черную зеленоглазую кошку. Сглотнула. Впервые общаюсь с Хозяйкой Кладбища. Да еще и так! Не ожидала, что она со мной заговорит и уж тем более покажется.
Кошка пошла по тропинке, я двинулась за ней, а за мной Ник. Он не понимал, что происходит, но молчал, ведь я наказала ему молчать на кладбище, чтоб не мешал.
Хозяйка Кладбища остановилась у крайней могилки с обилием цветов. И посаженных, и просто срезанных. Часто навещают Анну? Значит, скорее всего, она не ушла в мир иной.
– Благодарю, Хозяйка, – произнесла я.
И кошка скрылась среди могил.
Ник угрюмо молчал где-то сзади меня. Я достала маятник – обычный аметист на нитке, и вытянула руку с ним над могилой. Сначала ничего не происходило. А потом он начал раскачиваться из стороны в сторону. Но я и сама чувствовала тепло и тоску, исходящую от могилы. Маятник лишь убедил меня.
Я повернулась к напарнику:
– Она неупокоенная. Родные не дают ей уйти.
Ник вопросительно приподнял брови.
– Они постоянно навещают ее, тоскуют по ней, плачут, и тем самым держат ее здесь, на земле, не дают ей покинуть мир и заставляют страдать. Так бы она давно ушла… Ладно, нужно попробовать позвать ее. Страшное это дело, Ник. Надеюсь, она не агрессивная.
Испуганный взор друга решила проигнорировать. Попросила лишь отойти его от меня на шагов десять. Села на корточки и достала из пакета еще конфет.
– Приветствую, покойница Соколова Анна. И прошу, явись мне и расскажи, почему ты умерла и как. Взамен оставляю тебе откуп.
С могилы дохнуло затхлым запахом. Я сглотнула. Она согласилась прийти! Я закрыла глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Где она? Внутренним взором увидела, что слева. Резко открыла глаза и посмотрела на нее. Положила конфеты на могилу. А Анна подплыла ко мне. Я чувствовала холод, исходящий от нее. Морозный холод. И жуткую тоску.
– Я покажу тебе свою смерть, а ты скажи моим родителям отпустить меня, – прошелестел ее мертвый голос. – А за подарок твой тайну открою. Силы все видят, все слышат, и мстят тогда, когда сами считают нужным.
К чему она это говорит? Я и без нее это знаю! Вот хитрая! За конфеты «тайну» открыла! Теперь я ей буду должна, когда она смерть покажет. Чтоб я еще раз работала на кладбище? Да ни за что! С теми покойниками, кто у тел своих находится или на месте смерти сидит, полегче как-то было.
За такими мыслями я и не заметила, как начала мерзнуть. Анна стояла рядом. От нее этот холод? Да. Но помимо него было что-то другое. Неужто все будет как с повешенным? Не хочу! За что мне все это? Ладно, я сама выбрала себе такой путь.
Провалившись во тьму, я знала, что меня ожидает. Но тем не менее все равно испугалась.
Темно, мороз щиплет нос, щеки и все, до чего дотянулся. Страшно. Я слышу скрип снега под незашнурованными ботинками, кутаюсь в шубку, но все равно мерзну. Сзади раздались чьи-то шаги. Я это поняла по тому же скрипу снега. И эти шаги ускорялись.
Мысленно выругавшись, я ускорила шаг. А вскоре и вовсе побежала. И кто меня надоумил сбегать от любовника в чем мать родила? И что, что жена не вовремя пришла? Могла бы захватить свое платье с флисом и теплые колготки. В одной шубке и ботинках было очень и очень холодно!
Бегун из меня был отвратительный. За десять минут бега я сильно устала. Да и бегать мне нежелательно. Еще со школы я падала в обморок от любой физической нагрузки. Но что делать? Шаги все еще слышны сзади меня. Я бежала, как могла. Представляла, что со мной будет, если я остановлюсь.
В глазах темнело. Я не переставала бежать. И вскоре поняла, что я уже не бегу, а лежу лицом в снегу. Я отключилась? Да. Почему так холодно? Почему шуба совсем не греет? Где моя шуба?
Я попыталась дернуть пальцем, но у меня ничего не вышло. А затем тьма вновь накрыла меня. Что со мной будет?
16 глава. Девчачьи разговоры.
В себя я пришла довольно, как мне показалось, быстро. Открыла глаза и увидела лицо Ника. Обеспокоенное. А рядом с ним стояла Анна. Оказывается, я упала в обморок. Или, вероятнее, впала в транс? Не знаю, как обозвать это мое состояние, в которое я впадаю уже не в первый раз.
– Ты зачем сел на кладбищенскую землю? – возмутилась я, глядя на Ника.
Приняла из лежачего положения сидячее и огляделась. На ближайшем могильном камне сидела черная кошка с зелеными глазами. И внимательно, совсем не кошачьим взглядом, смотрела на меня.
– Благодарю за то, что защитила, – кивнула я ей.
Ник недоуменно посмотрел на меня, и я удосужилась пояснить:
– Пока я тут валялась, и ты рядышком сидел, мы могли нахватать всяких неупокоев. Но Хозяйка Кладбища не дала этого сделать. Все, Ник. Встаем и идем по делам. Я, что могла, выяснила. Анна умерла сама, хоть ей и, по сути, помогли. А вот кто обокрал ее, она не видела.
Тяжко вздохнув, Ник поднялся и помог встать мне. Я, на удивление, чувствовала себя неплохо. Да, энергии ушло много, но я могла передвигаться на своих ногах.
– Не забудь отдать мне долг… – Прошелестела мне в спину Анна.
Нет, ну что за наглость! Мы тут ее смерть расследуем, а она… Впервые в жизни я у неупокоя в долгу! И мне это совсем не нравится!
Настроение было паршивым. Молчащий Ник не раздражал. Но молчал он ровно до того момента, пока мы не вышли из кладбища. Тут уже посыпались вопросы. «Что за кошка? Что за Хозяйка Кладбища? Что показала покойница? Как ты себя чувствуешь?» Он просто не замолкал! Хотя обычно из него и слова не выдавишь. Я лениво отвечала ему, испытывая легкое раздражение.
Мы сели в машину. На этот раз Ник задал весьма дельный вопрос:
– Куда едем?
– Анна просила меня кое о чем… В деле указан адрес ее родителей?
Ник достал с заднего сидения папку, проявив чудесную гибкость. Полистал ее.
– Да, указан. Она с ними жила. Забей в навигатор: «Улица Ильинская, 83».
И мы поехали, слушая голос навигатора. Я успела вздремнуть. Всего на десять минут, но хоть что-то. Потраченная энергия восстанавливалась медленно, а сон всегда помогал и ускорял этот процесс.
–
