почему ему в ученицы девушка досталась? Насколько проще было бы с парнем!
— Ладно, — нехотя пробурчал он, обернулся, нашел взглядом уличного мальчишку, сплевывавшего поверх губы в лужу, и бросил: — Эй, парень, пять медяков заработать хочешь?
— А то! — оживился босяк. — Чего надо?
— Трактир хороший с баней и место, где припасы съестные добрые продают. Не гнилые! Я проверю.
— Дык, вам энто, в «Толстого гуся» надо, он вона, на следующей улице, вона та труба длинная. А хавка у матушки Диминты лучше всех. Она для кораблей дальних припасы готовит, ее не все знают, но кто хоть раз у ей брал, завсегда возвращался. Вкуснотища!
— Где ее искать? — поинтересовался Кейсав.
— А на улице Белых Холмов, шестой дом, который в закоулке, за третьим, кто не знает, и не найдет сразу.
— На, держи, — бросил мальчишке обещанные монеты молодой чародей. — Гляди, коли сбрехал, найду.
Почему-то тот ему сразу поверил, было в этом странном чужаке что-то недоброе, пугающее до онемения. Вроде и оружия нет на виду, один посох, вещей тоже нет, непонятно. Взгляд мальчишки сконцентрировался на резном посохе, и он сразу понял, кого видит. Колдун! Потому и без вещей. Как здорово, что он не стал этого типа облапошивать. В «Толстом гусе» и правда кормят отлично, и баня есть, и клопов недавно повывели. А матушка Диминта чудные припасы делает, все, кто пробовал, хвалят. Легко деньги достались. Мальчишка заверил колдуна, что все правда, и поспешил скрыться в толпе, спрятав монеты в потайной карман, чтобы старшаки не отобрали. Надо будет их вечером мамке отдать, она на дело потратит. Разве что один медяк себе оставить на леденцы.
Трактир оказался выше всяких похвал, а баня просто великолепна. Дороговато, правда, за все пришлось уплатить целых десять серебряных, но оно того стоило. Вымывшись до скрипа, Кейсав с Сейлой у удовольствем съели местное фирменное местное блюдо, целого гуся, запеченного с кашей и травами внутри, запив легким элем, оказавшимся очень вкусным. Даже в Лэре молодой чародей ничего подобного не встречал, там эль был слегка горьковатым. А затем они с ученицей рухнули в мягкую постель и сладко проспали до самого утра. А проснувшись, позавтракали яичницей с мясными обрезками и отправились в продуктовую лавку матушки Диминты.
Мальчишка не обманул, старая женщина продавала невероятно вкусные копченые колбасы, которых и год пролежат, а также готовые продуктовые наборы из сушеных продуктов, из них можно было очень легко и быстро приготовить походный обед, что-то наподобие густого кулеша. Плюс предложила фасованную соль и специи. Да и сухари у нее оказались хороши. В итоге путники набили провизией несколько мешков и, дождавшись, пока хозяйка отойдет, спрятали их в пространственный карман. Затем навестили меняльную контору и разменяли пять золотых на серебро. Светить золотом в порту было бы глупо, обязательно нашлись бы желающие отобрать. Понятно, что для них разбойники и бандиты не угроза, но зачем дразнить гусей? Пусть их лучше воспринимают самыми обычными небогатыми путниками, с которых и взять-то особо нечего.
Добравшись до порта, чародеи принялись искать достаточно рискового, чтобы выйти в море перед самым сезоном штормов, капитана. Торчать в Илмаре несколько месяцев Кейсав никакого желания не имел, поэтому готов был заплатить, сколько запросят. Однако моряки один за другим отказывались, и вскоре выяснилось, что боятся они совсем не штормов, а пиратов, в последнее время донельзя расплодившихся на недалеких Шансейских островах. Ну, и штормов тоже, конечно. Плюс в океане водились чудовища, которые осенью покидали глубины и приближались к побережью. Не один корабль, осмелившийся зайти дальше, чем миля от берега, был ими потоплен.
— И что будем делать? — тихо спросила Сейла, когда они обошли уже добрый десяток причалов.
— Пожалуй, только одно, — Кейсав огляделся. — Надо опять отловить местного мальчишку и спросить, кто из капитанов настолько сумасшедший, что может согласиться выйти в море. Вот же идиоты, не понимают, что чародеи нашей силы сделают плавание безопасным без малейших проблем!
Местных мальчишек вокруг бегало достаточно, и на предложение заработать несколько медяков отозвалось множество желающих. Однако услышав, что нужно этим странным чужакам, большинство отказалось, сказав, что идиотов, способных пойти на самоубийство, в Илмаре нет. Только один парнишка, помладше остальных, посоветовал найти на самом дальнем причале шхуну «Пьяная красавица» и попробовать поговорить с ее капитаном. Если он не согласится, то любой другой уж точно откажется. Затем он получил свою награду и поспешил скрыться, пока богатый недотепа не передумал.
Найдя указанную шхуну, Кейсав задумчиво хмыкнул. Действительно, красавица. На носу фигура вульгарно раскрашенной шлюхи, но при этом палуба выскоблена, везде чистота, видно, что экипаж свое судно любит и хорошо за ним ухаживает. Возле сходень курил трубку очень колоритный персонаж в кожаной одежде, с завитыми усами и бородкой, заплетенной в косичку, голова его была повязана цветастым платком, на поясе сабля.
— Доброго вам дня, уважаемый! — слегка поклонился Кейсав.
— И тебе не хворать, парниша, — отозвался моряк.
— Не подскажете, где я могу найти капитана этой красавицы?
— Ну я капитан. Зарханом Косым кличут. Чего надобно?
— Да вот, хотел бы нанять ваше судно для плавания в Наро, — не стал тянуть кота за хвост чародей.
— Шторма, — сплюнул себе под ноги капитан. — Чудовища. Пираты. Не, не пойду, якорь мне в глотку.
— Я чародей, — усмехнулся Кейсав, создавая над ладонью воздушный смерч. — Сильный. Ученица тоже чародейка. Обеспечим защиту и попутный ветер. Пиратов или чудовищ перебьем, если что. Плачу серебром.
— Ба! — обрадовался Зархан. — Это здорово! Тогда полста серебряных плати, и как второй колокол прозвучит, отходим.
— Полста?! — возмущенно пискнула Сейла, от заявленной суммы она едва на доски причала не села. — Да ты сдурел?! Грабеж средь бела дня! Пять! Пять серебряных!
— Ты сама сдурела, девка! — азартно включился в торг капитан. — За пять пешком плыви! Сорок восемь!
Кейсав не стал вмешиваться, хотя денег у них сейчас хватало, особенно после того, как нашли клад Гускелаша, там несколько тысяч золотых было. Но раз ученице хочется поторговаться, пусть ей. Да и правильно, если не торговаться, будет выглядеть слишком подозрительно.
Торг шел довольно долго, пока Сейла с Зарханом не сошлись на тридцати двух серебряных, в оплату входила каюта с кормежкой. Получив задаток, капитан отвел путников в тесную каморку с двумя гамаками, других кают на небольшой шхуне не было,
