сердце, стало легче дышать, и она подумала, что нужно поговорить с Асей. Но приведет ли к чему-нибудь этот разговор? Скорее всего, нет. Внучка по-прежнему влюблена в него, как кошка. Не лучше ли оставить все, как есть, пока ее девочка не разберется и не разочаруется в своем избраннике? А она просто постарается ускорить этот процесс, будет капать ей на мозги, указывать на его немужское поведение. Да, да, именно так и нужно сделать.
Успокоившись, Галина Петровна направилась в комнату Вити, чтобы проверить, сделал ли он уроки.
Глава 61. СССР, Москва, 1978 г
Надя прибежала из института счастливая и возбужденная. Костя встретил ее после занятий, пригласил в кафе-мороженое и со смехом рассказал, какую месть он придумал старушке и как она сама предотвратила конфуз.
– Представляешь, что бы было, если бы вы обе выпили вино? – Ратников прыснул со смеху, а девушка вторила ему.
– Ты бы наверняка меня разлюбил.
Он пожал плечами, давясь от хохота:
– Это как сказать.
Надя думала, что он проводит ее до дома, но Ратников покачал головой:
– Завтра семинар по философии. Нужно долго и много готовиться. К тому же препод задал достаточно – законспектировать пять больших статей.
Студентка не стала настаивать.
– Тогда до завтра.
В укромном уголке он обнял и поцеловал девушку, посадил на троллейбус, и она отправилась домой, раскрасневшаяся от поцелуев.
Напевая популярную песенку про черного кота, Надя вбежала в подъезд и удивленно остановилась возле приоткрытой двери. Оттуда не доносилось ни звука, и ей стало страшно. Обычно Варвара всегда запирала дверь, когда оставалась одна.
– Бабушка, вы дома? – Надя вошла в пустую прихожую, потом в комнату – и, взмахнув руками, осела на пол.
Бывшая монахиня лежала на сундуке, на перекошенном от страдания и боли лице чернели синяки и кровоподтеки, рот оскалился в беззвучном крике, обнажив хорошо сохранившиеся зубы. Рука со скрюченными пальцами покоилась на груди, словно старушка и после смерти пыталась защититься от мучителей.
Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: бывшая монахиня мертва. Надя заставила себя встать и, опустив глаза, чтобы не видеть свою хозяйку, бросилась из квартиры на улицу.
Недалеко от монастыря была телефонная будка, и девушка, непослушными пальцами набрав «02», дрожавшим голосом сообщила, что обнаружила тело.
Глава 62. Приморск, наши дни
С момента разговора с Володей пролетело полгода, южная природа постепенно отходила от зимней спячки – вечнозеленые растения просто стряхнули с себя остатки снега и заблестели глянцевыми листьями – а в жизни семьи ничего не изменилось. Ася по-прежнему надрывалась на работе, Владимир и не думал ничего зарабатывать, и сердце Галины Петровны болело все больше и больше. Пожилая женщина видела, что внучка не одобряет поведения мужа, и это вселяло надежду, что когда-нибудь Ася выгонит его из дома. Она знала: девушка неоднократно разговаривала с ним о работе, но Владимир указывал ей на наследство и настаивал на продаже старинных вещей.
Галина Петровна не знала, что делать. Она не могла выгнать Володю без согласия внучки и просто перестала тратить на молодых свою пенсию. Это сильно ударило по его потребностям, и Владимир, наконец, поднялся с дивана и стал куда-то уходить до вечера.
Ася и Галина Петровна подумали, что он взялся за ум и ищет подработки, но в один прекрасный день молодой человек заявил: он уезжает в Курск, где живут его родители, и попробует устроиться на работу. В Приморске это сделать гораздо труднее, в курортных городах вообще трудно с трудоустройством.
Бабушка и внучка вздохнули с облегчением, дело сдвигалось с мертвой точки. Володя тепло попрощался с обеими женщинами и уехал, а через неделю Ася поняла, что беременна. Она тут же написала мужу, он ответил восторженным письмом, выражая надежду, что их ребенок – наследник богатств семьи, и потом, не получив подтверждения, стал отделываться короткими эсэмэсками.
Ася надеялась, что он приедет к рождению дочери (она узнала пол ребенка и даже дала ей имя – Вика, в честь матери), но он не вернулся, наоборот, перестал писать и эсэмэски, и через три месяца после рождения ребенка, не дождавшись даже поздравления от новоиспеченного отца, молодая женщина засобиралась в Курск, ни словом не предупредив мужа.
Бабушка умоляла ее этого не делать, у нее снова болело сердце, мучило плохое предчувствие, но внучка ее не слушала. А через три дня, сойдя с поезда, на пыльном вокзале Курска она поймала такси и назвала адрес человека, который считался ее мужем.
Автомобиль остановился у серой пятиэтажки, как две капли воды, похожей на своих сестер, имевшихся в каждом городе, водитель помог Асе вынести чемодан, и молодая женщина, оказавшись у нужного подъезда, позвонила в домофон.
Дверь открыли, не интересуясь, кто хочет пройти в квартиру, и Ася, подхватив чемодан, поднялась
