чтобы бороться. Или же он просто не хотел.
Чан И смотрел на Цзи Юньхэ и на собственное отражение в ее черных зрачках. Он видел свой позор и беспомощность, чувствовал себя глупым и потерянным, а застывшее лицо девушки не выражало ничего.
Торопливый ветер унес куда‐то все звуки. Чан И не успел заметить ни генерала в черных доспехах, ни мастера в белых одеждах, которые мчались к скале, нещадно гоня лошадей.
Он упал с обрыва. Ветер изорвал его тело в клочья, но не заставил отвести глаза от безжизненного, как луна, лица Цзи Юньхэ.
«Не могу поверить…» – хотел он повторить, но не смог.
Бушующий в пропасти ветер и мрак бездны забрали его к себе. Мир Чан И погрузился в тишину…
– Стойте! Он нужен принцессе живым! – прорезал ночное небо крик Чжу Лина.
Его не мог услышать сорвавшийся со скалы Чан И, но Цзи Юньхэ слышала его прекрасно.
Вместе с генеральским криком к обрыву метнулся белый силуэт, стоящий верхом на мече. Он пытался проскользнуть мимо Цзи Юньхэ и нырнуть в ущелье, чтобы подхватить тело тритона, но на самом краю обрыва меч под его ногами повело в сторону. Цзи Чэнъюй развернулся и завис в воздухе, ловя равновесие. Не успел он снова ринуться вперед, как его клинок хрустнул и переломился. Цзи Чэнъюю пришлось спрыгнуть на землю. Он и подоспевший к обрыву Чжу Лин оторопело уставились на обломки меча.
Цзи Чэнъюй поднял голову в поисках источника силы, переломившей меч. И обнаружил Цзи Юньхэ. Она по-прежнему была одета в простое холщовое платье, которое носила в долине, но теперь ее вид производил совсем иное впечатление. Голой рукой девушка стерла с лезвия меча кровь Чан И, а затем провела пальцами по лбу, оставив на нем две кровавые полосы, точь-в‐точь как северные варвары, которые разрисовывают тела символами собственной веры. Вращая в руке меч, Цзи Юньхэ наполнила воздух убийственной аурой:
– Тот, кто сегодня ночью переступит границу утеса, умрет.
Она повернулась к бездне спиной и преградила мечом путь к обрыву. Ее силуэт казался прозрачным в свете луны, но распространял смертельную ярость и запах крови. Внезапный порыв ветра принес со дна пропасти студеное облако водяного пара. Встревоженные кони попятились назад, не слушая понуканий всадников. Ничто в облике Цзи Юньхэ больше не напоминало рядового покорителя демонов. В этот миг в нее вселился свирепый дух войны, готовый сразить любого, кто переступит черту.
– Что за наглость! Какая‐то жалкая торговка нечистью посмела встать у меня на пути!
Чжу Лин не верил в злых духов. Он яростно хлестнул коня и вонзил ему в бока шпоры. Испуганный конь встал на дыбы и рванул вперед.
– Чжу Лин! – Цзи Чэнъюй пытался остановить юнца, но генеральский конь уже промчался мимо.
Цзи Чэнъюй понял, что медлить нельзя. Магическим жестом он призвал меч, который послушно выскочил из ножен одного из солдат. С оружием в руке ученик Наставника государства стрелой полетел вперед, чтобы поразить Цзи Юньхэ, прежде чем Чжу Лин окажется под ударом. Девушка успела блокировать клинок Цзи Чэнъюя своим мечом. Подоспевший генерал попытался нанести рубящий удар. Сложив левой рукой мудру, Цзи Юньхэ выставила защитный барьер, отгородившись от атаки Чжу Лина.
– Жалкий трюк! – презрительно отозвался генерал.
Перехватив меч, он с криком бросился вперед. Цзи Юньхэ не удостоила юнца взглядом. Ее ладонь исторгла вспышку, и меч Чжу Лина отскочил далеко в сторону. Генерал вылетел из седла, а потерявший всадника конь в испуге ускакал прочь.
Пока Цзи Юньхэ отражала атаку Чжу Лина, кто‐то из солдат выпустил издалека стрелу, которая едва не задела ее ухо.
– Найдите дорогу к подножию скалы. Мне нужен этот тритон. Я доставлю его в столицу живым или мертвым! – приказал Чжу Лин.
– Есть! – откликнулись солдаты.
Цзи Юньхэ сверкнула глазами. Увидев, что всадники уже натягивают поводья, разворачивая коней, она вывела свой меч из-под клинка Цзи Чэнъюя, позволив противнику нанести удар. В следующий миг меч Цзи Юньхэ полетел в толпу всадников и раздробил коням ноги. Послышалось оглушительное ржание обезумевших от боли коней. Всадники все как один рухнули на землю.
Стиснув зубы, девушка ухватилась за пронзивший плечо меч Цзи Чэнъюя и с криком переломила лезвие пополам. Выдернув из раны обломок, она запустила им в Чжу Лина. Ни проворство, ни малый рост не помогли генералу увернуться. Обломок клинка срезал с генеральской макушки собранные в пучок черные волосы, разметав их остатки по плечам. Чжу Лин готов был сквозь землю провалиться от стыда за свой жалкий вид.
Выплеснув поток духовной силы, Цзи Юньхэ выставила защитный барьер и заблокировала Цзи Чэнъюя. Зажав рану на плече, девушка обвела атакующих яростным взглядом:
– Любой, кто последует за тритоном, лишится головы. Обещаю.
46
Девятихвостая лиса
На вершине утеса не смолкая ржали кони. Казалось, даже лунный свет пропитан запахом крови. Земля у ног Цзи Юньхэ окрасилась в алый цвет. Кровь струилась по раненой левой руке, кончики пальцев судорожно подрагивали. Но, несмотря ни на что, глаза девушки сияли ярче, чем луна в небе.
Она стояла одна на краю обрыва. Из глубокой пропасти за спиной тянуло влагой, которая вселяла в сердце уверенность. У подножия скалы протекала река.
Живучесть тритона, его непреклонная воля и способность к самоисцелению были хорошо известны Цзи Юньхэ. Она могла ранить Чан И, но не могла убить. Поэтому столкнуть тритона с обрыва в реку, чтобы стремительный поток унес его как можно дальше, было наилучшим выходом. Правда, никто не знал, что именно поджидает Чан И внизу, поэтому девушка старалась выиграть для него как можно больше времени. Даже если ей в одиночку удастся задержать погоню хотя бы на миг – уже хорошо.
Цзи Чэнъюй понял, что девушка готова сражаться до конца, и в его руке блеснул меч:
– Цзи Юньхэ, как верховный страж долины Покорителей Демонов ты понимаешь последствия своих действий?
– Яснее некуда, – прозвучал категоричный ответ.
Цзи Чэнъюй сосредоточил взгляд и направил поток духовной силы в меч:
– В таком случае прошу меня не винить, мне придется действовать жестко.
Цзи Юньхэ посмотрела на грациозного юношу в белых одеждах и язвительно усмехнулась:
– Мы оба отмечены печатью тайного пульса, к чему…
– Хватит с ней болтать! – вмешался Чжу Лин.
Он обрезал себе волосы ножом, чтобы разметавшиеся по плечам космы не мешали обзору, и свирепо отшвырнул пряди в сторону:
– Убейте девку! Найдите тритона! Доставьте его мне!
Получив приказ, солдаты подняли мечи и с криком ринулись в атаку. Цзи Юньхэ бросила
