри на нее!
Энджелин кивнула на Селесту, которая все еще неподвижно сидела на ступеньках.
— Бедняжка! Она, кажется, в отчаянии. Не можем же мы так просто бросить ее здесь…
— Дорогая, эта девушка ведь не бродячая кошка, которую можно запросто взять и принести в дом. Пожалуй, я дам ей немного денег — они пригодятся бедняжке, пока она не повстречает очередного Сэма. Девицы такого сорта сами умеют о себе позаботиться, поверь мне!..
Энджелин сердито сбросила с плеча руку Руарка и, пылая гневом, уставилась на него.
— Какого сорта? Разве она чем-то отличается от меня, а, Руарк?
Она отошла к столу. Мрачно улыбаясь, Роберт обратился к сестре, кивком головы указывая на Селесту:
— Ну что же, сестренка, будем надеяться, что сия чаша тебя минует…
— Я не нуждаюсь в твоих проповедях, Роберт, — резко бросила Энджелин.
Схватив со стола кольцо Селесты, она подбежала к девушке и села рядом.
— Вы в порядке, Селеста? — мягко спросила она.
Та улыбнулась и кивнула:
— Да, теперь уже лучше… Как я рада, что избавилась от этого ужасного типа!
— Вам есть, где переночевать? — поинтересовалась Энджелин.
— О да! Я снимаю комнату неподалеку.
Она бросила быстрый взгляд на Руарка, который стоял в дверях с плащом Энджелин в руках.
— Мне кажется, мадемуазель, что этот джентльмен, ваш друг, уже начинает терять терпение. А еще мне бы хотелось поблагодарить мужчину, который так храбро за меня вступился!
— Это мой брат. Его зовут Роберт Скотт, — сказала Энджелин.
Селеста все это время не сводила взгляда с Роберта. Увидев, что он уже надел плащ и собирается покинуть зал, девушка вскочила на ноги:
— Ах, он уходит! Я должна догнать его…
И она заторопилась вслед за Робертом, даже не попрощавшись с Энджелин.
Широко улыбаясь, к Энджелин приблизился Руарк.
— Ну что, теперь ты, наконец, готова, и мы можем уйти? — спросил он, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться.
Погруженная в свои мысли, Энджелин рассеянно оперлась на руку Руарка. Ее немного обидело нежелание Селесты воспользоваться предложенной помощью.
Укутав Энджелин в плащ, Руарк обошел ее кругом, внимательно высматривая что-то на полу. Его движения вывели Энджелин из задумчивости.
— Что ты ищешь?
— Смотрю, не уцепились ли за твою юбку какие-нибудь бродячие кошки или собаки. Похоже, что нет. Значит, мы можем идти. Правда, я не уверен, что мы не встретим парочку по дороге!
Он с улыбкой взглянул ей в глаза, и Энджелин тоже улыбнулась в ответ. Конечно, неприятно в этом признаваться, но, скорее всего Руарк прав — Селеста и в самом деле способна сама о себе позаботиться.
Догнав Роберта, Селеста увидела, что его остановила владелица заведения. Разговор между ними явно шел на повышенных тонах.
— Я очень сожалею, мистер Скотт, но мне придется вас уволить. В моем деле главное — благоразумие и осмотрительность, — донеслись до Селесты слова владелицы, женщины средних лет. — Так что я ни в коем случае не могу допустить каких-либо стычек между своими работниками и клиентами.
Она сунула ему в карман несколько банкнот и добавила:
— Удачи тебе, южанин!
Перед тем как уйти, Роберт обвел глазами помещение. В противоположном углу комнаты он увидел Руарка и Энджелин, которые чему-то смеялись. Не сказав им ни слова, молодой человек вышел.
Селеста поспешила за ним:
— Месье Скотт, прошу вас, подождите!
Роберт остановился. Селеста торопливо продолжала:
— Мне очень жаль, что вы из-за меня потеряли место, и я чрезвычайно благодарна вам за то, что вы для меня сделали! Если бы не вы, даже не представляю, что было бы со мной…
Она запнулась и покраснела.
Роберт почувствовал себя форменным идиотом. Он даже не знал, что ответить этой девушке. Теперь, когда его гнев остыл, он вынужден был сознаться — хотя бы самому себе, — что действовал так вовсе не из рыцарских побуждений, а потому, что злился на Руарка Стюарта. Смущенно кивнув, он хотел было уйти, но Селеста не отставала, и Роберт был вынужден снова остановиться.
