– Ну вот, видите, – Эмма встала и отошла подальше от постели, чтобы Себастьян не смог уговорить ее. – Я не дам вам безобразничать, Себастьян. Не сегодня. Вам нужно отдохнуть.
– Хорошо, – маркиз откинулся на подушки. – Но если ты считаешь, что я позволю царапине испортить завтрашнюю ночь, то глубоко ошибаешься. Я не собираюсь пропускать первую брачную ночь.
Завтра их свадьба. Себастьян заслужил то, чтобы узнать правду, пока они не произнесли брачные обеты. Конечно, если бы маркиз узнал о том, чем занималась его невеста, то отказался бы произносить их. Он бы отвернулся от Эммы, и она не смогла бы доказать, как сильно она его любит.
– Милая, что-то не так?
Эмма посмотрела в прекрасные темные глаза Себастьяна. В его взгляде была такая теплота, такая любовь! Что же увидит она, когда скажет правду?
– Мне надо кое-что тебе сказать, – произнесла она.
Глава 23
– У меня голова кругом идет, – Марджори провела рукой по растущему рядом со скамьей кусту в форме кролика. Куст бирючины качался при каждом движении ее руки. – Эмма, малышка, ты теперь маркиза Эндовер. Просто как сказка, ставшая былью.
Эмма села на скамью рядом с тетей. Она смотрела на широкую каменную веранду, растянувшуюся позади большого особняка. Сегодня днем Эмма Уэйкфилд сочеталась браком с Себастьяном Джорджем Жаном Люком Сен-Клером, маркизом Эндовером, графом Шеффилдом, бароном Степлхерстом. Из-за похищения Шарлотты свадьба была скромной: на ней присутствовали лишь члены семьи жениха и невесты и несколько близких друзей маркиза. Но Эмма все еще была как во сне. Она сидела, положив сжатые руки на колени.
– Если бы все было по-другому, то это было бы похоже на сказку, – тихо сказала она.
– Я знаю, милая. Я тоже думаю о ней не переставая, – Марджори погладила руки Эммы. – Я уверена, что Шарлотте тоже бы хотелось, чтобы ты насладилась этим днем, а потом хранила воспоминания о нем, как драгоценное сокровище О, если бы она могла разделить это счастье с тобой!
Эмма поглядела на свои крепко сжатые руки. Она презирала себя за эгоистичность. Ее тревога имела мало общего с тревогой за судьбу Шарлотты. Эмму больше беспокоила собственная глупость.
– Эндовер найдет ее. Если другие не могут, то он сможет, – пообещала она.
– Я знаю, что найдет. Я верю в него.
– Себастьян очень способный человек. И невероятно смелый. Я не знала более порядочного человека, чем он.
– И очень щедрый. Этот дом привел девушек в изумление. Эндовер хочет, чтобы мы жили здесь как члены его семьи. Бог услышал мои молитвы, – Марджори прикоснулась кружевным платочком к глазам. – Я поняла, что маркиз добрый человек, как только увидела его.
– Он самый замечательный человек, которого я когда-либо встречала, – Эмма чувствовала стеснение в груди. Все из-за чувства вины, смешанного с любовью – Он герой во всех смыслах. А когда я думаю о том, сколько бед я причинила ему, то мне хочется кричать.
– Я думаю, что он простил тебя за то, что ты посадила его в подвал, – тетя Марджори погладила племянницу по руке.
– Да он уже простил меня за это хулиганство, но на мне лежит более тяжкое преступление, – сказала она.
– Что такое, милая?
Эмма оглянулась, чтобы удостовериться, что рядом никого нет и никто не услышит. Кусты в этой части сада были не выше пяти футов. За зелеными фигурками кроликов, черепах и прочих создании, сделанными из обрезанных особым образом кустов, протянулись клумбы с многолетниками. Никого не было видно, за исключением нескольких человек, стоявших на веранде и наслаждающихся гостеприимством Эндовера. Тем не менее Эмма наклонилась к тете и прошептала ей:
– Я не сказала маркизу правду о себе.
– Ты имеешь в виду книги? – тетя Марджори широко раскрыла глаза.
– Я собиралась рассказать про них прошлым вечером. Да смелости не нашлось. А теперь Себастьян будет думать, что я скрыла этот факт от него потому, что боялась, что он на мне не женится. А это правда. Я боялась, что если скажу ему правду, то он так разозлится, что не станет слушать объяснений, – покачала головой Эмма.
– Милая, ты видишь все в черном свете.
– Себастьян ненавидит Э.-У. Остин. И за дело. Роман «Герцог-негодяй» доставил немало неприятностей ему и его семье. Рэдберн оставил пуговицу в спальне Шарлотты, начитавшись этого романа. Я боюсь, что Эндовер возненавидит меня, когда я скажу ему о том, что я ответственна за те невзгоды, что выпали на его долю.
– Милая моя деточка, – тетя Марджори вертела кайму шали в руках. – Я понимаю, как ужасно огорчится твой муж, когда обнаружит, что женился на Э.-У. Остин.
– Ты хочешь меня этим успокоить? – Эмма взглянула на тетю.
– Да, конечно, – Марджори рассматривала кайму шали. – А теперь дай мне сказать следующее: Себастьян очень любит тебя. Когда он на тебя смотрит, то все становится ясным.
– Он восхищается моей честностью, – сказала она. Что же он скажет, когда узнает, что я предала его?
– Боже, дело-то запутанное. Я думаю, что он прогонит нас из дому, если решит добиться признания брака недействительным.
– Если ты пытаешься успокоить меня, то у тебя ничего не выйдет, – простонала Эмма.
– Сомневаюсь, что маркизу нужен скандал с разводом. Да и получить его нелегко, – тетя Марджори надула губы. – Если только он не захочет доказать, что ты сумасшедшая, а судя по всему тому, что случилось, Себастьяну вполне это удастся. И, конечно, он выгонит нас из своего дома. Если только не пожалеет, что тоже возможно.
– Тетя Марджори, я не сумасшедшая.
– Конечно, нет. И я это знаю. И твой муж не сможет доказать это. По крайней мере, я в это не верю. Успокойся: он не станет добиваться развода. Это же скандал. Я думаю, что Себастьян просто отправит нас в деревню, – тетя Марджори улыбнулась, чтобы подбодрить Эмму. Но, к несчастью, она выглядела так, как будто ее настигли желудочные спазмы. – А значит, нам будет где жить. И жить неплохо.
– Надо сделать так, чтобы Себастьян понял, как я сожалею о том, что случилось. Надо найти подходящий момент и сказать ему все, – Эмма поправила шаль.
– А ты уверена в том, что это мудрое решение?
– Не говорить правду? – идея казалась трусливой, а Эмма была порядочна. Она сразу прогнала эту мысль. – Это будет неправильно с моей стороны. Мой муж заслуживает того, чтобы знать правду.
– Я думаю, что тебе нужно подождать, пока твои кузины Мэри и Лидия не выедут в свет. А еще лучше подождать до тех пор, пока они не выйдут замуж.
– Тетя Марджори, Лидии всего пятнадцать лет.
– Действительно ли несколько лет значат многое? – тетя пожала плечами.
– Да, боюсь, что это так, – Эмма не могла уйти от правды, как бы ей ни хотелось этого. – Я должна сказать обо всем Себастьяну. И скажу. Когда будет подходящее время.
