а что дальше? Ну вот прибудем мы сейчас в Крым, распродадимся, достанем как-нибудь посудину покрепче и повместительней. А дальше что? Ходить наобум вдоль береговой линии и грабить поселки? Это вполне реально, но вы точно этого хотите?
– А зараз я не зрозумыв? – Хохол перешел на южнорусский говор, что означало, что Петрович нервничает. – Ты же сам нас блатуешь в пираты.
– Объясняю. Если мы поможем генералу вернуться на родину, он займется тем, чем и планировал, а именно: собирать в единое целое разрушенную войной и эпидемией страну. Ну, понятно, не всю целиком, для этого ему и всей жизни не хватит, но причерноморский регион – Крым, Кубань, Краснодарский край, Одессу, Приазовье – Корнилов планировал объединить под своим началом. Генерал в свое время активно участвовал в разработке проекта «Новороссия», именно там он и проникся этими идеями, а заодно и обзавелся нужными знакомствами и полезными людьми, готовыми вытащить его даже из пасти у черта! – эмоционально выдал я. – Короче, ему понадобятся разведывательные и диверсионные группы, а для подобных целей наша команда просто идеально подходит. Мы будем наемниками, которым платят за ту работу, которую они и так выполняют. Короче, будем набивать карманы награбленным добром, да еще и от генерала денежку получать. Понятно? Во времена парусного флота Великобритания нанимала пиратов, которые активно промышляли в водах Атлантики и Карибского бассейна, их тогда называли корсарами, приватирами, флибустьерами и так далее. Чтобы нас нанять, генерал Корнилов обеспечит нас всем необходимым: топливом, снаряжением и оружием, а это, согласитесь, немало, плюс ко всему, во всех портах, где будут стоять гарнизоны генерала, мы получим надежную защиту и помощь. Вот как-то так, – закончил я свое выступление.
Про личные мотивы, способствующие моему желанию освободить генерала Корнилова, я умолчал. Зачем парням это знать? Я, честно говоря, до сих пор и сам для себя не решил, так ли мне важно отомстить за смерть своих друзей. Или собственная жизнь важнее, а месть можно оставить на лучшие времена, тем более что вряд ли лично Корнилов отдавал приказ о зачистке хутора Степаныча. Там, скорее всего, действовал некий протокол, коему и следовал убийца.
– Я, может, чего-то не догоняю, но зачем Корнилову диверсанты и разведчики, чтобы объединять русских людей? – подал свой голос Серега.
– Серый, ты хоть и здоров в плечах и силен, как бык, но наивен, как малое дитя. Ты что, думаешь, что все вот так вот и ринутся под патронат Корнилова и его людей?
– А почему бы и нет? – недоуменно пожал плечами Серега. – Это же благо для них, придут закон и порядок. Почему они должны сопротивляться и не хотеть власти генерала Корнилова? Это же хорошо, когда тобой командует умный и справедливый командир!
– Ну, не знаю, – шутливо развел я руками. – Хотя нет, знаю. Да потому что никто не захочет быть убитым и повешенным. Никто! К примеру, есть большое поселение на берегу моря или где-нибудь около него, все у них хорошо, есть и жрачка, и оружие, есть люди, готовые защитить свое жилье. Ну вот на хрена им Корнилов? На хрена им платить ему налоги и отдавать своих людей в его армию, чтобы они гибли где-то на чужбине? На хрена?! Это же прописные истины: если хочешь себе кого-то подчинить, то уничтожь прежнее руководство, вырежи к чертям собачьим всех лидеров и наиболее значимых людей, имеющих влияние на общину: врачей, учителей и просто зажиточных куркулей. Люди по своей сути – это стадо, которое идет вслед за своим лидером. Если это стадо баранов, то оно идет за главным бараном, если прайд львов, то идет за своим главным львом. Не суть, чье это стадо, главное в этом, что если ты хочешь, чтобы шли за тобой, то завоюй лидерство! Ясно?
– Блин, ну а как по-другому? Лес рубят – щепки летят! Зато потом все будут хорошо жить, – совсем уж наивную мысль высказал пулеметчик. – А сейчас им что, не приходится воевать? Еще как стреляют друг в дружку, один поселок грабит другой, угоняют скот, взрывают, режут и так далее. А придет единая власть – сразу разброд и шатания прекратятся!
– Ну, какая-то правда в твоих словах есть, давай на этом и прекратим наш бессмысленный спор, а то еще получится так, что я сам же вас и отговорю вызволять Корнилова. Поэтому хватит трындеть, давайте жрать!
– А ты голова, Иваныч! – подал голос Ванек. – Ну так мы шо, пьем или нет?
– По чуть-чуть, – урезонил я. – Нам еще в Синоп надо как-то пробраться.
– Ну, за победу! – громогласно провозгласил Петрович. – Давайте выпьем за успех нашего безнадежного дела! Теперь мы не наемники, с этой минуты мы – корсары, пираты, мать его так! Привантиры, черт возьми!
– Хьюстон, у нас проблемы! – неожиданно выдал сидевший до этого молча попугай. – Рюмка водки!!!
Тост Хохла и картавый выкрик птицы встретили громогласным криком «Ура!», а потом все накинулись на еду, и как-то все утонуло в общем шуме застолья. Ограничивать количество выпитого пришлось единоличным волевым усилием, пришлось забрать спиртное и убраться с ним в капитанскую рубку.
Через час катер с Петровичем, Женевой и Гариком отвалил от борта сейнера и, набрав скорость, вскоре скрылся вдали.
Застолье продолжалось уже на ходу. Груженый сейнер шел плавно и медленно, что не мешало моим пиратам трапезничать, а потом молчун Серега притащил трофейную гитару и неожиданно для всех запел:
Налейте наемникам полные чаши -
Им завтра снова в поход.
Привыкший сражаться не жнет и не пашет,
Иных хватает забот.
Он щедро сулил, этот вождь иноземный,
Купивший наши мечи.
Он клятвы давал нерушимее кремня,
Сильнее, чем солнца лучи…
Я сидел в капитанской рубке и глядел как Митяй управляется со штурвалом. Внезапно меня посетила неожиданная мысль. Кажется, я придумал, как нам половчее проникнуть в Синоп, да еще и одновременно раздобыть источник информации о положение дел в городе. Не откладывая этого дела в долгий ящик, тут же связался по рации с катером и объяснил, что Петровичу надо сделать, как только они достигнут Синопа. Хохол все понял с полуслова и согласился с моим планом.
Обдумывая события последних дней и особенно тост Петровича, я подумал, что действительно теперь я не наемник, теперь я – корсар! С этой минуты я стал еще на шаг ближе к своей цели. К этой цели я иду уже второй год, и я уверен, что обязательно доберусь и
