они хотели навестить отца Блейка, нам следовало обсудить это всей группой. Тот факт, что они решили улизнуть вместо этого, красноречиво говорил об их доверии ко мне, и отсутствие такового меня совсем не устраивало.
Я открыл и закрыл дверь в бар, убедившись, что на моем новом телефоне включена громкость, на случай, если камера на парковке обнаружит, что кто-то подошел слишком близко к нашему убежищу, и датчики движения отправят мне предупреждение. Я не должен быть застигнут врасплох, пока буду наказывать их. Никто не сможет нас вычислить, пока я имею к этому какое-то отношение.
Лестница, которая вела обратно в старый кинотеатр, была окутана тьмой, и в моих черных спортивных штанах и толстовке с капюшоном не было никаких шансов, что кто-нибудь увидит меня в тени, когда я бесшумно спускался по ней. Я пересек фойе, как привидение, и направился в квартиру, чтобы подстеречь их там.
Как только я проскользнул в темное помещение, смех Татум вызвал в моей груди смесь ярости и облегчения, когда она и Блейк поднялись по лестнице на шаг позади меня. Они добрались до двери, и я наблюдал со своего укрытия в темноте, как Монро очнулся ото сна на диване.
Я решил не сообщать Нэшу и Киану об отсутствии Блейка и Татум, немного подумав. У нас здесь не было другой машины, и они совершенно ясно дали мне понять, где находятся, когда написали сообщение. Мне это не понравилось. Но остальные уже заснули, измученные после такого тяжелого дня, а поскольку у нас не было возможности догнать их, казалось бессмысленным будить их и беспокоить.
Нэш провел рукой по лицу, поднимаясь на ноги и направляясь к двери, тусклый зеленый свет знака аварийного выхода над ним освещал широкий изгиб его обнаженной спины, когда он шел.
Дверь распахнулась, и Блейк обвил руками шею Монро, вскочив, чтобы тоже обхватить его ногами, крича: — Милый, я дома! — во всю силу своих легких.
Татум рассмеялась, когда Монро отступил на шаг под его весом, а Блейк запечатлел драматический поцелуй у него на лбу, прежде чем снова спрыгнуть и броситься туда, где на одной из двуспальных кроватей спал Киан.
— Где, черт возьми, вы двое были? — Спросил Нэш хриплым со сна голосом, когда Татум подошла ближе и поцеловала его в губы.
— Мы пошли и сделали моему отцу вакцину, — взволнованно объявил Блейк с широкой улыбкой на лице, когда он подпрыгнул, как щенок, на краю кровати Киана.
— Тебе бы лучше смазаться, если хочешь незаметно унести отсюда баклажаны, — бессмысленно пробормотал Киан, все еще не просыпаясь, несмотря на шум.
— Вы сбежали? — Монро нахмурился, глядя через плечо на Блейка. — Это могло быть опасно. Почему ты просто не сказал остальным, что хочешь туда пойти?
— Сэйнт, — ответил Блейк, пожав плечами, как будто он не верил, что я пойму, насколько важно было бы для него сделать прививку своему отцу. И я должен был признать, что это задело меня.
Однако я не пошевелился, все еще прячась в тени, в то время как Татум вздохнула и протянула руку, чтобы просунуть ее под боксеры Монро.
— Мне показалось, что ссора с ним не стоит драмы, — ответила она. — Ты же знаешь, каким он бывает.
Если у Монро и были какие-то дальнейшие возражения по этому поводу, он не высказал их вслух, его член явно взял под контроль принятие решения за него, когда он наклонился, чтобы снова поцеловать ее, его рука скользнула под ее рубашку, чтобы погладить ее грудь, когда она тихо застонала.
Я остался там, где был, эти ее слова эхом отдавались в моем черепе, как будто моя голова была автоматом для игры в пинбол без отверстия, из которого они могли выпасть.
Блейк играл в игру, в которой он ткнул Киана пальцем, а затем нырнул в сторону, когда большой ублюдок ударил его во сне. Вероятно, это закончилось бы тем, что Блейку сломают нос, но это было его лицо, которым он рискует. Кроме того, я не был склонен спасать его от дозы боли после того беспокойства, которое он причинил мне сегодня вечером.
Нэш прижал Татум спиной к стене, пока она сжимала его член в кулаке, и я наблюдал, как он приспустил ее спортивные штаны пониже на бедрах и просунул пальцы под пояс.
В другое время это зрелище, возможно, возбудило бы меня, но я был так глубоко погружен в свой гнев, что знал, что не собираюсь отвлекаться на секс. Мне нужно было наказать ее. Я нуждался в этом больше, чем в дыхании, и в тот момент, когда я проиграю эту битву с самим собой и выйду из тени, и она почувствует мой гнев.
Татум откинула голову назад, постанывая от удовольствия, когда Нэш трахал ее своими пальцами, а я восхищенно наблюдал, ожидая, пока он поднимал ее все выше и выше. Когда ее стоны перешли в мольбу, что дало мне понял, что она вот-вот кончит, я вышел из тени и откашлялся.
— Черт возьми, — выругался Нэш, вздрогнув и на мгновение приостановив свои движения, когда Татум стиснула зубы, отрицая свое освобождение.
— Нам нужно поговорить, — сказал я убийственно спокойным голосом, когда прерывистое дыхание Татум наполнило комнату.
— Мы немного заняты, — проворчал Монро, и мне почти стало стыдно за то, что я обломал и его тоже. В конце концов, не он был тем, кто облажался.
— Да. Я прекрасно понимаю, что наша дорогая мисс Риверс пытается выпутаться из неприятностей, используя свою сексуальность как оружие, но ты действительно думаешь, что она заслуживает того, чтобы кончить после того трюка, который она только что выкинула? Я не могу быть единственным из нас, кто помнит, что за ней охотятся. Кто помнит, что было, когда она исчезла?
Нэш нахмурился еще сильнее, когда Киан пробормотал со своей кровати: — Она миссис Роско, — явно проснувшись наконец. Один взгляд в его сторону показал мне разбитую губу Блейка и сердитый взгляд Киана. Хорошо. Сообщник.
— Возможно, нам нужно обсудить границы наших отношений. И какие наказания мы можем понести, если один из нас переступит их? — Предположил я.
— Я согласен, — прорычал Киан, и Блейк раздраженно фыркнул.
— Это был мой отец, чувак. Я уже потерял свою маму из-за этого дерьма, и даже такое долгое ожидание, чтобы сделать ему вакцину после того, как мы их украли, убивало меня. Ты должен знать…
— Я прекрасно понимаю. И я уже придумывал план, как мы доставим ему вакцину в целости и сохранности. — Я перевел на него свой
