Его улыбка стала угасать.
— Хорошо, тогда самым счастливым человеком в Мейфэре, — поправился он. — Теперь моя очередь просить об одолжении, если позволите.
— Да, конечно же, — сказала Эсме. — Только попросите.
— Мама хотела бы до весны пожить в моем поместье в Бакингемшире, — продолжал он. — Это в нескольких часах езды от города. Как только она там устроится, она хотела бы дать обед в нашу честь. Небольшой обед только для близких друзей и членов семьи. Она хочет познакомить их с вами, особенно своего брата, лорда Чесли, у которого поместье по соседству. Он вам очень понравится — он всем нравится. Так захотите ли вы посетить ее?
Эсме не смогла произнести ни слова. Все произошло так быстро. Она не была готова. Но она ведь дала согласие.
— Да, конечно, — наконец произнесла она. — Я буду очень польщена.
— Прекрасно! — сказал он, быстро поднимаясь. — Я должен идти и порадовать маму хорошими новостями. Она будет очень рада. И она станет вам хорошей свекровью, мисс Гамильтон, я обещаю. Она будет знать свое место. А если она забудет об этом, можете быть уверены, я ей напомню.
— Благодарю вас, лорд Уинвуд, — сумела выговорить Эсме. — Вы очень добры, я уверена в этом.
Он быстро схватил ее руку и с жаром поцеловал.
— Вы можете теперь называть меня Куином, — сказал он. — Или Куинтином, если вам так нравится больше.
— Тогда Куин, — сказала она. — А я Эсме.
— Эсме. Очень мило.
И словно завершая трудное дело, лорд Уинвуд — Куин — еще раз поцеловал ей руку.
— Газета! Газета! Здесь! — Голос мальчишки, продавца газет, далеко разносился в холодном осеннем воздухе. — Премьер-министр уходит в отставку! Все подробности!
Аласдэр собирался завернуть за угол, направляясь в клуб, но передумал, перешел улицу, лавируя между каретами, и купил газету. В последнее время он утратил всякий интерес к текущим событиям, но внезапное изменение в правительстве пробудило его любопытство.
— Газета! Газета! Сюда! — безостановочно продолжал выкрикивать мальчишка, забирая у Аласдэра монетки. — Король принял отставку премьер-министра! Читайте в газете! Все подробности!
Аласдэр раскрыл пахнущую свежей краской газету и снова повернул в сторону «Уайтса».
— Что вы об этом думаете, Маклахлан? — спросил голос сзади. — С Веллингтоном покончено?
Аласдэр обернулся, чтобы посмотреть, кто это из клубных молокососов наступает ему на пятки.
— Похоже на то, — сказал он, когда молодой человек оказался рядом с ним. — Вы в «Уайте», не так ли?
Молодой человек экспансивно закивал.
— Нельзя упустить такой момент, — сказал он. — Сегодняшний день богат новостями. Сначала Уинвуд, теперь вот это.
Аласдэр резко остановился. Он не видел Куина три дня, с пожара в театре.
— Сначала Уинвуд что? — спросил он, уставившись на спутника.
Молодой человек начал заливаться краской.
— Ну, точно я ничего не знаю, — отвечал он. — Я слышал, что он женится. Тенби сказал, это было в утренней «Тайме». — Он показал на газету. — Наверное, в этой газете тоже есть, если разговоры верны. Давайте взглянем, можно?
Земля заколебалась под ногами Аласдэра.
— Позже, — выговорил он, продолжая шагать к клубу. Он не мог произнести ни слова больше, а его спутник все подлаживался под его шаг, стараясь не отстать. Женится. Бог мой, Куин собирается жениться. Аласдэр внезапно почувствовал дурноту. Его пальцы, сжимавшие газету, побелели и похолодели. В ушах звенело, как перед обмороком. Шум проезжающих экипажей не доходил до его сознания.
Куин женится. Он, разумеется, знал, что это неизбежно. Но конечно же, она не могла… Нет, не так скоро. Не раньше, чем он сможет обдумать…
Однако Куин, судя по всему, не утруждал себя обдумыванием. Он действовал. Аласдэр взбежал по ступенькам — швейцар распахнул перед ним дверь.
— Доброе утро, сэр, — сказал слуга, принимая шляпу. — Столько событий, как никогда.
— Слышал, — отвечал Аласдэр, направляясь в кофейную комнату. Она, по счастью, была пуста. Он уселся в кресло и отослал подошедшего слугу. Его спутник — Фрамптон или Хамптон, или еще бог весть кто — куда-то подевался. Аласдэр раскрыл газету, не интересуясь более судьбой Веллингтона. Его волновало совсем другое. Он быстро отыскал страницу, на которой печатались объявления о подобных безрассудствах. И вот оно. Черным по белому, неумолимый факт.
Он прищурился, чтобы лучше видеть. Слова плясали перед глазами. «Имеют честь… бракосочетание весной… дочь покойной графини Ачанолт…»
Он попытался осмыслить эти слова, ощущая себя словно пробуждающимся от ночного кошмара, в промежутке между сном и бодрствованием, в состоянии, от которого стараешься избавиться, потому что в нем невозможно отыскать смысл. И тут кто-то рядом кашлянул, прочищая горло. Аласдэр поднял глаза и увидел стоявшего в дверях Куина. Голова его была опущена, во взгляде угадывалось некоторое уныние.
— Фрамптон сказал, что ты прошел сюда, — сказал он. — Я готов принять твои поздравления, старина.
Аласдэр не сразу смог ответить.
— Я не вполне уверен в готовности их произнести, — сухо произнес он. — Какого дьявола я должен узнавать об этом из газеты? Я не заслуживаю того, чтобы со мной обошлись учтиво и сообщили мне новость лично?
— Моя мать не смогла придержать лошадей, — отвечал Куин, прислоняясь плечом к косяку двери. — Пожар так напугал ее, что она совсем лишилась рассудка, она решила, что лучше быть вдовствующей графиней, чем умереть и позволить кузену Эноку унаследовать все. Ей понравилась мисс Гамильтон, и она ухватилась за эту идею. А я, должен признаться, совсем не против.
— Ну и прекрасно! — язвительно произнес Аласдэр. — Рад, что твоя мать довольна. А тебе не приходило в голову, Куин, что сначала следовало бы поговорить со мной?
— Не понимаю почему? — искренне удивился Куин. — Эсме тебе никто. Или она?.. Я хотел сказать, я думал, что ты хочешь отделаться от нее.
— Господи, она же сестра Сорчи! — сказал Аласдэр, понижая голос. — И она моя… я чувствую, что в какой-то мере несу за нее ответственность. Да, конечно, она мне небезразлична.
Куин подошел к столу.
— Ей очень повезло, что ты не разрушил ее репутацию, — сказал он, и в его тихом голосе безошибочно угадывалось неодобрение. — Не понимаю, Аласдэр, в чем дело? Ты хотел, чтобы она вышла замуж и оставила тебя в покое. Скоро исполнится и то и другое.
Аласдэр поднялся с кресла и беспокойно заходил по комнате.
— Почему, Куин? — проговорил он сквозь зубы. — В Лондоне много невест, почему Эсме? Можешь ты мне объяснить? Можешь?
Куин казался неприятно удивленным.
— Ну, я… она мне нравится, — отвечал он. — Она здраво рассуждает.
