***
Перед тем как направиться обратно в город, я проверил самочувствие Дауры. Она без спроса поедала запасы Грина, пока тот не видит. Ей уже должно быть получше.
Грин даже не стал ругаться на нее, видимо он привык и уже относится с пониманием.
Также он завел со мной очередную беседу и мы снова пообщались.
Мы не обсуждали ничего интересного. Хотя нет, одна тема все же была — я хотел узнать о мутациях.
Я уже упоминал, что у него отсутствует половина одной из ног. Так вот я спросил, чего он не удалил все лишние хирургическим путем. Тем более я видел, как трудно ему порой передвигаться. Даже удивительно, как он мог быть наемником. Но как оказалось, на отказ от операции было сразу несколько причин.
Во-первых, мутировавшие части тела будут восстанавливаться даже если ты ампутируешь или удалишь их. Его нога не отрастает обратно, потому что она не является мутацией. Это была его нормальная нога, как и у любого другого человека.
Во-вторых они не стеснялись своих тел. Для них в этом нет ничего такого, а кто-то даже сильнее от этого становится. Он поведал мне историю о двух семьях. У одной было две руки с правой стороны, у другой с левой. Смешав кровь, им удалось получить абсолютно новый вид — четырехруких. Я уже встречал этих ребят, но решил не упоминать об этом. Хотя Шапи наверняка растрындела ему обо всем. Короче я к тому, что для них в мутациях нет ничего зазорного, и при определенных раскладах, некоторые мутанты могут вырасти даже сильнее обычных людей, обернув минусы в плюсы. Только представьте какую разницу могут сделать дополнительные онечности или чего-то в этом роде.
Но тут же сразу вспоминается та близняшки Котопёс. Хрен его знает, какие плюсы могут быть в такой жизни. Как они вообще в туалет ходят? Извечный вопрос… извечный вопрос…
Но даже таких не убивают при рождении, потому что так у них не принято. Странно конечно, но такой подход мне ближе, чем тот который использовали арлекино. Каждая жизнь имеет смысл, даже если ты бесполезен и обречен только на страдания.
Черт, почему-то сейчас мне вспомнилась одна из жизней, когда я переродился зародышем в утробе матери. Я уж думал, что наконец-то оказался в безопасном месте и проживу немного подольше, пока не встретился с железными крюками, которыми меня разорвали на части. К чему я вообще это вспомнил? Наверное, я хотел высказаться, что с того момента я против абортов! Все жизни важны! Как-то так.
А, я почти забыл, что был еще один интересный момент. Он рассказал мне о Сердце Глубин. Я даже не спрашивал, это была его инициатива.
Сердце Глубин — это древний артефакт, забытый здесь еще много веков назад некими предтечами. Ключ к контролю над ним передается мэру города из поколения в поколение. Грин говорит, что если освободить его силу, то он способен исказить пространство и даже вызвать быстропрогрессирующие мутации у недоброжелателей. Он лично это видел уже дважды. Опасная штука, только кто эти предтечи — неясно.
— Часть 3 —
Я снова направился в квартал красных фонарей, на поиски того зеленого мужика. Всем своим видом он напоминал мне орков из фентези. Мускулистый, с шрамом через все лицо и клыками, что торчали из пасти, явно не вмещаясь внутри. Еще на его правой руке была черная татуировка, что напоминала бушующее пламя. Такого примечательного парня будет легко заметить среди остальных.
Вот только, что делать, если он снова нападет на меня? Я бы хотел использовать доспех, чтобы заставить его рассказать мне все, что он знает, но он так и не заговорил со мной. Понятия не имею, как его использовать. Я делал несколько попыток, пытаясь напрячься, или даже выкрикивая имя Шапи, но все это выглядело нелепо и не возымело никакого эффекта. Мое предположение — он сам появится в нужный момент.
***
Я дошел до нужного здания и начал безостановочно тарабанить в дверь.
— Открывай, я знаю, что ты там! — кричал я.
Я обращался к старухе, но если мне прямо сейчас откроет тот орк, я не обижусь. Если дела обернутся скверно, я пущу в дело меч. Ха-ха-ха… А еще вчера я был другого мнения. Вот что сила с людьми делает, даже если пока что она всего лишь мнимая. Но все это лишь крайние меры. Я хочу спокойно с ним поговорить, и все.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Открывай, ебаная старуха! — я снова сорвался.
Может выбить эту дверь? Я уже собирался воплотить идею в жизнь, как она все же открыла мне. В глаза сразу бросилось три обвисшие груди, что виднелись сквозь прозрачный халат, ее взъерошенные седые волосы и следы от засосов, оставленные на шее.
— Это ты?.. Чего тебе?.. — она явно запыхалась, так как даже говорила с трудом.
— Где тот зеленый?
— Ты о Гамабуччи?.. Ушел…
— Не ври мне.
— Вот скажи мне, как прок говорить ложь такому сопляку как ты? Я бы с радостью посмотрела на вашу повторную встречу… ха-ха…
— Куда он ушел?
— А мне откуда знать? Я не интересуюсь личной жизнью клиентов.
Я ударил кулаком по стене и как бы перекрыв ей путь для отступления, приблизил тело.
— Хватит врать мне.
— Ой-ой-ой… Какие же мы грозные. Или ты поцеловать меня хочешь? — она закрыла глаза и плотно сжав губы, выставила их немного вперед.
Да к черту это все… Бесполезно…
— Так легко сдаешься?
Я проигнорировал последние слова хозяйки заведения и ушел прочь.
Однако по дороге я снова встретил девушку с бирюзовыми волосами. Завидев меня, она бросилась прочь. Сперва я никак не отреагировал, но потом что-то щелкнуло в голове.
Ее вчерашнее поведение ведь было чертовски подозрительным. Может она и есть та змея, о которой говорил Гамабуччи? Это бы многое объяснило.
Я бросился за ней в погоню.
***
Эта погоня была… такой шаблонной, черт… Расталкивая людей перед собой, она переворачивала повозки с овощами, мешая мне бежать за ней. Ну, а я спокойно перепрыгивал их и продолжал преследование. Даже когда она забралась на крышу одного из зданий, чтобы перепрыгнуть на другое, я срезал путь и в конце концов настиг ее.
В безлюдном переулке я прижал ее к стенке, крепко схватив за запястье.
— Сколько ты будешь ошиваться вокруг меня? — спросил я.
— Это все случайность! Этот город не такой уж и большой, знаешь ли.
— А то, что ты убегаешь от меня сломя голову, это тоже случайность?!
— А что мне еще делать, когда за мной бежит какой-то сумасшедший? Откуда я знаю, что у тебя в голове. Может ты изнасиловать меня хочешь!
— Я побежал за тобой, потому что ты начала убегать.
— Ага! Охотно верю! Как докажешь?
— Можем вернуться на площадь, свидетели подтвердя…
Но я не успел договорить. Коленом она врезала мне между ног. Но знаете, я продолжил ровно стоять, даже не шелохнувшись. Все-таки эта боль не такая уж и сильная, по сравнению с той, которую я уже испытывал.
Тогда она снова ударила меня, а затем еще раз. Не получив от меня никакой реакции, она подозрительно повела бровью вверх.
— У тебя там что, ничего нет?!
— Есть.
— Да нихрена! Какого хрена ты тогда не скрутился калачиком от боли!
— Все у меня на месте.
— Не верю!
Она звучала, словно капризный ребенок.
— Мне что, показать тебе? — случайно вырвалось у меня. Даже не знаю, что на меня нашло.
— Я же говорила! Насильник! Помогите! — срывая горло, кричала Джет.
— Да я пошутил.
— Ага-ага, оправдывайся.
Но пора прекращать этот цирк. Я здесь совсем по другому поводу.
Я стал сжимать ее запястья еще сильнее, и смотря ей прямо в глаза, спросил:
— Прекращай. И говори серьезно. Чего тебе от меня нужно на самом деле?
Ее взгляд тут же изменился и стал напоминать мне тот, который обычно свойственен дикому зверю, загнанному в угол.
— Серьезно значит? Ты уверен, что хочешь знать правду?
— Уверен, выкладывай все.
— Я здесь, чтобы убить тебя. Также как и еще парочка ребят в Октависе.
Сказать, что ее слова удивили меня — ничего не сказать. Кому же я так насолил? Может какие-то последователи Джоджи добрались до истины его смерти и решили отомстить? Или же после инцидента со стариком, Проводница хочет дать мне понять, что ей лучше не переходить дорогу. А может, это очередная попытка моей семьи расшевелить меня. Хрен его знает.
