в негодовании стукнула по подушке. Нет бы поспорить еще, поуговаривать. Нет же, он точно уверен, что она согласится! И это обиднее всего.
Сама же Радка заснула нескоро, размышляя, как бы убедить мужа позволить ей не ездить на прием. Ничего хорошего в том, чтобы оказаться в доме Манфреда и Евы, она не видела.
Но, как бы она ни старалась, придумать что-то, способное убедить Мейнгрима изменить свое требование, не удавалось. Скорее наоборот, она додумалась до того, что нашла плюс в своем положении. Пока Мейнгрим воображает, будто за пропажей Янки и проклятием Евы стоит некая неизвестная фигура, Рада была уверена, что Роза знает об этом не понаслышке. Это для боевого магика не было никакой связи между исчезнувшей девушкой и новой женой её Скарбимежа, а вот Радка точно знала — Роза завязла в этом по макушку.
И пусть Мейнгрим просил с ней не связываться, это он говорил в прошлый раз, а в этот ничего не добавил к уже сказанному. И опять же, ему просто неизвестно, как ловко и осторожно Рада умеет выведывать чужие секреты!
Глава 33
— Чудесно, что вы с Фабиушем выбрались! — Ева произнесла это так громко, что некоторые из гостей обернулись и с любопытством принялись рассматривать гостей. Что же, Мейнгрим предупреждал об этом.
— Как мы могли пропустить твой прием, дорогая! — Радка нарочно фамильярничала, тем самым давая понять всем заинтересованным, что они близкие родственники.
И пусть лицо Евы на мгновение стало кислым, словно она откусила от недозрелого яблока, это было видно только самой Раде.
Этот прием отличался от того, что устраивала Роза. Если уж на то пошло, между ними было мало общего. Почти все присутствующие были здесь с детьми, и Рада испугалась, что и Годжик будет здесь, но напрасно. Роза стояла в окружении юных и, по-видимому, незамужних девушек без ребенка. Поблизости мелькали знакомые лица, и Радка даже обнаружила среди свиты Розы уже знакомую Оршулу.
— Стараюсь всех новых знакомых держать поближе, — шепнула ей на ухо довольная произведенным эффектом Ева. — Я бы и вторую девчушку пригласила, но это оскорбило бы её мастера. Так что никак не раньше весеннего приема.
— Зачем тебе они?.. — Радка не отрывала взгляда от Оршулы, а сама крепче сжала ручку Фабиуша. Теперь она уже считала верхом глупости то, что послушалась мужа и взяла с собой сына.
— У нас схожие вкусы, — ухмыльнулась Ева до того гадко, что её хорошенькое личико мгновенно подурнело. — Может, и мне будет какая выгода.
— Не такие уж и схожие, — не растерялась Радка. — Мне вот Роза совсем не нравится, а вы её привечаете, госпожа!
Теперь, когда её снова слышала одна Ева, Радка вспомнила о вежливости. Да и спорить с хозяйкой не стоило, говорил ей Мейнгрим держать язык за зубами, так нет! Только выпалив про Розу, она сообразила, что выдала себя.
Глаза Евы на мгновение расширились, а потом сузились. Она из-под ресниц сверлила взглядом Радку так, словно та сказала нечто несусветное.
— Надо же, — пробормотала Ева себе под нос, но так, чтобы её собеседница слышала. — Не думала, что Грим так болтлив…
— Папа Грим молчит и молчит, — некстати высказался Фабиуш. Радка чуть было не заткнула ему рот ладонью, вовремя опомнилась — со стороны это смотрелось бы куда ужаснее, чем любые слова несмышленого малыша. Впрочем, Ева определенно не считала его таковым. Её глаза снова расширились в изумлении, и она присела на корточки рядом с мальчиком.
— Не тронь его, — только и прошептала Радка, готовая за своего сына хоть сейчас выступить в бою против Евы. Та, несомненно, это почувствовала, потому как с недоумением покачала головой. Её взгляд говорил Радке больше, чем любые клятвы.
— Я не ем детишек на обед, — фыркнула Ева наконец, и снова повернулась к Фабиушу. — Тебе нравится новый папа?
— Очень, — теперь и Фабусь заподозрил неладное из-за нервозности матери, и спрятался за её юбку. — Он добрый!
— Грим будет счастлив это узнать, — усмехнулась Ева и снова обратилась к Фабиушу. — Давай мы отправим тебя к Матиасу и другим детям? Там такие чудесные игрушки, тебе понравятся!
Радке оставалось только согласно кивнуть, когда рядом с Фабусем словно из-под земли вынырнула добродушного вида женщина.
— Не бойся, в моем доме детей стерегут лучше, чем где-либо в королевстве, — вполголоса произнесла Ева в сторону. Она поднялась на ноги и разгладила складки платья. — А я всё время забываю, что они слушают всё, что при них говорят.
— Это опасно, осмелюсь заметить, госпожа, — поддакнула Радка, радуясь, что пока они с Евой общаются на обыденные темы.
— Это точно, — Ева смерила её долгим взглядом. — Поэтому мои приемы проводятся с детьми, а вовсе не оттого, что я обожаю этих маленьких надоед. Только Роза ни разу не приводила сына, так жаль…
Радка не сразу сообразила, о чем речь, а поняв, похолодела. Дети вместе играют под присмотром няни, назначенной Евой, и многочисленные секреты оседают в этом доме как сладкий яблочный сок на бочках с сидром.
— Ты и впрямь неглупа, — Ева подхватила её под руку. — Просто сокровище.
— Звучит как угроза, — натянуто улыбнулась Радка, пытаясь сообразить, куда её волочет Ева.
— Глупости, — та даже не повернулась, продолжая уверенно двигаться через зал. — Мы же теперь родственники.
Говорить, что и это прозвучало угрожающе, Радка уже не стала, смирившись с действительностью. Тем временем Ева познакомила её с несколькими девушками, которых не было на приеме Розы — Радка тут же забыла все новые имена, и двинулась прямо к цветочной гостье.
— Роза, дорогая, ты снова без Годжимежа, — проговорила Ева мягко, поравнявшись с ней.
И если бы Радка несколько мгновений назад не обнаружила, что Ева вовсе не пылает любовью к этой чужестранке, ни за что бы в это не поверила. С виду просто лучшие подруги! Нет, с Евой нужно было вести себя аккуратнее. Она и Радке улыбалась похоже, мало ли, что хочет разнюхать эта опасная магесса? Верить в то, что она просто так простила и забыла пусть и было приятно, но совершенно бесполезно. Такие как она обиду могли лелеять годами.
— Думаю, он уже перерос эти приемы, ему больше интересно с отцом, — вернула улыбку Роза.
