- Если нет прохода, мы его сделаем. Мужики навались!
Каменная кладка оказалась подозрительно податливой, Жбанову повезло. Он приземлился на что-то мягкое, правда, удача была условной - на него сверху навалились кучей хорошо откормленные дружинники. Тот, на кого приземлился Федор, захрюкал и застонал.
Поднятая в воздух шумным проломлением стены пыль и мелкие частицы, осыпавшие комнату, упорно лезли в рот, будто всю жизнь мечтали оказаться съеденными. Они забивали глаза, уши и нос, залезали под одежду, словно пронырливые муравьи. Куча мала дружно чихала, отчаянно терла глаза и грязно выражалась, но против пыли помогало не сильно.
Как только бравые ребята смогли различать предметы более-менее четко, то остолбенели от неожиданности. В прямом смысле. Дружинники резко повскакивали и вытянулись, как баобабы по стойке смирно.
В комнате замерли лешие, приготовив боевые заклинания и на всякий случай открыв рот от изумления.
- Василиса! - Константин прошел через разбитую стену и кинулся к лесовке.
Схватил в объятия и закружил по комнате. Дубки смотрели на них с умилением.
Глава 23. Признание.
Пpиpода мать! Как ты пpекpасна!
О, как всегда, везде, во всем
Мила, пpелестна иль ужасна!
Ты явно дышишь Божеством
И.И. Козлов
Леший
Наша небольшая компания в полном составе пыталась придать глазам естественный размер и вспомнить, как правильно нужно дышать.
Я мог ожидать чего угодно, даже извержения вулкана на болоте. Готов был даже простить, что этим вулканом оказалась моя ворвавшаяся дружина. Но то, что холопистый ивашка обнимал Василису, из-за которого мою дочь теперь приходится отдавать замуж за мерзкого болотника, я простить не мог. Боевое заклинание, сложенное в руке, усилил дополнительной энергией и обрушил страшное заклятие на причину всех бед.
Не сработало. Лишь пыль вокруг вздыбилась белесыми облаками и из-под завалов, наконец, вылез придавленный дружиной осинник. Остап был в синяках, ссадинах, но отчего-то очень довольный. Видимо, тому факту, что выжил. Мда, это странно с таким везением.
Я захлопал глазами, не понимая, отчего моя сила на нем не сработала.
Колобок же был готов сплясать что-нибудь зажигательное от радости.
- Костя, вы живы?! И смогли бежать! А мы уж и не знали, как вам помочь, - ворковала Василиса.
- Наконец-то, я тебя нашел. Теперь не отпущу, любимая. Слышишь? Я тебя люблю, и жить без тебя не могу!
Василиса зарделась и положила голову ему на плечо.
Тем временем, я решил действовать аккуратнее. Прощупал паренька, вроде обычный ивашка, только мысли его не читаются и словно анти магический щит на нем. Вся магия от него отскакивает, как орех о стену. Чудеса какие-то!
Из филосовских изысканий о человеческой аномалии супротив магической атаки меня вывело нахальное заявление ивашки, который схватил Василису за руку и потянул к проломанной стене:
- Скорее идем, я тебя заберу отсюда! - он остановился и с глубокой нежностью посмотрел в глаза возлюбленной. - Я тебя никому не отдам. Жизни без тебя не представляю. Ты со мной?
Лесовка вспыхнула от признаний, голова пошла кругом от происходящего, но она нашла в себе силы кивнуть в знак согласия пойти хоть на край леса за любимым ивашкой. Их губы сближались, собираясь сомкнуться в нежном поцелуе.
Грянул гром.
Я еле сдерживаясь, чтобы не переубивать всех присутствующих, схватил дочь и стал оттаскивать от городского, но он вцепился в Василису хваткой голодного медведя после спячки.
- Василиса, пошли со мной, неужели ты хочешь выйти за Тофа? - принялся увещевать ивашка и нагло так тянул мою дочь в свою сторону.
- Не бывать этому! - рявкнул я, вырвав из его цепких рук дочь, я хоть и стар, да не промах. - Из-за тебя она попала в такую ситуацию, но по своей глупости. Пусть это будет последняя оплошность в ее жизни и она с честью ответит за свои поступки. Не опозорит лес и себя. Пока существует надежда на милость детей Земли, а с тобой - она сгинет навсегда!
- Нет! Я не отдам ее вашим карателям. Я - человек и у нас свои принципы, поэтому никто из нечисти не посмеет указывать мне, что делать и ваши дети Земли тоже.
- Хорошо он приложился о стену! - пробубнил в сторонке Иваныч, но к его огорчению я заметил и вспомнил о нем, громко рыкнул:
- Воевода!
Старый дубок подошел и вытянулся по стойке смирно.
- Слушай мой приказ. Вывести ивашек с болота и из леса, - в сердце отчего-то закралось сомненье в правильности моего поступка, но гнев нес меня дальше:
- Если вздумают вернуться - убить!
Дочь испуганно ойкнула. Иваныч хотел что-то сказать в оправдание, но я в тот момент не мог слушать. Ярость заглушала разум и толкала на необдуманные поступки.
- Выполнять! - гаркнул я так, что даже сам вздрогнул. - С тобой и дружиной я разберусь по возвращении в Чертог.
Ивашка уходить не собирался и с вызовом барана пялился на мою обозленную особу лесных кровей. Я не отставал и зыркал в ответ. Рядом с Константином угрожающе напряженно встал его друг, предварительно отстранив к стене Ягодку. Дубовые мордовороты с ласковыми, сильно смахивающими на волчий оскал улыбками, медленно сжимали вокруг них кольцо, поигрывая в руках увесистыми дубинками. Трое из дружины все еще почесывали огромные шишки на затылке и недовольно морщились от боли.
- Не дурите, ребята! Нас числом больше, - сурово молвил Иваныч.
- Однако это не помешало Федору раскидать вас в тоннеле, - дерзко ответил ивашка.
Я удивленно вскинул правую бровь. Воевода неуверенно топтался с ноги на ногу и виновато уходил взглядом от ответа. И мне пришлось обратиться к не любимому для меня методу, прибегал к нему крайне редко, заглянул в воспоминания Ильи. Проще читать, конечно, людей. Они, как прозрачный ручей - мысли, словно вода из них сама льется, будто через решето. Но тут загвоздка была. Константин закрыт каменной стеной от меня, не проломить. Другой ивашка, богатырской наружности, проще - любовь к Ягодке из него снежной лавиной катится, а то, что произошло в тоннеле понять невозможно, так как люди в темноте не могут видеть. К нечисти в голову лезть сложнее, но вполне выполнимо. Только ощущение потом, словно кошку съел, а шерсть во рту застряла. Долго потом от малюсеньких волосков отплевываешься.
Но этот раз того стоил. В воспоминаниях Ильи я увидел, как отчаянно бился ивашка и громил в хворост мою дружину. Эх, коли б не обстоятельства, просил бы его к воеводе в отряд, не смотря на то, что человек. Нам такие богатыри завсегда сгодятся.
- Не дури! Не будет счастья, коли без отцовского благословения дочь уйдет к суженому, - философски изрек Иваныч, я аж почтением проникся к его умным речам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
