саперов, пытавшихся вырыть подкоп под городскими стенами. Амбракийцы «подготовили сосуд, по ширине равный самому ходу, проделали в крышке дырки и вставили туда железную трубку». Они набили гигантский горшок мелкими куриными перьями и тлеющим углем и закрыли его продырявленной крышкой. Куриные перья состоят из кератинов, содержащих цистеин – сернистую аминокислоту. При сжигании перьев выделяется ядовитая двуокись серы – тот же газ, который использовали спартанцы под Платеями. Амбракийцы не знали научной подноготной, зато понимали, что горение куриных перьев вызывает чрезвычайно специфический эффект, особенно в замкнутом пространстве. Чтобы отразить римлян, амбракийцы направили сосуд закрытой стороной к врагам и подсоединили с другой стороны к железной трубке кузнечные мехи. Вооружившись этим устройством, которое напоминает уже описанный примитивный огнемет из Делия, амбракийцы заполнили ход облаками едкого ядовитого дыма, так что задыхающиеся римляне поспешили на поверхность. «Они отказались от подземной осады», – лаконично прокомментировал Полиэн[395].
Во время осад солдаты, ведшие подкоп под башни, приносили в туннели деревянные балки, чтобы временно подпереть строение, а затем, выбравшись наружу, поджигали их, чтобы башня провалилась вниз. Защитники крепостей рыли контрподкопы, и иногда прямо в туннелях случались стычки с использованием горючих веществ. В 1935 году в римском укрепленном городе Дура-Эвропос на территории современной Сирии было сделано потрясающее открытие: обнаружились следы такой подземной битвы.
Персы из империи Сасанидов в 265 г. н. э. осадили римлян в Дура-Эвропосе. Обе воюющие стороны принялись рыть подкопы. Археологи давно обнаружили множество остатков оружия, горы скелетов и сосуд с остатками серы и смолы, которые персы подливали в огонь для отражения контратаки римских саперов.
В 2011 году археолог Саймон Джеймс повторно исследовал 20 человеческих скелетов и изучил другие следы, доказывающие, что в огонь были подброшены химические вещества, в результате чего выделился ядовитый газ – диоксид серы. Его «реконструкция места преступления» с фотографиями и диаграммами объясняет ход битвы: химическую атаку и смертельную схватку внутри подкопа. Один из скелетов, все еще одетый в персидскую кольчугу, судя по всему, стал жертвой «огня по своим» Сасанидов (рис. 29)[396].
Плутарх (писал ок. 100 г. н. э.) описывал еще один тип химического оружия – взвешенные в воздухе частицы аэрозоля. Это хитроумное использование обычной пыли придумал римский генерал Серторий в борьбе с испанским племенем харакитанов в 80 г. до н. э. Харакитаны жили в пещерах на склонах неприступных гор. Серторий, в отчаянии от их неприступности, поскакал вокруг горы, «бормоча пустые угрозы».
Затем он заметил, что его лошадь выбивает копытами облака едкой пыли из мелкого белого песка у подножия гор. Этот песок, возможно, был мягким известняком или гипсом, поскольку Плутарх сравнивал его с «пеплом или негашеной известью». Порошок извести или гипса оказывает сильное раздражающее действие на глаза и слизистые оболочки. Возможно, пыль досаждала и самому Серторию. Он отметил, что каждый день ветер дул в основном с севера, а вход в пещеры тоже находился с севера. Сложив воедино природные обстоятельства, Серторий приказал своим людям сгрузить огромные кучи местного песка перед входом в пещеры харакитанов. На следующий день подул сильный северный ветер, и римляне (возможно, предварительно надев импровизированные маски), подняли огромные клубы пыли, скача по ней на конях. Эта пыль стала проникать в пещеры. Через три дня после борьбы с удушающей и слепящей пылью харакитаны капитулировали[397].
В Китае из известковой пыли делали прообраз слезоточивого газа для борьбы с повстанцами. Например, в 178 г. н. э. «известковые колесницы» с мехами, выдувавшими мелкую известковую пыль «вперед по ветру», помогли подавить вооруженное крестьянское восстание. Они создали чрезвычайно плотную пылевую завесу, после чего на волю выпустили испуганных лошадей, к хвостам которых привязали горящую паклю, и стали громко бить в гонги и барабаны. Сзади выступали лучники и арбалетчики. Ослепшие, паникующие мятежники были «полностью разгромлены». Когда пыль извести вступает во взаимодействие со слизистыми оболочками глаз, носа и горла, она начинает их разъедать. Ядовитый аэрозоль, описанный в военном трактате византийского императора Льва «Тактика», был создан по тем же принципам: при метании горшков с обожженной известью образовывалось едкое облако, которое ослепляло и удушало врагов, вынужденных вдыхать эту пыль[398].
Рис. 29. Скелет солдата в железной кольчуге – вероятнее всего, сасанидского воина, не успевшего скрыться при газовой атаке персов на римлян в подземных ходах под крепостью Дура-Эвропос. 265 г. н. э. Художественная галерея Йельского университета, коллекция Дура-Эвропос
Однако оружие, зависимое от ветра, может быть капризным. Тем, кто применял ядовитые порошки и газы, нужно было остерегаться непредсказуемо меняющегося ветра. Каутилья прекрасно знал об этой опасности. В главе о ядовитых дымах он предупреждал, что солдаты должны «беречь свои глаза», нанося защитную мазь до применения химических аэрозолей. Только после «обеспечения собственной безопасности и безопасности своего войска царь может использовать ядовитый дым и другие смеси» против врага[399].
Исламская рукопись, созданная в раннем Средневековье, предлагала использовать «дымы, особые жидкости и смертельные зловонные вещества для нанесения ущерба замкам и крепостям, а также устрашения врагов». В 1241 году монгольские войска, вторгшиеся в Польшу и Венгрию, распространяли отвратительно пахнущие ядовитые пары и дымы, чем приводили в ужас венгров, поляков и немцев; невыносимую вонь издавало изображение огромной чернобородой головы, прикрепленное к древку копья или штандарту. В современном мире отвратительные запахи тоже не вышли из моды. Густые облака дыма и химических ирритантов (горчичного, перцового и слезоточивого газа) по-прежнему представляют проблему и для самих атакующих – впрочем, тем достаточно надеть защитные маски, чтобы случайно не вдохнуть газ и не повредить слизистые. Это оружие неизбирательного поражения, наносящее вред и участникам сражений, и гражданским лицам[400].
К началу Пелопоннесской войны в Средиземноморье были известны три воспламеняющихся вещества – смола, сера и негашеная известь. Два первых определенно использовались в то время в сражениях. Смола – застывший сок хвойных деревьев – очень вязкое, чрезвычайно горючее вещество, которое горит жарким пламенем. Сера – минерал, характеризующийся интенсивным окислением, – горит при чрезвычайно высоких температурах и образует газообразный диоксид серы, который при соединении с водой дает агрессивную серную кислоту. Удушающие эффекты негашеной извести использовал в I в. до н. э. Серторий, но способность известняка внезапно возгораться была известна за несколько веков до этого. Плиний отмечал, что известняк «обладает замечательным свойством: когда он разгорелся, вода его жар только усиливает». Поджарившись, известняк образует комковатый осадок – окалину, то есть оксид кальция. Если спрыснуть этот осадок водой, образуется гашеная известь (гидроксид кальция), который дает достаточно тепла, чтобы вызвать спонтанное возгорание, а добавление воды делает огонь только
