Старый барсук, пробираясь к укрытой в буреломе норе, недовольно фыркнул на озорников, держа в зубах добытую на охоте черную гадюку…
Наконец появился странник Яков в конторе, пришел к начальнику: «Нашел я место удобное для новой шахты и с запасом золота на многие годы. Только нынче за труды свои попрошу я денег, чтобы купить небольшой дом».
«Дом? — удивился начальник. — Да ты же не живешь на одном месте!»
«Для сиротки хочу купить дом, чтобы ребенок не скитался. Надо бы и женщину хорошую найти, опекуншу».
Согласился начальник с рудознатцем. Понимал, что часто не платили страннику за прежние советы, а теперь помочь Яше надобно.
Через неделю отдали Якову один из домов рудника, хороший, добротный. Поселили сиротку в доме, жены старателей за ребенком приглядывали. Вскоре и женщина добрая нашлась, опекунша, из своих, из богунайских. А рудознатец Яша снова ушел далеко странствовать, сказывали, глину голубую искал, многие версты пешком преодолел и нашел ее в Сокаревке. Голубую глину в наше время берут отсюда мастера глиняной игрушки.
Занимаясь рудами сибирскими, не имел Яков времени для семьи своей, только иногда приходил в купленный им дом, гостинцы ребенку приносил, самородков золотых на прожитие. Знали люди: для добрых дел золото Яшино служит. Великие богатства Богуная открываются для дел добрых, а от злых прячутся.
А девочка выросла. Стала сибирячкой, хорошей труженицей, матерью двоих дочерей. Всю жизнь странника Якова помнила, как отца почитала. Сейчас живет Мария Васильевна в деревне Орловка, в перевезенном с рудника Богунай доме; старенькая стала, но доброту Якова помнит всегда.
ЗОЛОТО КОЛЧАКА
Слухи про великое золото адмирала Колчака Александра Васильевича давно по Сибири расходятся. Много тайн и сокровищ несметных хранит тайга сибирская.
За холмами и долами, за Саянскими горами приключилась эта история золотых сокровищ. О загадке этой спорят люди до сих пор, но истина в спорах и рождается…
Поначалу надо вспомнить о человеке, главном в истории нашей. Звали его военные люди в старое время по полному чину: «ваше превосходительство, Верховный Главнокомандующий Сибири». В должности этой недолго находился адмирал Колчак, всего четырнадцать месяцев.
До революции служил адмирал на теплом Черном море, был известным флотоводцем, храбрым офицером, сочувствующим матросской братии. Когда грянула революция, многих офицеров на кораблях матросы возненавидели, но добрая слава Колчака устояла, и оставили его матросы на прежнем посту. Звание командующего Черноморским флотом держал он крепко. Доверяли «его благородию» даже скорые на расправу матросские боевые советы.
Шел восемнадцатый год. Прослышали наши вечные супостаты, усатые янычары, про смуту и разруху в России, стали морские границы России тревожить. Обрадовались турки трудным революционным временам, размечтались покорить великое Черное море. Но не тут-то было!
Поднял адмирал Колчак матросские советы, решили пристращать воинственного соседа. Грозные броненосцы, корабли, военные крейсеры отправились в поход к турецким берегам. Закрыли дымы русских кораблей солнце и сказал адмирал присмиревшим туркам: «Революция пусть не тревожит турок, это внутреннее дело народа. А для Турции границы России на крепком замке!»
Снова стала чиста и спокойна граница морская. Адмирал Колчак старался соблюдать интересы России на море, ведь он в молодые годы участвовал в обороне дальневосточного Порт-Артура, имел награды.
Пришло к власти Временное правительство, отозвало в столицу всех крупных военных чинов. Время было трудное, сложное, разобраться невозможно.
Правительство поручило адмиралу стать Верховным Главнокомандующим Сибирского Белого корпуса. Колчак выехал в Омск.
Белые генералы признали нового командующего, выслали ему депеши, в которых признавали его назначение и отчитывались в военных действиях. Временное правительство наградило Колчака золотым Георгиевским крестом за освобождение Урала.
Советская власть теснила белых на всех фронтах. Тогда белые министры собрали золотой запас России и решили отдать его часть на военные нужды.
Пришлось белым министрам золотой запас державы разделить. Возложили тогда ответственность за целую треть сокровища на адмирала Колчака. Золото — самый грузный из всех известных металлов, а внешне кажется малым. На точных весах вытягивает больше, чем даже свинец, и сроку ему никакого нет: не ржавеет, не портится во веки вечные. Сотрется разве немного, ежели долго-долго кольцо золотое носить.
Закрепили договор бумагами казенными, записали в книги казначейские, выдали слитки золотые адмиралу Александру Васильевичу. Погрузили золото самой высшей пробы, желтые кирпичики длинные, в прочные дубовые ящики. Сами ящики аккуратно справлены из толстого дерева дубового, по уголкам прочным железом скреплены. На самих продолговатых слитках-кирпичиках четкая державная надпись отлита: «Золото Российской империи».
Погрузили-поставили ящики в железнодорожные вагоны «золотого поезда» и отправили до Красноярского края. В Красноярске отгрузили золото на подводы и двинулись в глубь сибирской страны. Окружало ценнейший груз боевое охранение из самых преданных казаков.
Замышлял Колчак на золотые деньги обустроить великий поход из Сибири на Москву, чтобы вернуть прежнее устройство России. Золота вполне хватило бы на все военные дела, возможно, и осталось бы еще. Но не судьба вышла. Не захотел, видно, сам Господь изводить русских людей в братоубийственной войне, гражданской войне, не позволил.
Приняв несколько крупных сражений, войска адмирала Колчака отступали по реке Кан. Всюду ползли слухи, что идет золотой обоз, на котором везут сокровища несметные. Народец разный в Сибири случался, осужденных много было, лихих мужичков. Кто-то за власть Советскую боролся, а кое-кто под шумок за добычей стремился. Особенно свирепствовали китайские отряды, безжалостно убивая всех подряд, без разбору, не жалея ни красных, ни белых. Китайцы особенно охотно исполняли казни над царскими офицерами, они же и Смольный стерегли, за плату, конечно. Тогда и решили военные спрятать золотой запас России, укрыть так, чтобы плохим людям он не достался.
Адмирал Александр Васильевич продумал таинство укрытия золота, колчаковского золота. Великого ума был человек, из-за лихого времени не понятый.
Вместе с ним жила тайна, сибирская загадка века.
Первую золотую поклажу отправили секретно на Восток, в Японию. Но русский адмирал терпеть не мог японцев после боев с ними в Порт-Артуре, и если бы не обстоятельства, никогда бы не пошел на это. Много раз отказывался от лечения в Японии, хотя боевые раны уносили здоровье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
