— Почему? — невозмутимо поинтересовалась Эсме. — Потому что я оказалась под рукой?
— Нет, потому что вы мне нравитесь, — отвечал он с честным выражением лица. — И она знает, что вы не какая-нибудь глупая жеманница, как большинство молоденьких барышень, которые появятся на ярмарке невест в следующем сезоне. От союза с такой барышней мне легче было бы отказаться. Кроме того, хотя вы выглядите совсем молоденькой, вы женщина, а не девочка.
Эсме опустила глаза и смотрела на свои сцепленные на коленях руки.
— Порой я чувствую себя совершенным ребенком, — призналась она. — Жаль, что я мало бывала в обществе, я хотела бы лучше понять его.
Уинвуд живо наклонился к ней.
— Ваша тетя и моя мать верят, что из нас получится хорошая пара, мисс Гамильтон, — тихо сказал он. — Что вы об этом думаете?
— Я ничего не могу думать, — отвечала она. — Все это так неожиданно. И вы даже не знаете меня, милорд. Мы едва обменялись дюжиной слов.
Он еще раз неопределенно улыбнулся.
— За те недели, которые прошли со времени нашего знакомства, я высоко оценил вас, мисс Гамильтон. У вас доброе сердце, вы любите свою сестру. Вы обходительны, хорошо воспитаны и обязательны. Это те качества, которые я ищу в своей жене.
— Вы уверены, что действительно хотите вступить в брак, милорд? — спросила она мягко, но с некоторым вызовом.
Он пожал плечами и отвел глаза.
— Я реалист, мисс Гамильтон. Мой отец умер несколько месяцев назад, и мой долг как можно скорее произвести на свет наследника. Тем более что этого ждет от меня моя мать. А каким бы удручающим ни было мое поведение, мисс Гамильтон, я люблю свою мать. И намерен исполнить свой долг.
Эсме горько засмеялась.
— Тетя Ровена часто повторяет, что мужчина, который хорошо относится к своей матери, будет хорошо относиться к жене.
Его улыбка стала шире.
— А что скажете вы, мисс Гамильтон? Вы хотели бы иметь семью?
— Моя семья — Сорча и тетя Ровена, — просто сказала она. — Если у меня никого больше не будет, моя любовь к ним будет мне опорой.
— Отчасти это стало побудительной причиной моего предложения, — сказал он и наклонил голову в поклоне. — Прошу прощения. Я ведь еще не сделал предложения. Мисс Гамильтон, окажите мне честь, станьте моей женой. И пожалуйста, прежде чем ответить, подумайте хорошенько о вашей сестре.
— Что вы хотите сказать?
— Я уже знаю о ее родителях, — продолжал он. — Вам не придется давать неприятных объяснений. Я понимаю деликатность вашей ситуации и тем более отношусь к вам с уважением.
— Благодарю вас, — ровно сказала она.
— Конечно, если бы Аласдэр согласился отдать вашу сестру, ничто не польстило бы мне больше, — продолжал он. — Но это исключено, и я никогда не попрошу его об этом. Однако если Сорча будет много времени проводить в нашем доме на правах любимой племянницы или крестницы, кто станет задавать вопросы? Мы с Аласдэром близкие и давние друзья.
Эсме поразилась убедительности его аргументации. Если она станет леди Уинвуд, она сможет присутствовать в жизни Сорчи, не вызывая никаких вопросов. Трудно вообразить что-нибудь лучшее! Но если она выйдет замуж за Уинвуда, она будет часто сталкиваться с Аласдэром. Внезапно глазам ее стало горячо от подступивших слез. Она приложила ладонь к губам, стараясь сдержать их.
Лорд Уинвуд приподнялся с кресла, но в нерешительности сел снова.
— Прошу прощения, — снова заговорил он. — Я говорю так, как будто это дело решенное. Ничего еще не решено и, возможно, не будет решено. Пожелания вашей тети и моей матери второстепенны. Я посчитаю большой удачей, если смогу просто стать вашим другом.
Его доброта усугубила ее терзания.
— Дело в том, лорд Уинвуд, что я не люблю вас! — воскликнула она. — И не смогу полюбить. В этом я уверена. Я ничего не скажу больше, кроме того, что… ладно, что, может быть, я совсем не так невинна, как может ожидать джентльмен от своей невесты.
Его улыбка стремительно утратила безмятежность.
— Ах, я так понимаю, что кто-то мог появиться до меня, — сказал он ровным голосом. — Я понимаю это лучше чем вы можете себе представить. И увы, мисс Гамильтон, я тоже не люблю вас. Но вы мне очень нравитесь. Мне нравятся ваша честность и ваш прямой разговор. И уж конечно, я не требую, чтобы на моем брачном ложе оказалась девственница.
Эсме побледнела.
— О, это не…
— Прошу вас, не говорите ничего больше, — прервал он ее, сделав останавливающий жест рукой. — Лучше мне не знать. Давайте договоримся, что наше прошлое останется в прошлом. Если учесть мою репутацию, многие сочли бы дерзостью предложение, которое я вам делаю.
Эсме прикусила нижнюю губу.
— Кажется, многие мужчины готовы сделать мне предложение, — сказала она. — Но мне кажется, их вниманием я обязана слову «наследница».
Он сухо улыбнулся.
— Мне не нужны деньги вашего дедушки, мисс Гамильтон. Если вы примете мое предложение, мы оставим их для Сорчи или одного из наших детей.
Одного из наших детей.
О, Эсме хотела детей! Хотела их отчаянно, пусть и не обладала умением их воспитывать. Но она не была уверена, что ей хочется стать женой лорда Уинвуда, каким бы добрым и красивым он ни был. Шли долгие мгновения, отмечаемые тиканьем каминных часов.
— Вы не уверены, — сказал он, нарушая молчание. — Вы не хотите выходить замуж?
— Хочу, я хочу, — признала она. Он улыбнулся.
— Хорошо, помолвка не связывает леди, — напомнил он. — Я придержу маму до конца сезона — разумно подождать, пока не пройдет год со смерти вашей матери. Если к тому времени вы все еще не решитесь, вы разорвете помолвку.
— Разорву помолвку? — прервала она. — Я не смогу!
— О, мы придумаем подходящее объяснение, — убеждал ее лорд Уинвуд. — Я совершу что-нибудь достаточно недостойное, чтобы вас нельзя было упрекнуть в нарушении слова. На самом деле мне легко удаются такие вещи без особого старания. У меня есть привычка время от времени портить себе жизнь.
— Хорошо, — сказала Эсме с судорожным вздохом. — Тогда я думаю… я думаю, я могу сказать «да».
Уинвуд улыбнулся, и его улыбка была удивительно искренней.
— Мисс Гамильтон, — сказал он, — вы только что сделали меня самым счастливым человеком на свете.
Она недоверчиво посмотрела на него.
— Пожалуйста, — сказала она, — давайте начнем с того, как мы будем себя вести. Давайте всегда быть честными друг с другом.
Его улыбка стала угасать.
— Хорошо, тогда самым счастливым человеком в Мейфэре, — поправился он. — Теперь моя очередь просить об одолжении, если позволите.
— Да, конечно же, — сказала Эсме. — Только попросите.
— Мама хотела бы до весны пожить в моем поместье в Бакингемшире, — продолжал он. — Это в нескольких часах езды от города. Как только она там устроится, она хотела бы дать обед в нашу честь. Небольшой обед только для близких друзей и членов семьи. Она хочет познакомить их с вами, особенно своего брата, лорда Чесли, у которого поместье по соседству. Он вам очень понравится — он всем нравится. Так захотите ли вы посетить ее?
