Нет, он вовсе не прочитал мне строчку из стихотворения, но я все равно нахожу то, в чем он только что признался, довольно милым.
Я смотрю на него, не пряча улыбку.
– До того, как мы стали встречаться?
Уэст кивает, и это его единственный ответ.
– Что ж, небольшой совет, – тихо говорю я, опуская взгляд к его губам. – Всегда держи несколько штук под рукой, потому что никогда не знаешь наверняка, когда они понадобятся.
Все еще явно недовольный собой, он отводит глаза и умудряется улыбнуться.
– Принято.
Я заставляю себя отстраниться от него, так и не высказав ту безрассудную глупость, которая крутилась у меня в голове минуту назад. Вместо этого я встаю рядом с ним, складывая обе руки на груди. Мы ждем, пока его тело… расслабится. На самом деле, немного грустно упускать такую возможность. Уэст делает глубокий вдох, и я знаю, что он бы надавал себе по морде, если бы мог.
– Веришь или нет, я искал тебя не только потому, что хотел потрахаться, – говорит он с тихим смехом.
Я оглядываюсь с улыбкой.
– Лжец.
– Я сказал «не только». Никогда не говорил, что это не входило в планы, – поддразнивает он, за что я хлопаю его по руке.
– Чего ты хотел?
Когда мой взгляд снова падает на него, я замечаю, что выражение его лица по-прежнему беззаботное, но смех быстро исчезает.
– Это насчет твоего разговора с доктором Прайор.
Внутри меня рождается замешательство, и я приподнимаю бровь. А вдруг я ошиблась, когда предположила, будто Уэст не беспокоится о том, что я сболтну лишнего. Возможно, он все-таки боится, что я донесу на него.
– Мы обсуждали то, о чем я тебе рассказывала. Она…
– Нет, дело не в этом, – перебивает Уэст, оставляя меня в еще большем замешательстве.
Вместо очередных предположений я просто жду его объяснений.
– Я хочу, чтобы ты рассказала ей правду. О Паркер, – говорит он, что не на шутку удивляет меня.
– Но, если ты выдашь ее, разве она не расскажет все, что знает о тебе?
Я поворачиваюсь к нему лицом, задаваясь вопросом, что послужило причиной такой радикальной перемены. Казалось, он изо всех сил старался скрыть свой секрет, но теперь хочет просто все выложить?
– Что происходит?
Уэст не смотрит на меня, но я вижу, как он задумывается над этим вопросом. Затем пожимает плечами. Я не отрываю от него взгляда.
– У меня в голове было много дерьма, – говорит он. – Поэтому я вчера мало разговаривал по дороге домой.
Да, я заметила, что он был немногословен, но предположила, что он устал после игры, что его измотал стресс и возможность поражения. Но теперь понимаю – дело было не в этом.
– Я не хочу превратиться в своего отца.
Его признание застает меня врасплох, и я даже не знаю, что сказать.
– Он законченный кусок дерьма, – усмехается Уэст, – но все это из-за того, что он лжет и искажает мир вокруг себя, чтобы соответствовать этой лжи. Меня вдруг осенило, что, если я не разберусь со всем своим дерьмом сейчас, то, возможно, никогда не сделаю этого. Я не хочу однажды проснуться и понять, что позволил себе стать им.
Взгляд Уэста сосредоточен на плитке под нашими ногами, а я сосредоточена на нем. На парне, которого, как мне казалось, раскусила множество раз. Как богатого придурка, который думал, будто солнце встает и садится у него на заднице, как бессердечного ублюдка, получавшего удовольствие от издевательств над другими. Но когда я смотрю на него сейчас, в нем столько эмоций, столько убежденности… Я не могу поверить, что он когда-то был способен скрывать это от меня.
Теперь все так очевидно.
Я сплетаю наши пальцы, и Уэст поднимает взгляд.
– Я не знаю твоего отца, но я знаю тебя. И у тебя доброе сердце. Даже если ты в какой-то момент не умел это показать.
Он пристально смотрит на меня, в конце концов качая головой.
– Оно было добрым не всегда.
Я не позволяю ему отвернуться, удерживая его пристальный взгляд.
– Мы говорим о настоящем, Уэст.
На его лице выражение недоверия.
– Как ты вообще можешь такое говорить? После всего того дерьма, что я тебе сделал.
Когда я пожимаю плечами и слегка улыбаюсь, это немного рассеивает тяжелое настроение.
– Потому что я вижу тебя.
Это не самый глубокий ответ в мире, но зато честный.
Уэст смотрит на меня сверху вниз, и я чувствую его невысказанные мысли.
– Я хочу, чтобы ты знала обо всем.
Я изгибаю бровь.
– Обо всем?
Он кивает.
– Я бы предпочел, чтобы ты услышала это от меня, а не от кого-то еще. После мы все обсудим и решим, что делать дальше.
Делаю глубокий вдох, зная, что эта исповедь, скорее всего, будет тяжелой, но я не волнуюсь.
– Приходи вечером, – говорю я. – После тренировки мне нужно приготовить еду для Скар, но потом мы сможем поговорить.
Уэст кивает и сжимает мою руку, которая все еще лежит в его ладони. По мне ударяет знакомое чувство. То, что Уэст держит внутри, но не признает вслух.
В следующую секунду я уже в его объятиях, но в этот раз они вовсе не сексуальные. Просто мы оба нуждаемся в близости. Нуждаемся друг в друге.
– Как мне так повезло? – спрашивает он, улыбаясь, несмотря на тяжесть этого разговора.
Я пожимаю плечами, улыбаясь в ответ.
– Думаю, ты не такой большой мудак, как тебе кажется.
Этот ответ вызывает у него смех, и я благодарна, что он, похоже, не переживает о будущем разговоре. Уверена, я смогу справиться со всем, что он скажет, и он узнает кое-что обо мне – я не бросаю людей. Даже когда все становится тяжелым или уродливым. Я сказала, что хочу быть с ним, несмотря ни на что, и я не шутила.
Пока он честен, пока готов бороться за нас, я никуда не уйду.
#ПодпишисьНаМеня
@КоролеваПандора:
Что у нас тут, Принцесса Паркер?
Прогуливаешь школу ради небольшой шопинг-терапии? Что ж, думаю, девушке нужно как-то успокоить разбитое сердце, но надеюсь, папочка не сильно рассердится, когда получит счет за сегодняшнюю прогулку по магазинам.
Серьезно, милая, ты хоть что-то оставила на полках?
Надеюсь, ты выбросила всю любовную чепуху из головы. Да, твой парень больше не твой, и это ранит, но возьми уже себя в руки! Сейчас самое время проявить капельку достоинства, женщина!
Что касается остальных – будьте осторожны. Я слышала, завтра вечером ожидаются рекордные несколько дюймов…
Выбросьте из головы пошлости. Я говорю о снеге.
А может, и
