брата. Точно, как я раньше не додумался до этого.
Я начал выбивать по корпусу лодки длинные и короткие удары, которые отлично должны были распространиться в толще воды. После каждой такой попытки я прислушивался, ожидая ответа.
«Егор, я слышу!» — возбуждённо прервал молчание Антон.
«Он жив?»
«Да, он выбивает ответ двумя камнями».
Продолжаю стучать ладонью по корпусу лодки. На этот раз прошу дать ориентиры и как-то направить меня.
«Вижу», — ответил я Антону.
«Семён тоже с ним. Интересно, как им это удалось?»
«Вот вытащим их и поинтересуемся».
«Как же ты собираешься это сделать, чтобы военные не увидели и не заподозрили?»
«Сейчас всё сам поймешь, ты мне только подтверди, что Иван понял мой план и будет ему следовать».
«Егор, ты что, не слышишь ответов Ивана?»
«Антон, это же элементарно, когда я бью ладонью по лодке, звук в воде распространяется великолепно, они точно слышат меня. Вот в обратном направлении этот фокус не работает. Точнее, работает, но мне нужно будет опускать голову в воду или прислонять ухо к корпусу лодки».
«Да, со стороны это будет выглядеть странно».
«Это точно», — усмехнулся я.
«Теперь понятно, почему я попугаем работаю. Я думал ты просто не уверен в услышанном, подзабыл я про свой чуткий слух».
Я выбил последнее собщение по корпусу лодки. Дождался подтверждения.
— Так, ребята, обед закончен. Снимаемся с якоря. Смотрите! — я показал им место выше по течению метрах в двадцати от нас. — Вон там пузыри в воде, — ребята кивнули. — Оплывайте это место метров на десять ниже по течению, а потом через него.
— А потом куда? — поинтересовался ближайший от меня парнишка.
— А дальше на глубину и до слияния с рекой Чусовой.
Длинный парень на корме вытащил якорь, которым служил большой булыжник, обвязанный со всех сторон прочной бечёвкой. Начали править.
— Ребят, а у вас якорь поменьше есть?
— Нет.
— А чем вы ловушки для раков притапливаете?
Подросток, сидевший посередине, открыл короб, лежащий у него в ногах, достал пару камней размером с мой кулак и продемонстрировал мне.
— А весло у вас ещё одно есть?
— Да, мы обычно втроём плаваем со старшим братом.
В итоге я уселся сзади, поменявшись с длинным местами, схватил весло и погрёб вместе с парнями. За нами же в воде болталась якорная верёвка с несколькими камнями, привязанными к концу.
Река текла медленно, не мешая своим неторопливым течением. За час мы, наверно, в общей сложности преодолели не больше пяти километров.
М-да… С таким раскладом я долго буду идти до нужного места.
— Ладно, ребята, давайте к берегу, что-то я наплавался.
— Так тут не причалить, городская промзона.
— Давайте вот к лесопилке правьте, там сойду. Да и транспорт в город там будет легче найти, — я указал ребятам место на берегу, около которого плавали большие охапки брёвен.
Постучал по корпусу лодки, предупредив прицепившихся сзади за верёвку Ивана и Семёна, что мы прибыли на место. Вытащил якорный трос.
Отпустил ребят, дав каждому по обещанному четвертаку и ещё по десять копеек сверху на сладости.
Через пару минут я был на молевом сплаве, длинной веренице бревен, связанных вместе. Судя по их количеству, Пермь очень активно росла, требуя всё больше и больше строительных материалов.
Я стал искать укромное место у воды, закрытое от обзора как со стороны реки, так и с берега. В итоге уселся на небольшом бревне кедра и начал барабанить ногой по дереву.
— Фу… — рядом с моей ногой появилась голова Ивана и сразу выплюнула кусок тростниковой трубки, через которую тот дышал.
— Это ты мастерски придумал с дыханием, а как от магов прятался? — поинтересовался я у своего потерянного друга.
Ванька приподнял амулет, висевший у него на шее и светившийся синим цветом. Рядышком вынырнул Семён.
— Ну, допустим, артефакты магической защиты у меня в рюкзаке были, но как ты умудрился их зарядить под водой?
— Жить захочешь, ещё не то сделаешь, — устало улыбнулся Иван.
— Но как ты нас нашёл? Мы уже из последних сил скрывались от пронырливых лодок.
— Чистое везение, — подмигнул я ребятам. — А вы молодцы, так мастерски спрятались и даже уплыть смогли против течения.
— Антон, а тебя что, не арестовали?
— Не дождёшься, меня возили в управление полиции, чтобы я легализовался, — я показал им бумагу, заменяющую теперь мне паспорт.
— Вылезайте, обсохните, здесь вас из-за брёвен с воды и с берега никто не увидит.
Я посмотрел на Семёна, похоже, парнишку надо забирать с собой, а то здесь он точно пропадёт. Тот еле вылез из воды, на его поясе висел топор с длинной деревянной ручкой. Как он его только не потерял?
— Проверь документы, — попросил я Ивана, когда он начал вытаскивать вещи из промокшего рюкзака.
— Нормально всё с ними, — он по очереди достал три простых паспорта и паспорт мага, — они же на зачарованной бумаге, что с ними будет?
— А свой не потерял?
Ванька побил себя по карманам и выудил мокрый, весь в иле документ, удостоверяющий его личность. Прополоскал его в воде и выложил сушиться под яркие лучи июльского солнца.
После того как ребята немного обсохли, мы прошли через лесопилку, встревожив местных рабочих. Но две сабли, висевшие у меня на поясе, были хорошим аргументом, чтобы не задавать нам глупых вопросов.
На гружённой доской попутной телеге мы добрались до ближайшей крупной улицы. Поймали там экипаж, на котором отправились за поддельным паспортом для Семёна.
Благо, знаний Ивана из его революционного прошлого оказалось достаточно, чтобы я без особых усилий выменял три трофейных паспорта на один для нашего нового попутчика. Теперь он из крестьян стал горожанином из Тверской губернии.
Больше не теряя ни минуты, мы отправились на железнодорожный вокзал, чтобы взять ближайшие билеты до телепорта.
На вокзале было не протолкнуться, стоял ужасный шум. Билетные кассы были закрыты, хотя весь зал кишел взволнованными пассажирами.
— Что здесь у вас происходит? — поймал я на одном из перронов куда-то спешащего проводника, сунув ему в руку четвертак.
— Движение на Чусовой перекрыто.
— Кем?
— Дружиной какого-то князя, никто пока не знает ничего.
— Он не пропускает поезда?
— Говорят, что путь забаррикадирован, по краям от дороги стоят броневики.
— А что говорит столица?
— Телеграф не работает с самого
