День выдался с мокрым туманом. Сразу после заморозка осеннего случилась оттепель. Тогда туман густой, как молоко, на вытянутой руке пальцев не видно. Самая воровская погода. Затаились нечестивые в лесу, у дороги на Рыбной горе, где большая самая крутизна начинается и лошади не могут быстро идти. Ожидают. Жандармы охраны едут патрулем конным, не спеша, с возчиком кареты переговариваются о делах житейских.
Вдруг с дерева прямо под ноги первого коня упала пороховая бомба и взорвалась пламенем огненным… Взвился на дыбы конь, заржал надрывно, скинул всадника и ускакал… Бросились охранники товарищу помогать, а он и не дышит. Разбойники из таежного урочища ружьями и пистолетами размахивают, кричат на языке незнакомом… Запряженная в карету тройка коней, взрыва и огня испугавшись, поскакала с кручи Рыбной горы вниз, понеслась без удержу. Видит кучер, не справиться ему с повозкой, да и спрыгнул с облучка на топтун-траву. Исчезла золотая карета, исчезло и золото Российской империи, месячная добыча, более двух пудов, по сегодняшним меркам тридцать два килограмма.
Приезжает на рудник следователь и жандармский пристав. Стали всех спрашивать, замечали ли чего подозрительного в день непогожий, в день нападения. Артельные люди доказывают, что никому из местных разбойная кража ненадобна. Каждый имеет землицу вольную, на пропитание хватает. Поселенцы и вовсе заготовкой зимней заняты, работы крестьянской столько, что не до золота им. А уж если нужда случится, старатели своим помогают, недавно погорельцу дневной намыв отдали, чтоб хозяйство справил. Потому своим, сибирякам, разбойные дела совсем не нужны. Грабеж, да еще с бомбой, не приведи Господь!
Следователь призадумался: «Получается, чужие нападение сделали, но как найти разбойников в тайге глухой, чаще непроходимой?» Вспомнили старатели о местных обычаях, о старинных преданиях: «Есть такая девушка, помощница праведным людям, Дарьей называется. Богатством сибирской землицы ведает. Золото любое ей ведомо, то, которое добыли, и то, которое еще в землице лежит. Редко она людям является, да здесь случай особый, жадные разбойники напали на золото, жандарма убили».
«Что же делать? — спрашивает жандармский пристав. — Где разбойников найти?» Тогда и сказали рабочие: «Закажите молебен в прославление святой Дарьи и ожидайте, что будет. Быстрее все равно ничего сделать не сумеете!»
Послушались гости, выполнили все, как рабочие сказали. В церкви молебен заказали, но в сомнениях мечутся, верят и не верят. Случай уж больно трудный, редкостный. На третий день видит следователь сон: избушка замшелая у колодца стоит, крыша из плах неструганных, черных от дождей таежных. Вокруг избушки тайга глухая, бурелом. Плачет кто-то, стонет жалобно, водицы испить просит, помочь просит.
Поехали снова на прииск на Богунай, рассказали рабочим странное видение. Артельные люди повели их к зырянам, местным охотникам: «Зыряне знают все избушки таежные, по приметам укажут, где стоит зимовье такое».
Зыряне сразу назвали место, вызвались и проводить конный патруль до зимовья. В тот же день добралась экспедиция до избушки. Следователь увидел избушку из сна своего и задрожал весь, оробел. Охотники и патрульные подкрались к избушке, заглянули в двери… Тихо, разбойников не видно нигде. Недалече карета стоит. Лошади не распряжены даже, заржали, людей увидев. Вошли в избу. Видят, побиты разбойники, двое мертвы лежат, один без сознания, а один стонет, раненый, пить просит.
Передрались, однако! Не поделили богатство награбленное.
Не знали чужие люди, что в краях наших без доброты и товарищества не прожить. Золото само по себе есть мертвый металл, никогда нельзя его выше жизни человеческой ставить!
Погрузили золото в карету и увезли на станцию Рыбное. Всего на четыре дня груз задержали для отправки в столицу.
ТАЕЖНЫЙ СПАСАТЕЛЬ
В старые времена много было в наших краях богатых купцов. Везли сибирские купцы полезные и нужные товары в самые дальние уголки Сибири. Тянули лошадки много саней с товарами для людей сибирских. Доставляли охотникам новые ружья да порох, хозяйкам пестрые ткани, соль, инструмент строительный, даже станки, котлы и посуду. Привозили душистый чай и ароматный кофе. Плату брали за свой товар дарами таежными, мехами соболиными, горностаевыми. Получали с охотников и шкуры медвежьи, кабаржиную струю и песок золотой. Добром этим грузили санные обозы купеческие. Вывозили в дальние страны.
Но непросто добраться купцам до богатых заимок. Много препятствий на их пути. Занесет зимой дороги таежные вьюгами да буранами. Останется на многие версты только один торговый путь — скованная морозом река. Дикий зверь бродит в лесах дремучих, пугает обозных лошадок. Крадутся за обозом волчьи стаи и одинокие шатуны. Но и это не беда, самое трудное в пути — зимнее ненастье.
Засвистит ветер северный, нагонит снежные тучи, да так, что станет темно, как ночью, и в пяти шагах не разобрать, что такое впереди. Мороз пробирается сквозь одежду, обжигает лицо, студит ноги, а путь еще далек.
Рассказывали купцы сибирские про такой случай в дороге.
Застала торговый многолюдный обоз непогода. Завыл по-звериному в вершинах старых кедров сильный ветер, закружились вихри снежные, бросая в лица путников острые льдинки. По замерзшей реке движется обоз. Оступаются на ледяных торосах лошадки, ранят ноги. Торопят коней извозчики, заботятся о скором пути. На первом возу старший перевозчик Артемий, бывалый человек. Покрикивает Артемий на возчиков, голосом зычным подбадривает. Мужчина видный, высокого роста, русые кудри из-под шапки барсучьей выбились, инеем белеют.
«Сейчас поворот реки будет и устье впадающей речки. Рядом и деревня, Усть-Барга называется. Потерпите, мужики, отогреемся скоро!» — успокаивает уставших обозников Артемий. Дорогу проводник знает, только мало знаний в круговерти такой, в вертепе снежном. Ледяные вихри стеной встали, ничего не видно, дышать трудно, снежными иголками засыпаны одежды. Устали лошадки, неохотно идут, а некоторые и совсем остановиться норовят. Ворчат возницы. Не видно ни берега, ни деревни, только мороз злится пуще прежнего. Встали лошади, остановился обоз, решили ночевать на дороге ледяной реки. Обогреться бы у костерка, кипятку испить, но развести огонь на злом ветру не сможет никто. Идти нет сил, а стоять опасно! Далеко разносит ветер по тайге вкусный запах обоза. Осмелели идущие следом голодные волки, затянули невеселые песни, стали подходить ближе. Окружила купцов темная, кромешная, ночная мгла.
Замерли возчики, не поймут: мороз пробирается под тулупы или страх замораживает спины, останавливает сердца угрозой смерти…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
