Читаем без скачивания Рыцарь лома и топора - Валентин Сарафанов

– Тысячи! – пронзительно вскрикнула нимфа.

– Войска! – выдохнул, подбегая ближе, сатир. – Много.

– Ой, кто это? – взвизгнула Светлана, показывая на сатира. – Это же черт с копытами!

– Ой, кажись, принцесса! – воскликнул сатир, прикрылся золотым руном, гордо им встряхнул и, переведя дыхание, произнес: – Вот, едва успел прихватить сокровище.

– Это наши, – успокоил Светлану Коля. – Познакомься с представителями лесной и водной фауны древней Эллады: сатиром по имени Боря и нимфой озера Дафной. Я не знал, что они умеют так быстро бегать. Что случилось?

– Войска вышли на нас прямо из леса, – пояснил сатир.

– Да, прямо на нас сзади, – кивнула нимфа. – Все в черном. Нам ничего не оставалось, как убегать к замку.

– Было очень страшно, – снова заговорил сатир. – Мы едва успели сбежать. К замку бежать было страшно, но там на месте оставаться тоже страшно.

– Зря сбежали, – послышался голос Петрыся.

– Коля обернулся. Гениальный Архитектор смотрел туда, где простирался Парк Развлечений. Коля тоже обратил свой взгляд в ту сторону и увидел, как через парк к замку продвигается черная людская колонна.

– Это геллахерники. Воины зла, – пояснил Петрысь. – Они бы не заметили вас в круге. Зря сбежали.

– Но было очень страшно! – воскликнул сатир.

– Тебе все время страшно, – насмешливо произнес Петрысь. – Все назад, в замок. Закрываем ворота и будем держать оборону. Иного не дано. Сам лорд Бэрлок пожаловал в гости.

Глава 21

ПЛЕВОК ДРАКОНА

В отличие от колдуньи Геллахерны, зачастую переоценивающей свои силы, лорд Бэрлок всегда относился к реальности объективно. Он придерживался известного принципа, гласящего, что лучше перебдеть, чем недобдеть, и эта жизненная позиция никогда не подводила его. Когда Бэрлоку пришло известие, что некий огромный мужлан с Большой дороги раскидал одной левой его лучших тайных агентов, он интуитивно почувствовал жизненно важным задним органом своего тела надвигающуюся опасность. Без ведома и приказа колдуньи Бэрлок немедленно двинул всю Темную армию к ее замку.

Темная армия насчитывала в своих рядах более десяти тысяч воинов. Ядро армии составлял ударный гвардейский корпус численностью в три тысячи тяжеловооруженных бойцов под названием «Подлый Удар». Рыцари этого корпуса владели особой секретной техникой ведения боя и обычно нападали на своих противников со спины. Сами себя они гордо называли Подлецами. Не менее серьезную силу в Темной армии составляли три полка Мерзавцев, каждый в тысячу воинов. Эти были вооружены полегче, но имели в наличии жидкостные пистолеты, стреляющие на расстояние в несколько метров едкой перебродившей навозной жижей. При попадании жижи в лицо противнику тот мгновенно выходил из строя из-за мучительной рези в глазах и носу.

У лорда Бэрлока было и личное подразделение конной охраны под названием «Мразь», численностью в пятьсот всадников. Остальную часть армии составляли Подонки, вооруженные разносортным оружием.

Авангард войска перевалил через холмистую гряду и начал втягиваться в Парк Развлечений. Бэрлок восседал на вороном коне во главе колонны «Мрази». Его опасения были не напрасны. Длинные темные шлейфы дымов чертили небо. Навстречу войску выскочили несколько перепуганных бойцов из подразделения «Крепкий Дуб» и поведали Бэрлоку о страшном красном звере и чудовищах, выскочивших из него. Опасения Бэрлока подтвердились. В замке Геллахерны явно творилось неладное. На связь колдунья не выходила.

– По замку без меня не ходить! Кругом ловушки! – предупредил Петрысь после того, как ворота закрыли на крепкий засов.

– Они проломят ворота! – заныл сатир. – Куда бы убежать?!

– Некуда, – сказал, как отрезал, Петрысь. – За стенами замка отвесные скалы. Но мы отразим атаку врага!

– Как мы отразим? – снова заныл сатир.

– Я тебе сейчас рот заткну! – рявкнул на него Коля. – Паникер.

– Они приближаются! – послышался сверху голос мирцаира. – Уже пошли на подъем!

– Рыцарь! – Петрысь поманил Колю рукой. – Пошли на стену!

– Пошли! – согласился Коля и полез за Петрысем по крутым каменным ступеням. Взобравшись наверх, он увидел длинную черную колонну, змеей заползающую по подъему к замку.

– Что там?! – поинтересовалась Светлана. – Я тоже хочу посмотреть.

– Всем сидеть внизу! – приказал Коля. – И не шевелиться!

– Рыцарь! Поди сюда! – Петрысь снова поманил Колю рукой, на этот раз призывая его пройти в башню над воротами.

– Что это? – спросил Коля, увидев внутри башни толстую трубу, похожую на канализационную. Труба выходила из перекрытия башни над головой Коли, а затем, изогнувшись, под прямым углом углублялась в стену как раз в том месте, где снаружи над воротами скалила пасть каменная голова дракона с рубиновыми глазами.

– Оружие, – ухмыльнулся Петрысь. – Смотри. Вот по этой штуке надо будет хорошо ломом ударить, когда я скажу. Понял?

– Это заслонка, похоже? – спросил Коля. – Заржавела.

– Она самая, – кивнул Петрысь.

– А там что? – Коля ткнул пальцем наверх.

– Увидишь.

– И все же?

– Я же сказал, что это оружие. Все. Пошли на стену.

Они уже близко.

Коля вышел следом за Петрысем из башни и увидел, что передние ряды колонны приблизились к воротам уже менее чем на сотню метров. Во главе колонны на вороном коне двигался рыцарь в черных доспехах. Петрысь вытащил рогатку, вложил камень и выстрелил, не целясь. Судя по далекому возмущенному возгласу, Коля понял, что меткий глаз и верная рука Архитектора не подвели его. Колонна резко остановилась. Спустя несколько секунд от нее отделился всадник и, нерешительно посылая лошадь вперед, приблизился к воротам на расстояние полусотни метров. В поднятой правой руке он держал белую тряпку. Лошадь его беспокойно пританцовывала на месте. Похоже, что седок не решался продвинуться далее.

«Переговорщик», – решил Коля.

– Эй, вы там, в замке! – надсадно завопил переговорщик. – Где наша госпожа?

– А нету! – прокричал в ответ Петрысь.

– Откройте ворота!

– Зачем?

– Затем! Откройте, и мы сохраним вам жизни!

Петрысь оглянулся на Колю.

– Как ты думаешь, я ему в глаз попаду? – спросил он, показывая рогатку.

– Ну, не знаю, – пожал плечами Коля. – По-моему, это жестоко – в глаз человеку.

– Тогда в лоб. Чтобы шишка была.

– Эй, вы там! – крикнул переговорщик. – Что молчите?!

– Не шевелись!

Петрысь натянул рогатку.

– Чего?! – не понял переговорщик.

– Держи!

– Ой, мама! – пронзительно вскрикнул переговорщик, хватаясь за лоб и отпуская поводья.

Конь испуганно вздыбился, сбрасывая с себя седока, и, лягнув копытами, бросился прочь от ворот. Следом за ним на четвереньках со скоростью не меньшей ринулся переговорщик.

– Попал, – удовлетворенно хмыкнул Петрысь. – Смотри ты, бревно тащат.

Коля понял, что переговоры закончились. Колонна всадников отодвинулась в сторону, пропуская вперед пехотинцев, несущих тяжелое бревно.

– Сейчас долбить ворота будут, – хихикнул Петрысь.

– Будут, – кивнул Коля. – Растравил ты их своей рогаткой.

– И еще буду травить!

Петрысь снова прицелился и выстрелил.

– Черт! Падай! – крикнул он и рванул Колю вниз за зубцы стены.

Вовремя. На замок залпом обрушились сотни стрел.

– Сидеть тихо! – крикнул Коля вниз осажденным.

Но они все и без того тесно прижались к стене, понимая, что только под ее защитой будут в безопасности. В этот момент послышался глухой удар. Враг начал долбить ворота. Коля выглянул из-за зубца стены. Несколько десятков пехотинцев в черных доспехах, раскачивая тяжелое бревно, размеренно направляли его удары на створы ворот. Не менее двух сотен бойцов, прикрывшись щитами, ожидали неподалеку, когда ворота не выдержат и можно будет ринуться вперед.

– Ну и что? – спросил Коля Петрыся.

– Ворота крепкие. Выдержат. Лично качество изготовления контролировал, – самодовольно произнес Петрысь. – Гномы ковали. Подождем.

– А засов? – спросил Коля, услышав треск дерева.

Петрысь настороженно прищурил глаза.

– Чертовы гоблины! – процедил он сквозь зубы. – Похоже, вместо дуба осину подсунули. Жулье! Подонки!

– Подонки, – согласился Коля, слыша уже явный треск и понимая: еще несколько ударов – и враг ворвется за ворота.

– Иди, ударь по заслонке, – приказал Петрысь.

– А что будет?

– Увидишь. Ты только покрепче садани.

– Да нет проблем!

Коля ползком пробрался в башню, крепко встал на ноги, вытащил лом из чехла и что было сил ударил по заслонке. Металл заржавел за сотни лет. Может быть, кто другой и не смог бы сбить заслонку, но только не Коля и не его лом. Коля все сделал как надо. В тот же миг в трубе что-то глухо загудело и раздался звук смывного бачка гигантского унитаза. Снаружи послышался шум, а затем дикие вопли и раскатистый хохот Петрыся.