княжеского парка, меркнувшее в глазах эзельгаррского гения коммерции.
Олег очень хотел спросить: «Зачем?» – но сил больше не было.
Господи, прими душу дитяти Твоего…
* * *
– Не тормозите, – подогнала его Анна, увидев, что Виктор слегка замялся.
– Что ты знаешь о своем убийце? – подкинул вопрос подошедший Горностай.
– Он выше меня, – послушно ответил зомби. – Пахнет дорогой парфюмерией, названия не знаю. Ходит бесшумно. Я шел от беседки, там камни на дорожке, но его не слышал.
– Ты убил Анжея из Кошица? – снова вступил Виктор.
– Нет.
– Кто убил проститутку Верку и сторожа? Ты?
– Убивал Анжей. Не я.
– Почему ты считаешь, что это был Анжей?
– Он заставил меня украсть ленту у фрайин. А ленту у трупа нашли. Значит, он.
– Откуда у тебя был нож, которым их убили? И плат, в который нож заворачивали?
– Их у меня не было.
Зомби покачнулся, Анна с трудом его удержала. Извернулась, схватила флакон с чем-то коричневым и плеснула мертвецу в лицо. То, что когда-то было Олегом, облизнулось мертвым, зеленоватым языком.
– Быстрее давайте, – прошипела магичка, – осталось совсем чуть-чуть.
Виктора слегка потряхивало от азарта. Он должен получить ответы от этого жалкого существа! Должен! Прямо сейчас!
Виктор шагнул еще ближе к мертвому свидетелю. Зомби, жалко ссутулившийся в объятиях магички, поднял голову навстречу следователю – и Виктора как кипятком окатило. В глазах мертвеца плескалась дикая, безумная жажда крови. Блуждающий взгляд трупа остановился чуть выше воротника Виктора и больше не отрывался от этой точки. Следователь чувствовал взгляд кожей, под которой пульсировала яремная вена.
Он отшатнулся и провел рукой по шее, стирая почти наяву ощущавшиеся липкие следы.
– Осторожнее, – одернула Виктора магичка. – Кинуться я ему не дам, но с милым секретарем у этой твари только память общая.
– Кому выгодна твоя смерть? – спросил Виктор.
– Всему Заозерью, – с ноткой гордости прохрипел труп.
Тело Олега обмякло и повисло на руках Анны. Магичка поморщилась и быстро опустила его обратно на каталку. Покойник стремительно разлагался. Через пару минут он выглядел так, будто неделю пролежал без всякого охлаждения.
– Вот и все, – устало сказала Анна, присаживаясь на стул. – Вы получили, что хотели?
– Да, спасибо, – отозвался шеф. – Вопросов, как обычно, больше, чем ответов, – но хотя бы ясно, у кого и что спрашивать. Виктор, завтра в семь утра обсудим дальнейший план расследования.
– Есть, – кивнул следователь.
– Ну, тогда до завтра.
Шеф направился к двери. После деланого покашливания магички и ее кивка в сторону корзины Горностай поморщился, подхватил притихших кроликов, демонстративно поклонился Анне и вышел.
Виктор засобирался было следом.
– Господин следователь, – с ехидным смешком окликнула Анна Виктора, – а вы куда? Горностай – большое начальство, ему можно, но вы-то не бросите напарника прибираться в одиночку?
– Прибираться? – с недоумением спросил Виктор. – Так тут вроде и так чисто…
– А он? – Анна кивнула на труп. – Как считаете, что подумает любой, увидев на покойнике эти бинты? Или предлагаете мне одной приводить полуразложившееся тело в порядок?
Виктор непроизвольно сглотнул. Перспектива возиться с гниющим, отвратительно воняющим трупом его совершенно не радовала. Но действительно, не бросать же напарника? К тому же Виктор чувствовал себя виноватым за прошлые подозрения, хоть и понимал, что был обязан отработать все версии.
– Командуйте, мистрис, – ответил он, постаравшись, чтобы в голосе было поменьше обреченности.
Виктор совершенно не хотел потом вспоминать, как они с магичкой осторожно срезали бинты с подгнившего тела свидетеля. От запаха кружилась голова, несколько раз Виктор чувствовал подступающую тошноту, но кое-как удержался. Рядом с Анной показывать слабость было стыдно. Чтобы хоть как-то отвлечься, он спросил:
– Зачем бинты? Я читал, что маги мертвяков поднимают просто так, без всяческих ухищрений… Простите мое невежество, но интересно же!
Анна грустно и понимающе усмехнулась.
– Так то маги. Практики, а не теоретики. Любой обычный некромант перед ритуалом зарядился бы энергией по всем правилам, замучив нескольких животных… Хотя лучше, конечно, человека. И сидел бы на удобном стуле, управляя зомби. А я… Не могу я так. Так что приходится выискивать способы. Я эти бинты примерно год собирала, снимала с пациентов, умерших в больнице. Хотела еще матрас с койки неотложки украсть – там смертей хватает, не всех покалеченных можно спасти. Но не вышла кража.
– Говорят, магическую силу в амулеты собирают? А почему бинты? – Виктору было все равно, что спрашивать, лишь бы хоть чуть-чуть отступила тошнота.
– Потому что это тоже, как вы выразились, амулеты. Магическая, а особенно – некротическая энергия лучше всего хранится в том, что было когда-то живым. В ткани, в дереве, кто-то чучела использует. Эх, видала я однажды чудную шкатулку из плахи, на которой кучу народа казнили…
Магичка мечтательно сощурилась. Видимо, хорошая была шкатулка. Полезная.
– А металлы? Вы говорили, что на оружии след остается?
– След, а не сила. Это как компот – на скатерти прекрасно видны его следы, но если хотите компот сохранить – берите кувшин.
Анна свернула последний бинт и убрала в сумку. Села на стул, откинулась на спинку и прикрыла глаза.
Виктор откатил тележку с телом на место в ледник. Поднялся обратно и присмотрелся к магичке, сидевшей в той же позе на стуле. Кажется, она задремала.
Только сейчас, в ровном свете масляных ламп, Виктор увидел темные круги у нее под глазами, несколько морщин, трещинки на губах… Магичка выглядела очень уставшей. Измотанной.
– Давайте я вас домой провожу? Сумка-то тяжелая, – осторожно предложил Виктор. Оставаться здесь, в секционной, ужасно не хотелось.
– Давайте, – согласилась Анна. – Надо хоть чуть-чуть поспать, завтра работы гора… – Она медленно встала. – Вы идите, а я сейчас лампы погашу и догоню.
На крыльце морга магичка глубоко вздохнула:
– Ароматы-то какие! И не подумаешь, что там, – она мотнула головой в сторону секционной, – все совсем не так.
Ее немного шатало от усталости. Виктор предложил ей руку, но Анна с вежливой улыбкой отказалась.
– Ничего. Лучше так. Просто в последнее время я слишком часто возвращаюсь домой заполночь. Если обопрусь на вашу руку – рискую заснуть на ходу, как почти неделю назад… Надо было того парнишку попросить меня проводить, а то зря пялился… – усмехнулась Анна. И сразу
