формулировка есть?
— Нет. Никаких заготовок, увы, — Фандаг устало потёр глаза. — Клятва Небу не терпит посредников. Лишь ты и оно. Никаких вмешательств. Все клятвы членов нашего братства, которые я слышал, очень разные — у кого-то очень жесткие, у кого-то максимально свободные, но это нормально. Главное, что все мы сходимся в главном и включаем в нашу клятву желание ослабить удавку Системы и богов на своей шее — этого достаточно для доверия друг другу.
— Понятно. Вроде бы. А что с Диомедой? Если я буду в братстве, то её отпустят со мной?
— Да. Под твою ответственность. На самом деле, она для нас не настолько важна — главное, чтобы принесла системную клятву о неразглашении перед уходом и после того, как прорвется на следующую ступень. Потому что, как ни странно, найти молодого аристократа с высоким Сродством, который откладывал использование возвышалок, куда проще, чем еще одного представителя горькой дюжины с реальными шансами стать Заклинателем. Так что даже если твоя напарница сбежит… или ты ее сам отпустишь… это не настолько критично. Найдем другую кандидатуру. А вот тебе замену искать придется куда дольше.
Я скосил взгляд на напарницу и улыбнулся: девушка явно была… ну, не расстроена…, но в смеси эмоций на её лице явно читалось в том числе и «в каком это смысле я не уникальная и не особо-то нужная?!». Задумавшись на пару минут, я обкатал в голове слова клятвы. Наконец, кивнул:
— Я готов, — прокашлялся, прикрыл глаза и с некоторым смущением продолжил. — Небо? Я думаю, ты и так за нами смотришь, но все же… Гм. Я, Эдриан Гирит, будучи в здравом уме, по собственной воле и без принуждения, клянусь, что приложу все усилия, чтобы сломать преграду в возвышении обычных людей, которую поставили боги и Система. Если придется Систему уничтожить — уничтожу. Если получится сохранить, но оставить лишь ту пользу, которую она приносит — постараюсь сохранить. Если дело вовсе не в Системе — постараюсь докопаться до истинных корней проблемы и решить ее так или иначе. Знаю, что планы нап… — я запнулся, вспомнив, что про Наполеона тут не слышали, и быстро поправился. — …чересчур грандиозные для моей текущей силы, так что вначале мне надо как можно дальше пройти по Дороге в Небо…, но клянусь не забывать о своей цели до того момента, когда моих сил хватит на исполнение этого обещания.
Закончив свою сбивчивую клятву, я на мгновение замер, ожидая… чего-то. Секунда, другая. Ничего. Неужели Небо не услышало? Или не приняло? Я открыл глаза и тут же встретился взглядами с Диомедой. Та смотрела на меня с каким-то… трепетом? Да и Фандаг с Лэнсом как-то странно пялились. Первый — с легкой улыбкой на лице и интересом, второй — с недоумением и недоверием.
— Что?
— Кхм. Да так… Формулировка у тебя, конечно… — Лэнс покачал головой. — Мы в своих клятвах на такое не замахивались. Найти конкретную причину — да. Лекарство — конечно, если такое возможно. Наконец, дать возможность как можно большему количеству достойных людей пройти дальше по Дороге, чтобы когда-нибудь, кто-нибудь смог дойти до божественных ступеней и постепенно все это поменять. Ты же, по сути, поклялся пойти войной на богов уже в ближайшее время и самостоятельно. Даже не знаю, герой ты или идиот.
— Так вы сами себя называете богоборцами!
— Это просто громкое название, — Лэнс поморщился и бросил взгляд на улыбающегося Фандага. — Простым членам братства требуется определенный… пафос. Да и в любом случае — смысл названия в самом факте, что мы уже своими изысканиями идем против воли богов. Это тоже борьба.
Я покачал головой. Звучит так себе. Не замахивайся на слишком многое, сделай хоть что-нибудь, продолжай веками пытаться выбраться из этого болота… Может, это и был реалистичный взгляд на мир взрослого человека, но внутри меня крепло ощущение, что в данном случае Лэнс глубоко не прав. Аргументов я сходу не придумал, так что не стал ввязываться в ненужный спор. Вместо этого спросил то, что волновало меня сейчас куда больше:
— А Небо вообще меня услышало? Я ничего не почувствовал.
Фандаг молча достал из браслета и протянул мне… зеркальце? Я с некоторым недоумением взял его, скользнул взглядом по своему отражению и застыл. На правой щеке мягким белоснежным огнем сияла татуировка. Завораживающий свет словно пробивался из глубин кожи, образуя неровную спираль в несколько сантиметров диаметром. Очень знакомую спираль, сотни раз виданную мной в прошлой жизни. Спираль Млечного Пути.
— Это… Небо сделало? — я осторожно дотронулся пальцем до рисунка. — Тогда почему у вас такого нет?
Фандаг задрал рукав, и показал мне запястье правой руки. На чистой коже проступил сияющий красноватым светом змей, свернувшийся в кольцо и посверкивающий глазами-бусинками.
— Есть. Но мы не носим его напоказ. Чревато. Через денек-другой ты почувствуешь рисунок, как дополнительную часть тела, и тоже сможешь скрывать его по желанию. И мой тебе добрый совет — носи его скрытым всегда. Боги и Система этот знак увидеть не могут даже вне этой комнаты, но излишнее внимание знающих людей он может привлечь. Такое внимание не нужно ни тебе, ни нам.
Он спокойно поднялся на ноги и протянул мне руку.
— Добро пожаловать в братство, Эдриан.
Я встал и пожал протянутую руку. Вот и все. Теперь я тоже… богоборец.
Кривая усмешка сама собой выползла на моё лицо. Пошел муравей со слонами бодаться… Я обернулся к Диомеде:
— Ну что, подруга? Проблема решена. Можем отправляться в путь.
— Сначала клятва, — спокойно напомнил Фандаг. — О неразглашении. И раз уж ты теперь с нами, то останьтесь еще на пару дней — уверен, мы сможем вам помочь в некоторых аспектах возвышения. И не только.
***
— Эдри… ты спишь?
— Нет.
Несмотря на глубокую ночь, спать не хотелось совершенно. Слишком насыщенный выдался день — и успокоить бурлящий котёл в душе не получалось никакими медитациями. Так что я лежал в выделенной нам комнатушке и пялился в потолок, лениво перескакивая с одной мысли на другую. Вспоминал деда и матушку, размышлял о планах на ближайшее и далекое будущее, пытался почувствовать татуировку, подаренную Небом…
