Кавказцы… кавказцы себя вели так, как будто… черт знает, один по телефону звонит, двое стоят. То есть, не так, как если бы произошла неожиданная для них стрельба, тогда бы они укрывались, так? Ну, так, да.
Штопор не мог работать против криминала, в федеральных городах госбезопасность, а тем более частные службы этим не занимаются, нет им до криминала никакого дела. Госбезопасность могла работать против… вот картотека подсказывает, что оптовая контрабанда и продажа наркотиков в ее компетенции. И присмотр за ментами.
Что могло быть дальше? А то, что это не Штопору моего прототипа заказали, например, а самого Штопора. Кавказцам? Очень может быть. У городских ментов со всеми ОПГ тутошними контакты имеются, просто у кого какие. Прототипа свалили первым, Штопора вторым. Стрелок со стороны.
Тогда почему стрелок не открыл огонь по мне после того, как я свалил кавказцев? Если он был с ними? Загадка. Или все же не с ними? Тогда их поведение не совсем в логику укладывается. Не пугались, не укрывались. То есть, если он на их стороне, он должен был меня убить сразу, как я вышел из подъезда. А я там долго крутился — и ничего.
Все же Штопор меня? Договорился заранее с этими, а они заодно и его? Как я и думал? Но почему? Чего он мог этим добиться? Память прототипа мне доступна, в ней нет никаких критически опасных знаний или особых планов. Он приехал на ту встречу исключительно с целью продать оружие и таблетки, рутина, можно сказать, бандитской жизни. От Штопора он не ждал никакого подвоха.
И при этом Штопор точно как минимум информатор. И работал на частников или госбезопасность. Однозначно. Потому что услуга с перевозкой машины… ошибка с их стороны, конечно, но вероятность того, что у нас появится мысль это проверить, а заодно будет еще и доступ к базе данных, очень мала. Исчезающе ничтожна, можно сказать.
Камеры. Мы сегодня ночью видели через такую пикет ОМОНа. Это как раз в том направлении, с какого прототип и Штопор приехали на стрелку. У Кости все записывается, но вот вопрос: как долго это хранится все?
Планшет.
«Привет. Записи с камер с того дня, как я появился, у вас еще хранятся?»
Ответ пришел не сразу, минут через пятнадцать, когда я уже из ванной вышел.
«Да».
«Хорошо. Не стирайте».
«Не будем».
Надо будет посмотреть. Если ракурс такой же, как на пикет ОМОН, много я не увижу, но, может быть, удастся увидеть еще какую-нибудь машину, например. Или что-то еще. Кстати, чеченцы должны были приехать по той же дороге, там же по факту тупик… или они через бомжатник все же проскочили? Направление как раз с их стороны, но… машина у них низкая, она бы там просто не проехала. А это значит, что они прикатили со стороны Восьмого Марта. И мы… то есть прототип со Штопором, оттуда же.
Чеченцы стояли по дороге дальше, они приехали раньше, что несколько необычно, они чаще опаздывали. Мы не доехали до них. Прототипу выстрелили в затылок, Штопору… а толком и не знаю.
Место странное. Но Штопор сказал, что те, похоже, хотят сдать таблетки барыгам из Гадюжника. То есть, вроде как логично. Раньше там не встречались, но… в принципе, места встречи назначали обычно недалеко оттуда, так что подозрительным это никому не показалось. И для криминальных дел Гадюжник — самое безопасное место, особенно если ты не один и вооружен. Так что да, все в пределах нормы.
Хорошо, попробую с другой стороны, не о том, что я знаю, а как я это вижу. Представляю, например. А представляю так: Штопор спалился как агент. Но спалился перед местной ментовкой, потому что копали или под нее, или под какие-то дела, в которых она не может не участвовать. В городе нет никакой организованной криминальной активности, с которой они бы хоть что-то, но не имели. Педофилов возьми — и там мент засветился.
Те, кто Штопора вычислил, знали с кем он, ну и мы заодно, ведем дела. Надавили или на самого Ваху, или на кого-то из его людей, чтобы те вытащили Штопора на встречу. Во-первых, им это несложно, встречи регулярны, а во-вторых, — кавказцы с ментами сотрудничают куда проще, чем славянские группировки. Все понятия блатные им нужны лишь тогда, когда от них польза материальная.
Что случилось дальше? А дальше они могли не доверить исполнение заказа самим «чехам». Как уже не раз замечено, тут у бандитов с военной подготовкой плохо. Поэтому посадили своего стрелка. Который все и исполнил в лучшем виде.
А потом что?
А потом вот что могло получиться: я ведь вылез из подъезда в полной экипировке, в очках и шлеме, то есть узнать меня было бы проблематично. И если стрелок был профессионалом, то он без отдельного приказа огня открывать бы не стал, потому что больно я был похож сам на… не на бандита, короче. Стрелок мог решить что угодно, что я кто-то такой специальный, кто должен был сделать то, что сделал. А его в курс дела не ввели. Забыли. Не выглядят здесь бандиты так, как я тогда. Оружие другое, все другое, одежда совсем другая, нет здесь моды на камуфляж.
В общем, все это голая теория, но мне кажется, что именно так все и было. Потому что тогда вся цепочка событий неожиданно легко укладывается в схему.
Тогда весь кипиш все же из-за денег или чего-то другого? Что могло быть у чеченцев или… или все же у Штопора такого важного? Хотя, если подумать, и денег хватает. Не потому что их так много было, а потому, что «у нас красть нельзя, даже с мертвых». Это все же еще и вопрос авторитетности группировки. Если ты раз спустил с рук, то…
Ладно, сейчас на сервис надо, у нас тут новые события на подходе, проверить ход подготовки нужно.
В офисе было почти не накурено. Окно открыто, а сидели там только Сирота с Капралом, Большой после похорон разболелся не вовремя, лежал дома, остальные кто куда разъехались или не приезжали вообще. В любом случае капраловский родственник был нужней всего, он такими делами заведовал.
Родственника звали Васей, был он ростом с Капрала, но в отличие от того, круглым и упитанным, словно воздухом надутым. Он повел меня на стоянку на задах, там показал на полугрузовую «газель», стоящую в дальнем углу.
— Пока на своих номерах, но левые уже сделали, — сказал он. — Машина еще не в угоне, номера поставим как у другой такой же.
— А с «тайгой» чего?
— Сегодня или завтра с утра обещают, — вздохнул он. — Хотим сразу с цветом, чтобы с перекраской не возиться. Номера уже сделали, и какие ты дал, и запасной комплект.
— Точно будет? — Я внимательно посмотрел ему в глаза. — Нам косяки пороть нельзя, нам надо, чтобы все четко.
— Будет.
— Ну смотри, Большому сам отвечать будешь.
Прототип подсказал, что Вася никогда не подводил. Остается надеяться, что это так и есть. Хоть сто лет мне все их разборки не нужны, но в эту я из чувства самосохранения лезу. Кстати, еще моя забота обеспечить всех экипировкой, так что сегодня прокатиться придется. Главное — все в одном месте помногу не покупать, это запоминается. Рабочие перчатки, очки, кепи с козырьком, маску не всегда наденешь. Но и маски нужны. Маски — самоделки, из длинных рукавов трикотажной одежды. Нужны сумки спортивные, которые не мешают и которые легко сбросить. Пистолеты есть у всех, но нужны будут автоматические стволы, желательно с глушителями. Потом все сбрасывать, возможно, так что получается не очень хорошо, нам бы новый товар нужен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
